Ну и?

Лу подходит к “Утконосу”, когда давно уже перевалило за полночь. После всего произошедшего в поездке, ей стоило бы завалиться спать часов на двадцать, а не идти в клуб. Но Лу здесь, волосы все еще капельку влажные после душа, одежда не пахнет гарью, впереди возможность забыться. Привычное место в клубе само притягивает взгляд и - совсем не удивительно - там ее ждут привычные лица. Ирма единственная сидит лицом ко входу, но она увлечена разговором, так что внезапное появление Лу производит фурор. Доган, к которому она без лишних слов подсаживается, вздрагивает, стакан из его рук падает и заливает самого Догана, Тома, Лу и стол перед ними химозной красно-розовой жижей. — Единый, Лу! — Лу! Ребята подскакивают, пытаются отряхнуться, спасти свои вещи от расползающейся на столе лужи. Лу наблюдает за этим с равнодушием. Она чувствует, как потяжелели штаны на левом колене, но мимолётная мысль о том, так ли въедлив этот краситель как кажется, исчезает быстро. Сейчас есть куда более насущные проблемы. — Я возьму выпить, — говорит она и уходит к бару. Липкая ткань неприятно стягивает ногу. Сегодня на ней светлые штаны, и наверняка пятно хорошо видно даже в такой темноте. Но кому есть дело? Лу заказывает сразу несколько коктейлей прозапас и проталкивается назад к столу. — Я так понимаю, ты почувствовала свою вину и решила загладить ее? Тогда стоило взять мне то, что я люблю, а не эту девчачью гадость. — Доган тянется к одному из коктейлей и, сделав страдальческое лицо, все равно сразу отпивает половину стакана. — Не думаю, что это сильно отличается от того, что ты пил раньше, — тянет Лу, кивая на Ирму, тщетно пытающуюся впитать как можно больше розовой гадости со стола небольшой салфеткой. — Это Малой, — отвечает Том, — мы решили - ей уже хватит на сегодня. — Не думай, что такое появление избавит тебя от вопросов, — говорит Ирма, усаживаясь на место и глядя прямо на Лу. Салфетка, не сумевшая выполнить возложенную на нее непосильную задачу, остается валяться прямо в луже. — Ты никому не сказала, что вернулась. — Я попала домой час назад, — бурчит Лу, не поднимая голову от своего коктейля, а затем еще тише, — У меня пока нет телефона. — Что? Почему? С тобой что-то случилось? — сразу же оживляется Том. — В полном порядке. А где остальные? Лицо Ирмы выражает все, что она думает о таких попытках перевода темы, но она милостиво поддается: — Йонас и Тина где-то на танцполе. — Ууууу, — мычит Лу. — Очень интересно. Отставив опустевший стакан, она сразу же переходит к следующему. Уже прилично набравшийся Доган не может не влезть: — Эй, куда? Я думал, это извинение нам всем. Лу в ответ закатывает глаза: — Не то, чтобы я что-то сделала, это первое. Даже если бы это было извинение, ты свой уже выпил, это второе. Это были мои коктейли, это третье. — Четыре штуки? — Это ты собрался меня осуждать? — Лу ненавязчиво проводит рукой в направлении выстроившегося на столе рядом с Доганом ряда стаканов. Доган открывает рот, чтобы выдать какой-то, несомненно, остроумный ответ, но в этот момент у столика появляется Тина. — Лу! — кричит она, — Ты здесь! Лу! Тина очень нетвердо стоит на ногах, Лу едва ли хоть раз видела ее в подобном состоянии. — Лу! — бросается обниматься она. Лу очень предусмотрительно отставляет свой коктейль в сторону и ловит барахтающуюся Малую обеими руками. — Лу! Почему ты не сказала, что приехала! Тина залазит сверху и обнимает с таким энтузиазмом, что быстро становится нечем дышать. К счастью, довольно скоро кто-то тянет ее назад. Есть, конечно, только один вариант. — Привет, — Йонас не кажется пьяным или, если на то пошло, хотя бы немного расслабленным. Он тянет сопротивляющуюся Малую, чтобы усадить ее рядом с Ирмой, и садится сам. — - Где мой коктейль? — оживляется Тина, — Где он? На лице Йонаса проскальзывает плохо сдерживаемое раздражение. — Ты его допила. — Нет, не правда! — Ты допила его, — поддерживает Ирма и отвлекает Малую на себя. Дальше Лу слышит только обрывки каких-то слов, успокаивающий мелодичный голос Ирмы и невнятные восклицания Малой. Выпитые коктейли как будто резко начинают действовать в полную силу именно в этот момент. Лу чувствует, как мир смягчается по краям. Хорошо. — Давно ты вернулась? Я не знал, что ты в городе. Ну конечно, как же без этого. Йонас