И шрамы исчезают

Дима боялся наступления утра. Утро означало, что ему придётся ехать на первые съёмки нового шоу, в котором он согласился поучаствовать. Конечно, это было на добровольной основе, но Матвеев понимал, что не уверен в себе на сто процентов. Скорее, он идёт на «битву сильнейших» только ради того, чтобы отвлечься от однообразной, пугающей жизни. Она уже не раз подкладывала под ноги грабли, которые парень не успевал обходить. Часы показывали два ночи, но Дима ещё даже не ложился спать. Он выкуривал третью сигарету, хотя лёгкие уже неприятно саднило, они требовали перерыв. Сигареты являлись одним из способов, которые хоть немного могли заглушить боль и страх. Иногда парень не понимал самого себя. Он не мог понять, в какой момент его жизнь пошла конкретно не туда. Почему из жизнерадостного и эмоционального подростка он превратился в человека, который упорно скрывает свои эмоции и чувства, кусает губы, лишь бы не сказать лишнего, терпит весь день, а потом приходит домой и срывается. У чернокнижника дома уже давно не было гостей. Сюда просто никого нельзя было пускать: везде валялись пластинки и баночки с таблетками, успокоительными. На столе лежали лезвия в пластиковой коробке, бинты и вата. Парень использовал их отнюдь не для ритуалов. Еда в холодильнике стремительно сокращалась, а новые продукты Дима покупать не собирался. Он совершенно не хотел этого делать. Чернокнижник потушил сигарету и дрожащими руками выкинул её с балкона. Дима понимал, что дрожит вовсе не от холода, а от накатывающего стресса и волнения. Он так и остался стоять на балконе в одних пижамных штанах, хотя было отнюдь не тепло. Постепенно перед глазами становилось мутно. Первая слеза побежала по щеке, Дима вытер её рукой. Только дома он мог дать себе такую слабину, что позволял себе расплакаться. Но сейчас на это видимой причины не было. Он просто очень сильно устал, выдохся. У него было слишком много проблем, с которыми Матвеев не был в состоянии справиться в одиночку. Постояв ещё какое-то время на балконе, старательно сдерживая слёзы, но где-то в груди задыхаясь от них, Дима наконец зашёл в дом. Выпив очередные таблетки, он завалился на кровать. Будильник парень поставил ещё утром. Чернокнижник знал, что без него не сможет проснуться из-за таблеток. Зато благодаря им не было кошмаров. Прикрыв глаза, Дима провалился в тёмный сон, совсем без картинок перед глазами.

