Сбеги из гей клуба челлендж

Небольшая компания из четырёх парней подходит к зданию с сияющей вывеской, она на столько яркая, что освещает в эту темную ночь почти всю улицу, от туда доносится музыка и если прислушаться, то можно даже разобрать слова, а это значит внутри очень шумно. Самый высокий из парней, чуть ли не в прыжке добрался до двери и открыл её, пропуская вперёд своих друзей. — Ну что? Никто не передумал участвовать в нашей игре? Два гения сообщили о том, что не передумали и стали грозиться о том что займётся самым жестоким сексом с другим, осталось решить кто будет снизу и кое-кто понимал, что обойти соперников в этой игре у него получится, поэтому он на надолго остановился, это был четвертый из этой странной компании, которого лёгким толчком отправили в здание. — Не бойся Сигма, если проиграешь, я буду нежен. — Тихо пронеслось над ухом администратора казино, от чего он сжал руки в кулак и чуть смелее прошёл в здание, словно пытался доказать кому-то, что не проиграет. Но проиграет в чём? Что за игру устроила эта компашка? Хотя это больше похоже на спор, но Николай предпочитает называть это игрой, а остальным без разницы, лишь бы быть на месте проигравшего, а окажется им тот кто последний выберется из гей клуба, но просидеть они там должны как минимум тридцать минут, всё это время они должны пить спиртные напитки, при этом довольно крепкие и не отдаться другим мужчинам. Наши главные герои обладают прекрасной внешностью и многие из перешедших не прочь уединиться с ними или даже уйти с одним или может даже с двумя. Каждый из них по своему прекрасен, слушать их стоны наверняка одно удовольствие, думал каждый кто, смотрел на эту компашку. Двое из которой, вязи по стакану виски и чуть отошли в сторону, пытаясь во время непринуждённой беседы подсыпать друг другу лёгкий наркотик, чтобы один отключился, остался в клубе и как только его признают проигравшим, отметь в постели, во всех возможных позах и не останавливаться пока кто-нибудь не потеряет сознание. Гоголь был в окружении мужчин и энергично двигался под музыку, выпив несколько стаканов какого-то спиртного напитка. — Когда только успел? — Подумал Сигма, который остался сидеть у бара, попивая мохито, вперемешку с водкой, которой понятно дела в стакане было меньше, чем вкусного газированного напитка. Он сидел, пил и потихоньку пьянел, держа свой взгляд на часах, чтобы как только чёртовы полчаса пройдут, покинуть здание одним из первых, но время как на зло тянулось так медленно. Ещё и Дазай с Достоевским мозолили глаза тем, что с лёгкостью отшивали любого, начиная целоваться, а как от них отставали Федор предъявлял Осаму, мол чего он трогает его ягодицы, да ещё так сильно сжимает. — Твоя задница отлично смотрится в этих джинсах, думаешь почему к нам все липнут? Всё из-за тебя. — Отшучивается детектив и идёт к барной стойке за алкоголем. Администратор казино переводит взгляд на Николая, который всё ещё танцевал, лишь иногда делал перерывы, чтобы выпить. — Сигма! — На парне вешается его ранее упомянутый друг. — Давай выпьем, бармен две рюмки водки, пожалуйста! — Гоголь хватает обе рюмки, одну опустошает, другую тянет собеседнику, что морщится только от запаха. — Нет! Иди спаивай Дазая или Достоевского. — Администратор казино берёт стакан с мохито, которой он ранее отставил в сторону с приходом Коли, чтобы тот ничего не подсыпал ему в стакан, но сделал это другой посетитель бара, мужчина не высокого роста, с короткими волосами и скорее всего давно не мытыми, думал администратор, а его глупая ухмылка больше всего раздражала, он ни раз приставал к Сигме, распускал руки и не понимал слово "нет". — Не советую пить это. — Шут обратил внимание на действие незнакомца, который воспользоваться моментом, когда кто-то другой отвлечёт на себя внимание парня. Сигма совету не последовал и словно на зло выпил напиток полностью, мужчина, сидящий недалеко довольно ухмыльнулся. Николай наигранно рассмеялся, отошёл к другой половине друзей и сообщил, что следует приглядывать за Сигмой, которого могут куда-нибудь утащить. После Коля удалился на танцпол, где красиво двигался под быструю громкую музыку. Порошок подсыпанный в стакан оказался снотворным, парень выпивший мохито уде спустя несколько минут заснул, положив голову на руки. Остальные словно забыли про то что их друг выпил напиток с каким-то порошком и по истечению полу часа пошли к выходу. Уже трое парней вышли на улицу поёжились от неприятного прохладного дуновения ветра и остались ждать Сигму, которого собирался утащить тот самый незнакомец, но стояло тому появится в поле зрения Дазая, тот схватил его за плечо и сильно сжал. — Спасибо, что принёс нашего друга, мы так переживали за него. — Мужчина уже хотел вступить в спор, но появившейся рядом с Осаму Достоевский и Гоголь, отбили это желание, Николай подхватил Сигму на руки и все дружно, отправили в ближайшую гостиницу, где сняли номер на сутки.

