Долгая поездка

Машина мягко едет по втоптанной дороге, лишь изредка натыкаясь на маленькие ямки. Роберто не подпевает музыке с радио, Мэрил не возмущается по поводу своей журналисткой карьеры, а Николас не пытается вывести Вэша. Ураган наполняет лёгкие кислородом до отказа, будто пытаясь основать самому себе, что он живёт, дышит и чувствует. Вульфвуд протягивает руку и кладёт её на бедро Вэша. — Тонгари, ты слишком нервничаешь. Выдохни. Всё хорошо. Николас поглаживает Вэша по ноге и смотрит в окно, рассматривая пролетающие мимо дюны. Ураган фыркает, но отвечает на прикосновение, кладя пальцы на раскрытую смуглую ладонь. Мэрил выдыхает и кладёт газету себе на глаза, пытаясь заснуть. Роберто поворачивается к ней и улыбается, ещё сильнее стараясь избегать выбоин на дороге. Радио продолжает передавать странную музыку жанра вестерн. Вэш сначала не прислушивается, но со временем начинает разбирать слова в весёлых и бодрых мелодиях. Он начинает качать головой под ритм гитары, банджо и маракасов. Николас приподнимает бровь на мужчину и пытается скрыть улыбку в отражении окна. Он поправляет очки, но в конце концов оставляет их в кармашке на задней стороне водительского сидения. Вэш невольно засматривается в открывшиеся карие глаза Николаса. Роберто всё больше сосредотачивается на дороге, а Мэрил погружается в сон, поэтому Вульфвуд решает немного развеять сонную обстановку в автомобиле. — Не смотри так. Могу подумать о чём-то не таком. — Ник, мы целовались. Ты видел меня голым. Ты помогал мне перевязывать рану на моём торсе и обрабатывать синяки на бёдрах. Издеваешься? — Я вообще-то шучу. Успокойся, колючка. Николас фыркает, но фырк быстро переходит в тихое хихиканье. Вульфвуд ощущает себя глупой влюблённой школьницей, которая наконец нашла повод поговорить со своим крашем. Вэш поддерживает настроение широкой улыбкой. Силы постепенно возвращаются к Урагану, поэтому он начинает вести себя более естественно, смеясь в ответ. — Наконец-то ты становишься самим собой. — О чём ты? — После того прикола с твоим старшим братом, ты был сам не свой. Ходил понурый, недосыпал. Заставляешь волноваться, знаешь ли. Вэш выдыхает, смотрит в пробегающий пейзаж и снова поворачивается к Николасу. — Я уже привык. Найвз теперь не опасен и находится в безопасности. Это главное. — Даже мне не скажешь, что ты умудрился сделать? — Не-а. Ни в жизнь. Ник не удивляется упрямости Вэша, а потому просто продолжает смотреть на дюны за стеклом. Они пролетают мимо, заставляя Вульфвуда почти заснуть. Обратно в реальный мир его закидывает ощущение тяжести на бёдрах. Вэш наклоняется и устраивается поудобнее, ёрзая на спине. Он закрывает глаза, снимает очки и кладёт их туда же, куда Ник повесил свои. Вульфвуд наблюдает за Ураганом около минуты, пока тот находит наиболее естественное положение, после чего наклоняется и целует его в лоб. Вэш улыбается практически до ушей, растягивая губы на максимум. — Удобно? — Лучшая подушка на свете. Мягче не бывает. Николас поправляет положение ног, кладёт руку на щёку Вэша и слегка откидывается на сиденье. Ураган закрывает глаза, полностью доверяя себя в руки священника. Вульфвуд проводит рукой по шее, слегка сжимает ярёмную вену. Вэш машинально сглатывает и наклоняет голову, прижимаясь ближе к груди Николаса. Священник расслабленно дышит, медленно моргает и продолжает исследовать глазами лицо Вэша. Бывший преступник, очищенный от преследования, выглядит слегка уставшим, но счастливым. Мешки под глазами исчезают, появляется здоровая полнота. Даже кожа на ощупь становится мягче и притягательнее блестит на солнце. Только повязки поперёк живота напоминают об огнестрельном ранении, которое Вэш получает в результате дуэли с братом. Николас проводит рукой по бинту под приподнятой футболкой, поправляет выгнувшийся край и поглаживает напряжённые мышцы. Вэш начинает дышать всё медленнее, явно начиная засыпать. Ник дотрагивается пальцами до родинки, устроившейся под левым глазом Урагана. Она получает поцелуй и дуновение прохладного дыхания. — Ёжик? — М? — Вэш прикладывается ухом к груди Вульфвуда и слышит его учащённое сердцебиение. — Да спи ты, спи. Не буду тебя трогать. Вэш показывает Нику язык и утыкается в его грудные мышцы. Вдыхая естественный запах мужчины, Ураган окончательно поддаётся усталости, засыпая на предоставленных коленях. Вульфвуд вовсе не возражает, хотя и отвечает на улыбающийся взгляд Де Ниро саркастичным выражением лица. Николасу становится немного жарко, но он не пытается списать это на солнечный свет, проникающий через окно. Его собственное солнышко, ранное и явно голодное до прикосновений, греет его и без того готовое умереть сердце. Вульфвуд теперь может проклинать Вэша лишь по одной простой причине. Его красивые голубые глаза, блондинистые волосы, заразительный смех и те чувства, которые вызывает у Николаса эта смесь красоты и внутренней естественной доброжелательности. Машина продолжает рассекать бескрайние пустыни, пока Роберто следует вдоль дороги по отмеченным на карте ориентирам. Мэрил продолжает видеть седьмой сон, как и Вэш, который лишь изредка зовёт Николаса по имени. Последний раз он делает так тогда, когда ему снится кошмар. Сейчас же он улыбается, смеётся и тянет руки, получая периодические поцелуи от живого Вульфвуда. Вэш по-собственнически сжимает его руку и больше не боится потерять близких людей, опираясь на собственные возможности и опыт с оружием. Вэш больше не хочет смотреть в глаза опасности. Он хочет изучать карие глаза напротив, которые отвечают ему с тем же рвением и страстью в зрачке. Целовать подставленные губы, переплетать свою руку с загорелыми пальцами и спать на крепкой груди, видя лишь приятные и мягкие пейзажи зелёных холмов перед глазами.