смотрит на нее в упор, взгляд тяжелый, но вопрос звучит как будто бы между прочим. Лу молчит целую минуту, пытаясь придумать нормальный ответ, а потом хихикает, сама не ожидая от себя такой реакции. Йонас тоже кажется удивленным. Рассматривает ее еще более внимательно. — Когда ты успела набраться? Давно ты пришла? — Когда вернулась, когда пришла, давно, недавно. Все тебе надо знать дааа… - дразнит Лу и снова хихикает. Лицо Йонаса совершает путь от удивленного до почти обиженного. — Лу только вернулась в город, — пытается спасти ситуацию Том, — И никто из нас не знал, пока она не появилась здесь. У нее нет телефона. — Что? Почему? — Потеряла, — говорит Лу, всем своим видом демонстрируя, что разговор окончен. Йонас смотрит на нее еще пару мгновений, а потом говорит: — Пойдем покурим. Меньше всего Лу хочет куда-то идти и отвечать на вопросы, которые наверняка последуют. И все же она чувствует, как ее пульс против воли ускоряется. Лу проклинает собственную слабость во всем, что касается Йонаса, и послушно встает вслед за ним. — Вы куда? — Тина вдруг тоже оживляется и пытается подняться, - Я с вами. Нет ни одной причины, по которой Лу могла бы быть против этого, и все же в ее голове лихорадочно проносятся десятки надуманных причин. Все они настолько абсурдные, что невозможно озвучить ни одну из них, не выставив себя как минимум полной дурой. И все же. Лу отвлекается на секунду, погруженная в свои размышления, а потом чувствует, как ее тянут к выходу, и с удивлением понимает, что Тина осталась за столиком. Ирма и Том что-то настойчиво ей объясняют. Доган нахмурившись смотрит Лу и Йонасу вслед. На улице они отходят на пару шагов в сторону от входа в клуб и основной толпы. Йонас закуривает и не глядя протягивает Лу пачку с зажигалкой. — Как обходительно, — фыркает Лу. Йонас не отвечает. Он смотрит куда-то через улицу, затягивается и молчит. Лу закуривает тоже. Так проходит еще минута, и еще. Лу почти с отвращением чувствует, как от свежего воздуха немного отступает опьянение. Спустя мгновение Йонас поворачивается к ней, словно готовясь начать какую-то фразу, и сердце Лу пропускает удар. Но взглянув, он осекается, впервые заметив огромное пятно на ее ноге. — Это еще что? Йонас разглядывает ее очень внимательно, и только тогда Лу понимает, что с первого взгляда дурацкий коктейль может быть похож на кровь. — Это коктейль. Доган не может удержать стакан в руках. — Вот как, — уже без особого интереса отвечает Йонас и отводит взгляд. Он затягивается и снова сосредотачивает внимание на другой стороне улицы. — Ты что-то хотел? — спустя еще пару минут не выдерживает Лу и сразу же проклинает себя за это. Йонас мгновенно ощетинивается: — Я позвал тебя покурить, мне нужен особый повод для этого? — Я не имела в виду ... — пытается сгладить Лу, но он продолжает. — … Может быть, письменное разрешение Приора? Лу приходится буквально сжать зубы, чтобы не поддержать язвительный тон. — Ладно, — говорит Лу и демонстративно тушит сигарету, — я докурила и иду. Она успевает только развернуться в направлении входа, когда ее хватают за руку и тащат за угол. Парочка уединившихся за углом клуба вскрикивает, Йонас тихо ругается под нос и тянет ее дальше. Лу глупо хихикает. Они останавливаются где-то в глубине подворотни, Йонас несильно толкает ее спиной к стене и застывает в метре. Они смотрят друг на друга. Лу разрывается между кричащим у нее внутри восторгом, тем, чтобы подначить его и сказать что-то вроде “Ну и?”, и всем тем, о чем она так много думала в последние недели. В итоге у нее вырывается нечто среднее: — Ну и почему сейчас? Йонас мрачнеет, но подходит на шаг ближе, прежде чем ответить: — Могу задать тот же вопрос. — Я тебя умоляю, — закатывает глаза Лу, — это даже не смешно. — Я не понимаю, о чем ты го... — Хочешь сказать, ты забыл о том времени, когда я была влюблена в тебя? — перебивает его Лу. Йонас вздыхает, но отвечает спокойно: — Конечно я не забыл. Но Лу, это было десять лет назад. Мы были детьми. Какое это имеет значение сейчас? — Ты сказал, что мы из одной социальной группы, и это значит, что я тебе сестра и никак иначе. Ты выставил меня какой-то сумасшедшей за то, что я только подумала о тебе как о парне! Лу много раз клялась себе, что никогда в жизни и ни за что на свете не поднимет эту