Новый воспитатель, или Тайна Называевского детдома

— А с чего это ты решил, что мы коллеги? — Анфиса удивлённо приподняла левую бровь. Пистолет она опускать не спешила, продолжая держать Макса на мушке. — Элементарно, Ватсон! — Демидов тихо рассмеялся. — Во-первых, ты держишь палец не на спуске, а на скобе, как завещали составители учебника по огневой подготовке. Во-вторых, ты слишком профессионально раскручивала меня на нестыковки, когда мы сюда ехали. А в-третьих, тебе откуда-то известно моё студенческое прозвище — Майор. Это ведь я придумал прикрепить пьяному прапорщику Демьянчуку большие звёзды на погоны и нарисовать просветы химическим карандашом. Он так на построение и вышел с утра, за что огрёб по полной от командования. Сам же я до этого звания не дослужился, ушёл старлеем. По совокупности факторов делаю вывод, что у тебя есть доступ к моему досье, а оно отнюдь не в открытом доступе. Логично? — Молодец, экзекутор, грамотно мыслишь! — Анфиса щёлкнула предохранителем и убрала пистолет в наплечную кобуру, после чего протянула руку. — Лады, давай тогла знакомиться. Я, как ты понимаешь, из смежной организации, называть которую вслух не стоит. У нас тут, видишь ли, свой интерес имелся. Но в последние пару недель Феофилакт начал что-то подозревать и меня уже отзывать собирались, но тут ты появился, как нельзя кстати. К утру Их Светлость изволят скончаться от тяжёлой черепно-мозговой травмы, табуреткой нанесённой, и место во главе общины останется вакантным. На него будет несколько претендентов, из особо приближённых авторитетных людей. Но если сегодня ночью в рамках внезапного появления милиции они из общины исчезнут, я смогу убедить остальных, что произошло это не без участия бывшего главаря. Дескать, вся вчерашняя движуха была затеяна с целью отвести от себя подозрения и спихнуть их на залётного воспитателя. Думаю, мальчишка твой с радостью это подтвердит. А дальше дело техники. Я узурпирую власть здесь, ты — в приюте. Из тебя получится неплохой директор, детишки будут рады. — Здрасте приехали! — такого предложения Макс никак не ожидал. — Я, вообще-то, на подобное не подписывался. Экзеутором на недельку — куда ни шло, но директором… — А это вопрос решённый, — серые глаза Анфисы в свете луны отливали сталью. — Тут, уж извини, без вариантов. Если община и приют будут закрыты, соревнования в Глубинске не состоятся, а всех потенциальных участников… Хм, хотелось бы верить, что их просто заставят всё забыть. Но, что вероятнее, в окрестных лесах ещё долго будут находить неопознанные останки. Ты готов обречь детей на такое своим отказом? — Разумеется, нет, — буркнул Макс, уже понимая, что не отвертеться. — А Самуилыча мне куда девать? А всех этих Стасов и прочих мудрых наставников? — Ну это уже сам решай, — Анфиса обезоруживающе улыбнулась. — Ты теперь большой босс, тебе и карты в руки. Ладно, моя вахта через полчаса заканчивается. Ныряй в свой колодец, а то скоро оттуда добры молодцы полезут, затопчут. Не забудь их предупредить, чтоб не слишком злодействовали. Дальше всё было как в тумане. По тоннелю не шли — бежали. Влетев в спальню, Макс первым делом схватился за рацию и вызвал командира спецназа Громова. — Николай Ильич, вы на подлёте? Концепция изменилась! В приют входите очень тихо, без светомузыки и фейерверков! Блокируйте наставников и директора, вызываете местную милицию, дальше я объясню! — Принято! — Громов словоохотливостью не отличался, зато прекрасно понимал приказы и выполнял их беспрекословно. — Но в таком случае нам понадобится ещё около часа, чтобы добраться с запасной площадки. — Ничего страшного, заложники в безопасности. Отбой! Лишь сейчас он заметил, что его спутники стоят рядом и восхищённо смотрят на своего спасителя. — Офигеть вы