***

Парень открывает глаза, видит грязно-белый потолок и пытается понять, где находится, первое, что приходит в голову. — Тот урод всё-таки мне что-то подсыпал и утащил к себе. — Сигма вспоминает о неприятном мужчине из бара пока не слышит знакомый звонкий голос Коли. — Ты наконец-то проснулся. Как себя чувствуешь? — Николай приземлился на кровать около администратора, говоря что нормально себя чувствует. — Ну это пока, ты же помнишь наш спор? — Гоголь, Достоевский и Дазай слегка ухмыльнулись, словно делали вид, что сильно заинтересованны в этом. Ведь Фёдор с Осаму, хотели чтобы на месте Сигмы был один из них, чтобы один отымел другого очень грубо, да так что, говорил Дазай — Очко месяц болеть будет. Все уже были на кровати, облепив администратора, который хотел было что-то возразить, но они ему напомнили об одном из условий. Не сопротивляться. Пришлось сидеть смирно и лишь тихо стонать, каждый раз, когда кто-то касался, то руками, то языком, чувствительных мест на теле. Оказавшись без одежды Сигма покраснел, ведь остальные были полностью одеты, не считая половой орган Гоголя, который был освобождён от неё. Парня положили, голова была на коленях у Осаму, между чуть раздвинутых ног сидел Николай, а чуть правее от него Федя. Достоевский действовал чуть быстрее и уже размазал смазку по пальцам и анальному отверстию парня. Недолгая растяжка, иногда меняющая темп и направление движений пальцев, вызвала уже не мало эмоций на лице проигравшего, а это только от пальцев, которые вытащили и Фёдор вошёл в Сигму, не спеша, давая привыкнуть, наблюдая за реакцией парня и как тот кивнул, начал двигаться. — Надо было одного из них первым пусть, теперь медлить придется, хотя что меня останавливает? — Фёдор смотрит партнёру в глаза и тихо спрашивает. — У тебя до этого был секс с мужчиной? — Он ухмыляется, видя смущение на лице администратора, которой отрицательно мотает головой. — Тогда не следует спешить, это не Дазай, которого оттрахала пол мафии и почти всё детективное агентство. — Достоевский ускорил движения, вновь услышав стоны Сигмы, которого Дазай посадил и чуть приподнял, чтобы войти самому. — Федь остановись. — Попросил Осаму и готовиться вставить в Сигму свой член. — Не надо, прошу. — Проигравший жмурит глаза и сжимает руками кофту Фёдора. — Потерпи. — Осаму сильно кусает парня за шею и входит, Сигма вскрикивает, а с его глаз текут слёзы, он кричит чтобы оба остановились, пока его рот не закрывают рукой и тишину теперь нарушает хлюпанье от смазки и мычание проигравшего. Брошенный Николай остался сидеть в стороне, если бы не жалость к бедному Сигме, наверняка вошёл бы в него третьем, он хочет быть с ним нежным, ласковым так же как сам администратор, чтобы тот громко стонал только от ласк и каждый раз смущался от этого, но Достоевскому и Осаму такое не интересно и сейчас каждым своим движение они причиняют парню боль. Парни встали с кровати как привели себя в порядок, оделись, сказали сухо. — Пока. — Ушли, захлопнув дверь. Коля остался с бедным товарищем, помог принять ему душ, сходил в аптеку за обезболивающим, по дороге заскочил в продуктовый и пока Сигма не заснул, смотрел с ним смешные видео с котиками, каждый раз говоря, что администратор на них очень похож.