***

Оказавшись на знакомой студии, Дима чувствовал себя беспокойно. Он не был тут несколько лет, и хотя ничего особо не поменялось, даже съемочная группа осталась та же, в душе накатывалось волнение. И это уже можно было объяснить. Почти со всеми сильнейшими экстрасенсами Дима знаком не был, а значит это знакомство ещё предстояло. Им нужно было проработать несколько недель вместе, точнее даже месяцев, от этого осознания становилось не легче. Матвеев сидел в большой комнате, которая предназначалась для отдыха. Именно здесь собирались все участники до съёмок. Сейчас здесь были ещё Марьяна, Лина и Влад. Они сидели поодаль Димы, переговаривались между собой. Чернокнижник сказал, что подойдёт к ним попозже, мол он не выспался, поэтому сейчас ему нужно настроиться на работу. Дверь открылась и комната наполнилась новыми голосами, на которые Дима по началу не обратил внимания. Он так и продолжил сидеть, бездумно уткнувшись в телефон, пока где-то рядом лился дружеский разговор. — Привет, классное тату, — Дима поднял голову, еле заметно вздрогнув, когда услышал смутно знакомый голос. Перед ним стоял любимец тысяч девчонок — Олег Шепс. В официальном стиле: рубашке, пиджаке и брюках он выглядел весьма солидно. Дима не ожидал увидеть его таким. Он больше привык к Олегу в футболках, чёрных кофтах и кожаных куртках. — Привет, спасибо, — что ответить ещё Матвеев не знал. Да он и не был настроен на диалог. — Долго уже в Москве живёшь? — Пару месяцев как прилетел. По чуть-чуть вспоминаю здешние порядки, — на эти слова Олег улыбнулся, а Дима почему-то смутился. — Быстро привыкнешь, тут ничего сложного нет. Только выезжать всегда приходится пораньше, а то из-за пробок до нужных мест не получается быстро добраться. Дима понимающе кивнул. В этот момент к Олегу подошёл его брат, остановившись рядом с ним. Саша положил руку на плечо младшего, и Дима заметил, что тот не вздрогнул. Для него это было что-то новое и странное, Матвеев всегда боялся резких движений. — Решил найти товарища по возрасту? — с лёгкой ухмылкой спросил медиум. — Может быть. Дим, Это Саша. Саша, это Дима. — Приятно познакомиться, — улыбнулся Шепс. — Взаимно. — А ты изменился после своего участия в шоу, — заметил старший из братьев. Честно говоря, он никогда сильно не наблюдал за жизнью экстрасенсов после съёмок в шоу, поэтому сейчас удивился таким переменам Димы. — Немного, — согласился чернокнижник. — Чего здесь сидишь, а не со всеми болтаешь? — поинтересовался Саша. — Настраиваюсь на съёмки. Я просто очень плохо спал и сейчас пытаюсь выглядеть не как овощ. — Да ты выглядишь потрясно, — с улыбкой на лице ответил Олег, оценивая парня взглядом. Его определенно привлекли татуировки, которые отлично виднелись на теле через большой разрез одежды. — Сочту за комплимент, — Дима был уверен, кончики его ушей покраснели. Дверь снова открылась и в комнату вошли оставшиеся экстрасенсы: Костя, Вика и Надежда Эдуардовна. Саша кивнул в сторону пришедших, а потом с интересом посмотрел на Диму. Матвеев вздохнул, и натянув лёгкую улыбку, встал с кресла, идя вслед за братьями в сторону своих соперников на битве.

