Тот, кто помог

— И так, о чем вам еще есть рассказать? — офицер полиции —Наото Тачибана сидел на против молодого человека, Казуторы Ханемии. — Я…я не хочу больше об этом говорить, меня заставили идти сюда мои знакомые, я бы никогда не пошел в полицию из-за этого случая… — парень разговаривал дрожащим голосом, со слезами на глазах. Слезы текли по его красным от крови щекам. Наото громко вздохнул. Затем же строгим взглядом посмотрел на Ханемию. — Понимаю, что вам очень нелегко, но показания вам дать нужно. Я только услышал от ваших знакомых, что вас изнасиловал некий человек как Кейске Баджи? — спокойным голос вымолвил Тачибана. — если вы не дадите показания, то к сожалению мы не сможем выяснить, что случилось. — Закройте свой грязный рот! Вы, видимо, не понимаете как мне сейчас нелегко?! Если бы вы понимали, вы бы не стали задавать уйму вопросов. И да, уважаемый офицер полиции, надо мной надругался Кейске Баджи. Поздравляю, вы угадали! — завопил на весь участок Казутора. — И все же, я попытаюсь дать показания. Это произошло поздно ночью: — Хей..Баджи, куда мы идем, на дворе ночь. Я бы уже спал в своей кровати и наслаждался сном, но ты мне написал. — промолвил Ханемия, которого следовал за Кейске. — Узнаешь, почему ты такой не терпеливый, Ханемия. Ничего страшного, завтра поспишь, если конечно сможешь. — Кейске негромко засмеялся. — «Если конечно сможешь»? — Казутора остановился, затем посмотрел с недоумением на Баджи. — а почему я не смогу, на это есть причины? — Выкинь из головы. Ханемия кивнул головой и пошел вновь следом за другом. В несколько мгновений они оказались на крыше. Кейске попросил друга присесть. Ханемия медленно кивнул и сел. Оба любовались луной, Казутора любил сияние луны, оно всегда его успокаивало и помогало пережить трудные времена. Ханемия откинул голову и закрыл глаза. Баджи заметил, что его друг отвлекся от него и принялся действовать. Со средней школы Кейске нравился Ханемия, правда парень не знал взаимны ли его чувства. Но в голову пришла мысль о том, что если они долго общаются, есть шанс того, что Ханемия влюбился в Кейске. Баджи аккуратно приближался губами к шее друга. Парень вот-вот хотел поцеловать Казутору именно в шею, а может и оставить там пометину. Одной рукой темноволосый потянулся к пряди волос Ханемии и почти уже коснулся губами. Но к сожалению для Баджи, Ханемия «вовремя» открыл глаза. Парень ошеломлено посмотрел на Баджи и схватил того за руку. — Что ты делаешь, черт возьми?! Неужели ты пытался меня поцеловать, мы ведь просто друзья. Что у тебя в голове, Кейске?! — громко и агрессивно вскрикнул Ханемия. — Да, я правда пытался тебя поцеловать! Неужели ты за все время нашей дружбы не мог догадаться, что ты мне симпатичен. Не мог догадаться, что я люблю тебя?! Ханемия еще шире раскрыл глаза и без лишних слов набросился на лестницу, чтобы спуститься в самый низ здания. Кейске успел схватить «друга» за руку и резко положить на крышу. Ханемия еле еле дышал под Баджи, тот схватил Казутору за горло и начал удушивать. Ханемия как только мог пытался глотнуть воздуха, затем принялся пытаться убирать руку темноволосого с его горла. Увы, хватка Кейске была сильная, сильнее, чем у Ханемии. Помимо того, что парню не хватало воздуха, ему также не хватало силы. — От…отпусти..мгх…черт возьми, что ты творишь…я еле-еле д..дышу. — еле как вымолвил Казутора. Но вот Кейске просто ухмыльнулся, смотря прямо в глаза своему возлюбленному. Казалось, хуже быть уже не может, думал Казутора, но нет. Кейске начал медленно снимать свитер с парня. Тот побледнел, а затем вскрикнул. — Ублюдок, что ты делаешь?! Прекрати сейчас же, прошу, не делай ничего плохого. Ты же сам понимаешь, что потом пожалеешь об этом и я вовсе не хочу того, что у тебя в мыслях! Не раздевай меня, просто отпусти меня домой..— чуть ли не умолял Ханемия. — Не стесняйся, друг мой. Я же вижу, что ты этого хочешь, наверное просто стесняешься, не волнуйся, вреда я тебе не причиню. — темноволосый спокойно это произнес. — Что ты видишь? Того чего нет? Мне отвратительно от тебя, мы можем спокойно все обсудить в переписке, но из-за не взаимной любви не стоит до меня домогаться! Баджи не стал ничего отвечать, просто продолжил оголять возлюбленного. Наконец Казутора остался без своего свитера. Были видный бледная кожа, худощавое тело настолько, что можно было провести пальцами по ребрам и конечно же двое розовых сосков. Баджи стал водить по соску двумя пальцами, а именно указательным и средним. Ханемия не довольно простонал, но на глазах уже были видны еле заметные слезы. Темноволосый сложил два пальца «рогаткой», затем начал сжимать сосок. Ханемия продолжал стонать и мычать от недовольства и отвращения, разговаривать уже не было сил, воздуха не хватало. Баджи стал медленно облизывать и посасывать сосок возлюбленного. Казутора уже окончательно не мог сдерживать слезы и стал громко рыдать от безвыходного положения. Кажись темноволосому надоело играться с сосками Ханемии и тот спустился к брюкам. Медленно парень стягивал с рыдающего брюки, а затем уже принялся стягивать боксеры. — Прекрати! Ты не понимаешь, что своими действиями ты все больше отталкиваешь меня от тебя? Ты настоящая тварь, если бы сейчас ты не держал мои руки, я бы врезал тебе. — кричал сквозь