крутой! — выдохнул наконец Тоха. — Я думал, такое только в кино бывает! — А вы что, не крутые разве? — сыщик подмигнул Хрюнделю. — Вообще-то это наша совместная операция, без вас я бы не справился. — Прям так и не справились бы? — недоверчиво нахмурился Лёшка. А потом снова превратился в любопытного Бе́лка. — А зачем вы собираетесь директора блокировать? Он что, провинился? — Ещё как! — Макс кивнул. — Тут действовала самая настоящая банда, и Марк Самуилович наверняка об этом знал. Но степень его вины определит суд, наше дело — его туда передать и представить доказательства. Он осторожно открутил верхнюю пуговицу и положил её в небольшую коробочку. На вопросительные взгляды хмыкнул: — Военная тайна! Потом всё расскажу! И вообще, идите-ка вы спать. Белк с Веснушкой по своим комнатам, остальные — ко мне. А то форменное безобразие — два часа ночи, а вы шастаете не пойми где! Сейчас как запишу по замечанию, будете знать! Выпроводив улыбающихся до ушей воспитанников, Макс уселся за стол и задумался. Командировка, обещавшая быть не особенно напряжной, затягивалась как минимум до весны. И самое удивительное — его это скорее радовало. Он вдруг понял, что здорово привязался к своим помощникам, к этому странному месту, к своей башне. А главное — тут он был нужен. Да-да, сейчас сыщик-воспитатель прекрасно понимал недавние слова Даши и Лёшки. Ну что ждало его в Москве? Рутинная поисковая работа, после которой придётся возвращаться в пустую квартиру, редкие посиделки с приятелями и воспоминания об этом необычном приключении? Так почему бы его не продлить, раз уж всё так вышло? Вскоре прибыл спецназ. Чёрные тени бесшумно заскользили по двору, коридорам, лестницам. Дежурные воспитанники, традиционно дремавшие на посту, проснулись лишь много позже, когда к приюту, завывая сиренами, подкатили два милицейских УАЗика из райотдела и поднятые по тревоге оперативники увезли ничего не понимающих директора и наставников. Макса тоже забрали, но уже через час отпустили из отделения, взяв показания. По официальной информации, появившейся вскоре в печати, сотрудники приюта были задержаны в связи с финансовыми махинациями, а воспитатель Демидов, лишь несколько дней назад приступивший к работе в данном учреждении, в их схемах участия не принимал. Общину пресса не упоминала вовсе, отсутствовала и информация о трагической гибели некоего Фёдора Филатова, известного в преступном мире под кличкой Феофилакт. Утро началось с общего собрания. Зал встревоженно гудел, воспитанники строили догадки о том, что именно произошло минувшей ночью. Лишь четверо мальчишек и одна девчонка таинственно переглядывались, да ещё близняшки что-то подозревали и слегка дулись — ведь их в эту тайну не посвятили. Вскоре на сцене появился Макс в сопровождении лысоватого человека в мятом сером костюме с неожиданно ярким жёлтым галстуком. Это был председатель Называевского ГОРОНО, которому в это утро тоже не суждено было выспаться. — Ребята! — начал он. — Вам уже известно, что сегодня арестовали всех ваших воспитателей. Точнее, почти всех. В причинах будут разбираться те, кому следует, а пока я представляю вашего нового директора — Максима Максимовича Демидова. Он… Договорить чиновнику не удалось — громогласное «ура» из шести десятков глоток заглушило его слова. Из башни Макс съезжать не стал, просто перевесил табличку «ДИРЕКТОР» на свою дверь. Телесные наказания были упразднены в тот же день, а именные ремни розданы владельцам с разрешением распорядиться ими по собственному усмотрению. Большинство воспитанников тут же изрезали их на мелкие кусочки, но некоторые, особо осторожные, припрятали свои воспитательные инструменты в тумбочки, на всякий случай. И ведь не ошиблись. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…