***

— Уважаемые экстрасенсы, добрый вечер. Дима напрягся из-за этой фразы, но когда все начали здороваться и кивать, Матвеев сделал то же самое. — Я очень рад всех вас видеть, - Марат, кажется, говорил без сарказма. — И я счастлив сообщить то, о чём мечтали фанаты битвы экстрасенсов, то, о чём нас просили пятнадцать лет телезрители — наконец свершилось. И я торжественно объявляю о начале этого грандиозного проекта. Проекта, в котором сойдутся победители, финалисты разных сезонов, чтобы понять, кто же в этой лиге сильнейший, станет номером один. И так, я с замиранием сердца объявляю: экстрасенсы битва сильнейших начинается! Сейчас я хочу спросить у всех: почему вы пришли? Зачем? Зачем вам это нужно? Дима сразу же сжался. Чернокнижник понимал, что на съёмках ему придётся хоть что-то сказать, хотя он верил — он не будет ни с кем говорить. — Ну смотрите, — первым ответил Влад, — я ещё от предыдущего фурора не отошёл, нужно заново. Заново блеснуть, так сказать, звёздочка должна быть одна, — Саша обернулся, услышав эту фразу. Он заметил ехидную улыбку Череватого. Дима тоже в этот момент смотрел на второго чернокнижника. Он не знал, как к нему относится. Влад был слишком резким, неожиданным и вроде бы, конфликтным. Шестое чувство подсказывало парню, что совсем скоро бурный характер Череватого даст о себе знать. — И она не погаснет при любом раскладе. — Звёздочка? — удивилась Надежда. — Звезда должна быть одна. Звёздочек и звездунов очень много. Дима поджал губы, услышав эту фразу. Он слегка покачнулся на ногах, обращая внимание на смех Влада. — Владу я хочу напомнить о том, что звезда зажглась в 2015 году, и имя её — Виктория, — теперь говорила Райдос. — Ну, она погасла. За последние семь лет она погасла, — парень кивнул сам себе, становясь более серьезным. — Посмотрим, — хмыкнула Виктория. Диме не нравился назревающий спор. Он не был конфликтным человеком, наоборот, старался споры обходить стороной. И вот сейчас прошло всего минут десять с начала съёмок, но в зале уже повисло отнюдь не дружеское отношение. — Я недавно разговаривала с парочкой экстрасенсов. Я не стану называть имён. Мы говорили про проект, про участие в этом проекте и… Кто-то сослался на дела, кто-то на детей, кто-то, что уехал. И в общем они отказались. Ну, я понимаю, что они испугались, — продолжила говорить Виктория. — Они действительно испугались участия здесь. Я вам скажу честно, мне… Ну, мне тоже страшно, но я пришла. Потому что я не могла не прийти: за мной миллионная аудитория, за мной смотрят мои фанаты, за мной смотрит мой род. Как я могла не прийти? Я пришла сюда тоже с твердым желанием, как и все скорее всего, одержать победу. И мне страшно, что не получится. А что, если не получится? И я нацелена здесь только на победу. — Кому-то ещё страшно? — спросил Башаров. Дима в душе хмыкнул. Он сильнее сжал рукоять трости, которую принёс с собой. Брал он её вовсе не для дополнения образа, а лишь потому, что сейчас был уверен — он не упадёт, не наклонится в сторону. За последний месяц Матвеев уже три раза падал в обморок. — Я ничего не боюсь, — твёрдо сказала Марьяна. — Мне абсолютно фиолетово, кто будет в финале. Эта битва только про меня. Чернокнижник почесал бровь, лишь бы как-то отвлечься от своих мыслей. Пока самой нелицеприятной и недружелюбной здесь выглядела именно Марьяна. — Дим? — обратился к парню ведущий. — Я пришёл сюда, потому что устал от хейта, устал от того, что люди считают, что я незаслуженный победитель, — Дима говорил спокойно только из-за того, что заготовил речь дома. Он догадывался, что о чём-нибудь таком его спросят на съёмках, поэтому нужно было заранее придумать ответ. — И я хочу доказать обратное. Я стою рядом с сильнейшими экстрасенсами страны. — Лина? — Я хочу надрать задницу Череватому, конечно же, — Влад расплылся в улыбке после этих слов. — Нужно взять реванш. — Кишка тонка, — заметил мужчина. — Кишка не тонка, — не согласилась Лина. — Тонка. — Нет, просто это похоже… — Ау! — перебил всех Дима, вскрикивая и поднимая руки вверх. Он почти сразу смутился после того, как сказал это. Сам не понял, что на него нашло: из-за всех этих колких насмешек и откровенных стёбов находиться в помещении становилось труднее, в груди росло желание скорее покинуть его. Ещё около минуты Влад перетягивал внимание на себя, пока наконец Марат не решился перейти на других участников битвы. Первыми из оставшихся он заприметил братьев Шепсов. — Олег? — Соперник у меня здесь один, — Саша внимательно посмотрел на младшего, догадываясь, что сейчас он произнесёт, — и это мой брат. — А как Константин? Константин тоже медиум. — А он уже не тот, какой был пять лет назад, — скучающим тоном ответил Олег. — Кость, парируйте. — А можно я расскажу, что чувствую? — вздохнул мужчина. — Такое ощущение, что мы кое-чем здесь меряемся. Я имею в виду мужчины. И мы как-то совсем забыли о том, что есть женщины здесь. Примерно на этом моменте Дима перестал понимать, что вообще происходит в зале. В глазах рябило из-за софитов, в ушах набирался шум разговоров, резких высказываний. Признаться честно, Матвеев даже правила толком не послушал. Вскоре начались споры по поводу того, как именно участникам разбиваться на тройки: спорили все, даже братья немного повздорили. Дима же всё время, хотя и стоял среди экстрасенсов, будто был совершенно вдали от них. Когда объявили жеребьевку, чернокнижник до сих пор находился в каком-то подвешенном состоянии, поэтому не обращая ни на кого внимания, просто в нужный момент положил свой шар в один из сосудов и ушёл на свое место. Оказавшись в одной тройке с Марьяной и Константином, он не обрадовался, но и не огорчился: Романова могла нарваться на конфликт, а Костя выглядит очень уравновешенным человеком, поэтому, создавалось ощущение, что он сможет прекратить спор, если он возникнет. Когда объявили «снято», Матвеев выдохнул с облегчением, и хотя все экстрасенсы остались в зале, начиная обсуждать что-то между друг другом, он поспешил вернуться в гримерную. Достаточно быстро накинув на себя верхнюю одежду, Дима, наспех попрощавшись со всеми, вышел через заднюю дверь на улицу. Только тогда парень позволил себе расслабиться, и только тогда он понял, что последние часа два был сильно напряжён. Чернокнижник достал сигарету, зажав её между зубами, быстро зажёг, делая первую тяжку. Он немного залип, смотря на тлеющий кончик, а затем, вытянув левую руку, около запястья прижал сигарету к коже. Шикнув, парень тут же одернул руку, и тогда словно вышел из транса. Зачем он это сделал? Простояв минуты две, он сильно вздрогнул, когда почувствовал затылком ещё одного человека. — Всё норм, Дим? — нахмурился Олег, заметив это странное действие парня. — Да, да, — нервно бросил Матвеев, отступая на шаг назад. Он слегка закашлял опять же из-за того, что парень подошёл слишком резко и неожиданно. — А кажется, что нет. — Забей, — Дима постарался вернуть своё пофигистское на всё состояние. — Просто немного устал после съёмок. — Я тоже, — согласился парень. Олег достал свои сигареты, начиная курить. Они стояли в тишине, и если для Димы это было какое-то беспокойное чувство, то Олег совсем не волновался и переживал. Разглядывая профиль чернокнижника, он вдруг произнёс, выдыхая дым: — Дим, а это что? — А? Матвеев опустил взгляд ниже и понял, что парень спрашивает про след на его руке. — Обжёгся случайно, — махнул рукой парень. — Нужно обработать. — Дома сделаю это. Олег пожал плечами, но, кажется, ему не особо сильно понравился этот ответ.

