Coffee-like scent

      Джисон стоит у кофемашины, делая капучино по давно заученному рецепту, одновременно с этим пытается подготовить ингредиенты для следующего напитка в заказе. Его напрягает шумная компания женщин за сорок за спиной, они не понимают того факта, что Хан один и не может разорваться, сделать быстрее. Он не покупал тренинг у Юлия Цезаря, припоздал с рождением.              В разгар этого хаоса, а Джисон чувствует себя прямиком в его эпицентре, хоть и работает в общепите второй год, в кофейню приходит Хёнджин. Он быстро надевает униформу, по сути обычный фартук, обрабатывает руки и коротко здоровается с Джисоном.              — Выучил технологические карты?— спрашивает Хан у стажёра.              — Практически все, только до холодных напитков не добрался,— Хёнджин помогает старшему коллеге, а после забирает стаканчики с уже готовым кофе и отдаёт посетителям. Он желает тем хорошего дня, улыбается мило и, конечно, высокому красавчику в ответ также вежливо отвечают, хотя до этого нарочито громко обсуждали плохой сервис в лице Джисона. Просто потому что он им не понравился.              Хан не любит людей. Он обидчивый, близко принимает всё к сердцу и, когда ему встречаются грубые посетители, настроение портится на пару часов так точно. Эта кофейня находится буквально под его домом, так что ему не нужно тратить время и деньги на проезд, у него удобный график и… работа не то чтобы тяжёлая. Не физически, сколько морально, Джисон – интроверт. Ему не приходится устраиваться на несколько подработок, как многим его одногруппникам. Он вообще жаловаться не любит, это удел слабых, но избавиться от этого не может. Его неуверенность в себе, ощущение, что у всех дела обстоят лучше, хотя окружающие просто скрывают своё дерьмо от остальных, у каждого найдётся собственный багаж проблем, это понятно. Сомнения в том, что Джисон делает всё правильно. Эта работа, обучение в университете, отношения с близкими.              Кофейня погружается в тишину, Джисон – в раздумья. Ему бы показать новенькому дополнительные рабочие моменты, про которые он не успел рассказать в предыдущие дни, посетителей всё равно нет. Джисон этого не делает. Он чувствует дискомфорт в глазах, они сохнут, хочется вытащить линзы, но зато ему не приходится носить очки.              Хёнджин красивый. Во всех аспектах. У него даже походка классная, потому что спина выпрямлена и он держит голову прямо. Хван нравится посетителям, те за несколько дней ни разу не нагрубили, девушки даже спрашивали номер. Он не был зазнайкой, вёл себя с Джисоном вежливо, они болтали, пока не были заняты работой, слушался старшего коллегу.              По личному опыту говоря, такие, как Хёнджин, обижали таких, как Джисон.              

♥️♥️♥️

      

      — Добрый день, латте с солёной карамелью, пожалуйста,— Минхо заказывает напиток у Хёнджина и только по его дрогнувшей улыбке понимает, что сказал. Кофейня скоро закрывается, потому что уже без десяти минут девять вечера. День, ночь, утро, вечер, плевать уже, столица живёт в таком бешенном ритме, что сейчас действительно только начало.              Он расплачивается наличными, протягивая тысячную купюру и, когда немного рассеянный Хёнджин только собирается повторить цену, вводит Хвана в замешательство.              — Извините, я должно быть заработался,— он моргает и принимает пятитысячную банкноту из чужих рук. Только собирается всунуть её в кассовых ящик, как снова застывает. Крутит в руке тысячную купюру.— Вы дали мне пять тысяч?— переспрашивает.              — Я такой невнимательный, простите,— сама невинность, протягивает наконец пятитысячную банкноту.              Хёнджин поворачивается к кофемашине и принимается готовить напиток, держа в голове одну мысль, лишь бы не напортачить, ведь Хана рядом нет, он вышел поговорить с начальницей по телефону. Пошла игра один на один, голодные игры, если совсем уже драматизировать.              — Справляешься?— спрашивает Джисон после того, как выходит из их небольшой подсобки.              — Да. Единственное что, я должно быть потерял где-то здесь браслет, можешь помочь посмотреть?              — Да, конечно,— Джисон присаживается, чтобы посмотреть для начала под стойкой, осматривает поверхности, но ничего не находит.              — Ваш кофе,— отпускает клиента Хёнджин, обменивается любезностями и, когда принимается осматривать кассу на наличие любимого браслета, вновь зависает, ведь тот оказывается прямо на запястье. — Джи, ты тоже видел, что браслета не было на руке или я схожу с ума?              — Не было,— отвлекается от другого дела, про браслет уже забыл, проверял выпечку.              — Магия какая-то,— бормочет тихо Хван, а после громче добавляет.— Извините, мы собираемся закрываться,— обращается к Минхо, который располагается за одним из столиков.              — Джисон,— должно быть, через чур громко зовёт клиент бариста.              — Я тебя не заметил,— удивлённый Хан выглядывает из-за стойки.— Хёнджин, это ко мне, можешь не обращать внимания. Помоги мне спокойно закрыть это кафе,— устало просит парень и действует по привычной процедуре: закрывает кассу и выключает электронику, пока Хёнджин протирает поверхности и приводит в порядок оборудование, моет кофемашину, холдеры.              — Я бы помог протереть пол, если бы чувствовал своё тело, у меня дико болят мышцы после тренировки,— зачем-то оправдывается Минхо, хотя является посетителем, он становится в сторонку, пока стажёр убирает зал.              — Всё в порядке, вы и не обязаны.              Хёнджин всё больше нравится Джисону, потому что он добросовестно выполняет свою работу, никогда не огрызается, чрезмерная фальшивая искренность лучше этого. Парень неосознанно сравнивает его с уволившимся сменщиком.              Но Хёнджин всё меньше нравится в такие моменты. Он завладевает всем вниманием, Джисон чувствует, как уменьшается в размерах.              Они заканчивают на сегодня, выходят наружу, там ощутимо прохладнее, чем в помещении, так что Джисон сразу покрывается мурашками. Он ставит кафе на сигнализацию и запирает дверь. Хёнджин прощается с ними и спешит на свой автобус.              — Идём в дом,— Джисон быстрым шагом направляется к своему подъезду, он в одном свитере, а на улице настолько похолодало, что замёрзли лужи во внутреннем дворе. Минхо следует за парнем, по пути пьет уже остывший кофе и это оказывается не лучшим решением, потому что в итоге обливается. Два раза.              — Хан-а, ты голоден? Я купил пиццу,— Минхо показывает пакет с логотипом его любимой пиццерии и довольно улыбается.              — Здорово,— отвечает Джисон, пока открывает дверь в квартиру.— Я не голоден, но разогрею для тебя,— он, конечно, знает, что Минхо любит горячую пищу. Очень горячую и это единственное, чем он не похож на представителя семейства кошачьих. Ли снимает с себя верхнюю одежду, вешает куртку на крючок и обувает тапочки, которые ему когда-то купил Джисон. Они моют руки и после проходят на кухню.              — Что ел?— спрашивает Минхо после того, как заглядывает в холодильник. Там вновь мышь повесилась.              — Забыл вчера совсем что-то приготовить, взял в кафе печенье,— пожимает плечами Джисон. Пицца разогревается, он облокачивается поясницей на кухонную тумбу и упирается в нее ладонями. Минхо подходит и, не жалея сил, обнимает парня, целует в щеку, а после и в губы. Джисон пахнет кофе — это теперь любимый запах Минхо. Мягкий свитер, едва уловимый запах одеколона, прикрытые глаза и отсутствие понятия личного пространства. Идеально.              — Ты мой маленький,— шепчет Минхо между поцелуями. Он обожает, что Джисон полностью ему доверяется, позволяет обнимать так крепко, целовать сумасшедше, кусаться и облизывать.              — Ты старше на полгода, не возникай,— Хан кладёт руки на грудь парня, мягко отстраняя от себя. Минхо, хоть и не стенка, но тоже не подвинется, он берет лицо младшего в свои ладони и любуется.              — У тебя красные глаза,— блаженное лицо парня меняется на обеспокоенное.              — Нужно снять линзы, глаза сохнут,— окончательно высвобождается из объятий и уходит в ванную. Минхо достает пиццу из духовки, наливает им воды и вот Джи уже вернулся на кухню.              — Зачем ты их носишь? Ты с очками намного милее и глаза не болят,— он поправляет чёлку Джисона.              — Мне не нравятся мои очки.              — Давай я куплю тебе новые?— натыкается на раздражённый взгляд Хана, он терпеть не может, когда за него платят.— Ладно, понял. Поешь со мной, ты наверняка голоден.              — Минхо, зачем ты сегодня пришёл? Я не настроен ни на что, если быть честным, я так устал на работе, обучая Хёнджина,— Джисон не притрагивается к ароматной пицце, только воду из стакана пьёт.              — Ты меня обижаешь своими словами. Во-первых, я не эгоист и не извращенец, если ты думал, что я пришёл только за этим. Во-вторых, ты несколько дней назад сам пригласил меня на ночь, но ты, должно быть, забыл.              — Оу,— стушевался Джисон и опустил взгляд. Он всё же берет кусок и медленно жуёт его, горячо всё ещё, но делает это, чтобы уйти от разговора.              — Мы могли бы покушать и посмотреть телевизор. У меня утром тоже пары, вместе поедем в университет,— воодушевляется от этой мысли Минхо.              — Хёнджин завтра утром заступает на полсмены один, переживаю за него.              — За себя беспокойся, у тебя завтра тяжёлый день.              — Каждый день – тяжёлый. Кстати,— неуверенно начинает Джисон,— что думаешь по поводу Хёнджина?              — Хороший парень, по сравнению с твоим предыдущим сменщиком,— пожимает плечами Минхо, ему разговоры о Хване не интересны, ему бы про парня своего узнать.              — Ты сразу испробовал на нём свои фокусы. Это показатель,— Джисон вспоминает, как сам попадался на эти уловки. У Минхо очень ловкие руки.              — Я сделал это лишь потому, что ты рассказывал о новом стажёре и мне захотелось его подразнить. Я давно не практиковался в фокусах.              — А я подумал, потому что он симпатичный.              — Я не понимаю ход твоих мыслей,— раздражается Минхо. Джисон говорил о стажёре по телефону, теперь не перестаёт вживую.— С каких пор мы обсуждаем симпатичный парень или нет? Мне вообще плевать на Хёнджина.              — Мне не плевать, а с тобой разговаривать невозможно. Я сказал очевидный факт. Он высокий, красивый и любезный.              — Я рад, что тебе так понравился твой новый коллега,— спокойной отвечает Минхо через несколько секунд молчания.              — Такие, как он, нравятся всем. Наверное, его пара – счастливчик или счастливица.              — Хочешь оказаться на этом месте?— ревность из Минхо потоком биться начинает.              — Каждый хочет и не говори, что ты бы не хотел.              — Блять, да мне вообще плевать,— ругается Минхо, а аппетит пропадает.              — Будто не ты с ним так очевидно флиртовал,— фыркает Джисон.— Ни один человек бы не посмотрел на меня с такими мыслями,— как бы объясняя своё поведение говорит Джисон,— что я парень из мечты,— встаёт из-за стола, начиная мяться на месте.              — Ты или настолько сомневаешься в себе, или во мне,— вздыхает Минхо и откидывает голову назад. Он несколько секунд смотрит в потолок, а потом на Джисона.— Я не флиртовал. Даже мысли не допускал, я был вежлив и мне хотелось произвести хорошее впечатление на твоего коллегу. Это моя дурацкая привычка нравиться всем, но, благодаря ей, у меня в окружении всегда найдется человек, который поможет мне делом или словом, также как и я в ответ. Следующий момент,— парень прочищает горло.