слезы Ханемия. Тот же просто молчал. Вдруг, ему в глаза бросился пульсирующий член Казуторы. Ухмылка сразу же появилась на лице Баджи. — Посмотри на свой обнаженный вид, милый. Ты все твердишь о том, что тебя не устраивают мои действия, но что значит этот стояк, а? — немного смеясь произнес Кейске. — Именно, мне не нравится то, что ты делаешь! А ты видимо настолько умственно отсталый, что не можешь понять то, что это все не из-за того, что устраивает меня это или нет, а из за твоих действий. — всхлипывая закричал Казутора. — Дорогой, а что же ты обзываешь меня. Не забывай того, что твое тело сейчас в моих руках, так ведь? Ладно, можешь не отвечать, мне все равно. — будто промурлыкал Кейске. Не дожидаясь какого-либо ответа Ханемии, Баджи положил руку на головку члена Казуторы и начал аккуратно гладить, смотря прямо в глаза возлюбленному. Тот лишь простонал с большим недовольством, слезы продолжали идти. Затем, рука продолжила двигаться, но уже по всей длине. Ханемия лишь мог рыдать и изгибать спину. Не обращая внимания, на реакцию друга, темноволосый начал легонько облизывать головку полового органа, проводя язычком вокруг, постепенно засовывая в рот. Язык Баджи начал идти по всей длине члена. Казутора против своей воли стонал и рыдал во все горло. Его член пульсировал и подергивался, конечно, это нельзя было контролировать. Спустя несколько манипуляций с членом Ханемии, Баджи добился нужного результата. Из полового органа начала выпускаться жидкость. Казутора испуганно посмотрел на друга и отвел взгляд. Ему было очень не приятно, что его заставил кончить его собственный друг. Казалось бы, весь ад уже кончился. Но Кейске начал снимать с себя одежду, а именно стягивать с себя рубашку и брюки. Казуторе становилось все страшнее и страшнее с каждой снятой вещью. Но вот как только этот безумец стянул с себя боксеры, Ханемию охватила паника. Из его глаз стали литься слезы все сильнее, в глазах можно было прочесть его страх и тревогу. Баджи аккуратно взял голову Казуторы и приблизил его рот, к своему члену. Казутора стиснул зубы, слезы стекали с довольно быстрой скоростью. Он явно понимал намерения Баджи. Парень мог сбежать, ведь темноволосый давно отпустил его руки, но ведь он знал, что Баджи потом может с ним сделать. — Дорогой Ханемия, ты ведь знаешь, что нужно делать. — ухмыльнувшись сказал Кейске. Тут Казутору охватил еще больший страх. После этого случая он так ненавидел друга, что подобрать слов невозможно. А теперь он должен сосать ему? Глупость какая-то… Но выхода не было. Сквозь слезы парень открыл рот и начал посасывать головку члена. Его ужасно тошнило, и нет, не от вкуса, от отвращения к человеку. Затем он начал проводить языком по всей длине, Казутора думал, что Баджи его пожалеет пока что, но нет. Тот схватил резко парня за волосы и начал засовывать свой половой орган глубоко, в самую глотку. Кажется, Кейске был садистом. Разговаривать Ханемия не мог, он лишь рыдал от своего положения. Но этот ад к сожалению или к счастью вскоре подошел к концу, как казалось Ханемии. Баджи дошел до кульминации и излился в самую глотку возлюбленному, затем вытащил половой орган из его рта. Тот сразу же побежал выплевывать все, до самой последней капли. Казутора надеялся на то, что все закончилось, но нет. Баджи аккуратно положил вновь Ханемию на крышу. И обратился с просьбой. — Мне все равно, что за изнасилование я наверняка окажусь за решеткой, но будь добр, встань раком, милый. — промурлыкал Кейске. Сопротивляться уже не было смысла, все равно сделает то, чего хочет. Парень аккуратно встал раком, закрыв глаза, которые промокли насквозь от слез. Баджи встал рядом, на лице было легкая ухмылка. Смазки разумеется не было, так как местоположение было на крыше. Но это не остановило Кейске. Тот медленно стал входить в Казутору, даже не растянув того. Ханемия громко рыдал и корчился от боли. Внутри парня было слишком туго, Ханемия за свои двадцать лет ни разу не занимался сексом, ни с парнем, ни с девушкой. Его буквально распирало внутри от боли. Кейске не особо обратил на это внимания, но старался быть аккуратным. Наконец получилось войти во всю долину. Темноволосый стал медленно двигаться внутри, это немного помогало чувствовать Казуторе себя комфортно, но слезы не прекращали идти и боль не прошла. Постепенно приходилось набирать темп. Дышать становилось тяжелее и Баджи. Казутора постепенно привыкал, но отвращение к Баджи никуда не пропало. Кейске начал постанывать, что было раздражительно для Казуторе, ведь пока он плачет, тот стонет. Оба почти подошли к кульминации. И вот, тот самый момент. Баджи не стал сдерживать себя, к сожалению для Казуторы. Темноволосый излился в возлюбленного. Тот лишь упал и просто лежал в слезах. Затем набравшись сил, Ханемия быстро оделся и побежал домой, вдруг Кейске что-то придет на ум. — Хм, так вот как. Хорошо, мы скорее всего задержим его. — Наото опустил взгляд вниз. — но так подробно рассказывать не нужно было. — Если вы закончили, то я пойду домой. — сказал Ханемия. Наото лишь кивнул. Казутора все еще с слезами на глазах пошел домой. По дороге домой он встретил какого-то парня. Возрастом двадцати лет, ровесник Ханемии. — У тебя что-то случилось? Почему ты плачешь? — обеспокоенно спросил тот парень.