***

Диму вырвало из сна достаточно быстро. Хотя сном это нельзя было назвать, — кошмар. Он резко вскочил на кровати, чуть не упав с неё, глубоко задышал. На щеках застыли слёзы. Парень не смог сдержать хриплый вздох, он снова упал на подушки, зажмуриваясь. Хотел, блин, прилечь на два часика. Чернокнижник понимал, что сразу успокоиться у него никак не получится. Как бы он не закусывал губы, мелкие слёзы текли по лицу, тело дрожало в лёгком треморе. Как назло таблетки были слишком далеко, так что Дима не мог до них дотянуться. Из-за этого парень просто повернулся на бок, поджимая ноги, сворачиваясь таким образом в клубок, надеясь обезопасить себя от чёрт знает чего. В таком положении дышать стало труднее, но страх постепенно отступал, когда Матвеев думал о том, что с ним ничего страшного не произойдёт. Где-то из глубины раздался непонятный звон, в котором юноша отдаленно узнал телефонный звонок. Он нервно вытянул руку, схватив мобильник, и даже не смотря на номер, приложил к уху. — Д-да? — с дрожью в голосе проговорил Дима. — Дим, это я Олег, извини, что звоню. Знаю, звучит странно, но я переживаю за тебя, — голос действительно принадлежал младшему Шепсу. — Что? — хрипло переспросил парень. — У меня ощущение непонятное… Всё нормально? — Да, да, — более уверенно сказал Дима, осознав, что сейчас Олег прекрасно слышит его. — А мне кажется, ты врёшь… Что с голосом? — Олег, всё хорошо, — Матвеев заставил себя выдохнуть. — Я просто только проснулся. По ту сторону трубки на несколько секунд повисло молчание. — Ты ожог обработал? — Да, сразу после съёмок. — Ладно, поверю тебе… Извини, что побеспокоил. — Ничего страшного. Дима тут же сбросил трубку. Обдумать произошедшее у него не получилось, поэтому он просто выключил телефон, откладывая его в сторону. Посмотрев на покрасневшую от фильтра сигареты часть руки, конечно же не обработанную, парень снова начал дрожать. Он плотно сжал губы, заскулив через них, и опустил голову на колени.