— Мы встречаемся полтора года, а общаемся ещё на год больше. Я переехал в этот город ради тебя, поступил в тот же университет. Ты даже представить себе не можешь, сколько раз я думал, как я рад, что мы познакомились в том приложении для знакомств. Я настолько любил тебя ещё до первой нашей встречи в реальной жизни… Скажи, разве я давал тебе хоть один раз усомниться в том, что я не обожаю тебя?              — Я не понимаю, за что ты меня любишь. У меня лишний вес, дурацкие щеки, очки мне совсем не идут, но без них я дальше носа не вижу, я склонен к асоциальности, не уделяю тебе достаточно времени, так как утром посещаю занятия, днями и вечерами работаю.              — Я не знаю. Я тебя просто люблю, не могу подобрать слов,— Минхо тянется и за руку притягивает Джисона, чтобы он стал меж коленок старшего.— Всё, что я сейчас скажу – полнейшая правда, слушай внимательно,— он выдыхает, собираясь с мыслями.— Меня трясёт рядом с тобой. Я только целую тебя и моя крыша уезжает. Я совсем не думаю, что у тебя есть лишние килограммы. У тебя объективно нет времени на занятия спортом, но то, что у тебя нет кубиков или бицепсов, не значит… Я занимаюсь танцами, мне необходимо держать себя в форме, а ты будешь учителем младших классов, тебе кубики не нужны. Пока ты сам не захочешь заняться спортом, я и слова тебе не скажу. Если захочешь – вместе пойдем в спортзал,— Минхо замолк, он держит в своих руках ладони Джисона и смотрит снизу вверх.— Очки делают тебя очень очаровательным, а твои щёки – изюминка. Я люблю изюм. Ты очень красивый для меня, внутренне тоже. Ты очень нежный и добрый, замечательный просто, когда не страдаешь такой хернёй. Как мне доказать, что о наших отношениях нет повода волноваться?              — Хочешь,— редкие слёзы начинают катиться по щекам. Джисон ненавидит себя за то, что он такой слабый. Сам придумал проблему, сам несколько дней думает о ней, ещё и Минхо своей неуверенностью наверное обидел,— съехаться со мной? Не придётся за общежитие платить, а эта квартира – моя.              — Станем настоящей-настоящей парой, Джи?— Минхо сажает его на свои коленки и радуется, словно выиграл миллион.— Почему ты вдруг решился?              — Ты был очень искренен. Я не настолько хорошо говорю о своих чувствах, но это могло бы быть следующим этапом наших отношений,— он обвивает руками шею Минхо и целует в висок.— Хочу, чтобы ты знал, я испытываю не меньший спектр эмоций. Действительно в восторге и от твоего изумительного характера, ты растопил моё сердце, и от твоей внешности, каждый раз гадаю, как такой красивый мне достался.              — Моя стипендия меньше твоей зарплаты, буду твоей содержанкой,— Минхо не пропускает мимо ушей слова Джисона, но тему переводит, потому что краснеет от таких комплиментов. Ладони зарываются под свитер и гладят горячую кожу на пояснице, от чего Джисон ещё сильнее выгибается и прижимается.              — Я всё ещё не могу поверить, что решился предложить тебе. Так чувствуют себя женщины, когда заводят ребенка, чтобы сохранить брак?— Хан начинает тихо смеяться.              — Я итак останусь с тобой, даже если мы не будем съезжаться. Подумай об этом ещё.              — Нет, я уже представил себе идеальную жизнь, где ты со мной, в этой квартире… В старости мы будем сидеть на балкончике и завтракать на свежем воздухе, это моё условие.              — Часто ты думаешь о подобных вещах?— Минхо проводит носом по шее Джисона, целует за ушком, а потом нежными, почти невесомыми поцелуями проходится по его щекам. Хану щекотно, он улыбается, но от касаний не уходит.              — Когда мне одиноко, то часто. Я могу звучать очень странно, но я действительно не рассматриваю вариант, что ты не будешь со мной всю жизнь. Ты – мой человек, понимаешь?              — Понимаю,— кивает Минхо и перемещает свои руки с талии парня выше. Он гладит его по плечам и зарывается пальцами в густые волосы, пропускает их сквозь свои пальцы, заставляя Джисона растечься лужицой от удовольствия. Ещё немного и начнет мурчать.— Я чувствую тоже самое, дорогой.