тему, но сейчас ей никак не удается сдержаться. В ее голос просачивается все больше и больше яда, когда она продолжает: — Может, я одна, кому не сообщили, но вроде бы за последние десять лет ничего не изменилось. Мы все еще в одной социальной группе. Так что? Йонас чуть хмурится и разглядывает ее очень внимательно, прежде чем ответить: — Я и представить не мог, что тебя это так задело. Лу взрывается, глядя на его растерянное лицо: — Серьезно? Серьезно?? Она отталкивает его и почти бежит к выходу из переулка. Назад в бар идти нельзя, чем меньше свидетелей будет у ее позорного срыва, тем лучше. — Крэп, крэп, крэп, — бормочет она, быстрым шагом двигаясь в сторону дома. Слезы текут по щекам, и Лу никак не может их остановить. В какой-то момент она почти смеется от того, что понимает - примерно наполовину ее слезы вызваны тем, что она ненавидит, что вообще начала плакать. Дома она ложится в кровать, не включая свет. Надо было действительно выбрать сутки здорового сна в этот раз. *** Ее будит звонок в дверь. На часах 4 утра, то есть выспаться как следует ей опять не удалось. Лу плетётся к двери, изо всех сил убеждая себя, что она ожидает увидеть там Кея с новым поручением, и упорно отгоняя мысли о Йонасе. И все же он там. Лу вздыхает и открывает дверь. Йонас выглядит уставшим и немного смущенным, но все еще не пьяным. Лу молча отходит от двери, приглашая его внутрь. — Привет, — пробует он. Лу чувствует, как у нее непроизвольно дергается бровь. — Лу. — Ага, я, — отвечает она и жестом приглашает Йонаса в кухню. Йонас садится, Лу делает вид, что решила приготовить чай. Повисает неловкая тишина. — Я был напуган, вот и все. Отношения, которые я видел тогда, не приводили ни к чему хорошему. Всё заканчивалось через несколько месяцев максимум и всегда с большим скандалом, — говорит он, наблюдая, как Лу безуспешно пытается найти вторую чашку. Лу перестает притворяться, что ее хоть на секунду интересовал чай и оборачивается. — В целом я догадывалась. И наверное... ну... в этом есть доля правды. Едва ли мы смогли бы сойтись тогда и не повторить тот же путь, — кривится она. — Ирма и Том смогли. — Ты понимаешь, что сам себя топишь, да? — пытается пошутить Лу, но Йонас смотрит на нее очень серьезно. — Мне жаль, что я тогда все это сказал. Я струсил. И что не извинился после. — Подожди-подожди, — Лу вдруг ловит мысль, уже какое-то время крутившуюся на периферии, — Я что, тебе тоже нравилась тогда? Йонас выглядит позабавленным: — Серьезно, Лу? — передразнивает он. — Что? — Серьезно? Все знали об этом. — Я не знала. Ты мне не признавался, это я призналась тебе и получила очень конкретный отказ, если ты забыл. Йонас опять мрачнеет. — Лу... — Это все еще не отвечает на мой вопрос, — замечает Лу после паузы, — Почему сейчас то? Йонас пожимает плечами и смотрит ей в глаза: — Искра опять вспыхнула. Тогда в “Утконосе”... Лу смеется, не сдерживаясь: — Как же это глупо. Один дурацкий танец и вот они мы. Йонас встает со стула и подходит ближе. — Разве это так важно? Если в итоге мы тут. — А если ничего не получится? Что если ты был прав десять лет назад? Йонас подходит совсем близко. Лу чувствует запах сигарет, его дурацкого парфюма, чего-то еще - такого знакомого. Вау, думает она. Вау. Это действительно может быть ее мужчина. Тот, которого она так хорошо знает, а теперь узнает еще лучше. Она будет жить с ним, возможно. В любом случае не надо будет больше думать о том навязывается ли она, уместно ли, можно ли зайти или на этой неделе еще раз не стоит. Еще она будет с ним трахаться. От этой мысли горячо тянет живот. Вау, действительно. Йонас как будто бы читает ее мысли, на его губах на мгновение появляется хитрая улыбка, но потом пропадает. Он все еще серьезен: — Лу? Лу смотрит на его глупое лицо и на мгновение вспоминает мальчика, которого так любила. Она представляет их еще через десять лет. Если им обоим удастся прожить так долго, они все еще будут довольно молоды. Йонас все еще будет таким красивым, а Лу, вероятнее всего, все еще будет запирать любые мысли на этот счет где-то очень далеко на периферии. Может, и нет. Может, и да. Может, каждый из них найдет себе кого-то еще. Может, и да, может, и нет. Лу понимает, что сколько бы она ни притворялась, на самом деле ее выбор уже сделан. — Поцелуй меня.