Он хотел упасть

– И снова я здесь. – говорит парень, садясь на край крыши. Если бы рядом были учителя или кто-нибудь из взрослых, то сразу бы осудили Чонвона за столь плохое поведение. Это же надо, лучший ученик сидит на крыше! Ох, если бы они знали его мысли. Весна. Звучит хорошо для тех, кто в детском саду или уже работает. Что школьники, что студенты – никому не нравится это время года. "Экзамены, экзамены! Вы должны постараться изо всех сил!" – и ведь это говорят взрослые, которые сами когда-то были на их месте. Но в их голосах не слышно сочувствия или жалости. О, нет. Старшее поколение будет стараться изо всех сил, дабы нынешняя молодежь сдала экзамены идеально. Их не устроит простое "хорошо" или "неплохо". Может поэтому в голове парня столь странные мысли? И их много. А значение лишь одно – смерть. Идеальный способ умереть. Что будет, если Ян Чонвон спрыгнет с этой крыши? Прямо сейчас, в эту минуту? Его мыслительный процесс остановится? Или даже в загробном мире он не перестанет думать и анализировать? Может из-за экзаменов этот парень сейчас встает на бортик крыши, равновесие так и хочет его подвести, а сила притяжения утянуть вниз. Так зачем же им мешать? – Эй! – слышится яростный окрик, но это не учителя, ни кто-то из взрослых. Тело Яна всё же поддаётся силе притяжения, и он падает. Но в это взаимодействие вмешивается чья-то рука, применяя огромную силу для того, чтобы затащить Чонвона обратно на крышу. Парень, судя по звукам позади, пытается отдышаться, одновременно удерживая Яна на своей груди. Как бы правильнее описать их положение... Чонвон буквально лежит на парне спиной, а тот настолько сильно обхватил его своими руками, образуя кольцо, что Яну явно не выбраться. Хорошо это или плохо? Или это нельзя разделить на такие простые вещи? Не всегда можно выделить лишь белый или черный. Серый – тоже цвет. И почему в настоящем мире, в этой вселенной его так много? Или было бы хуже, если бы они жили лишь в чёрно-белом мире? – Эй, ты что тут делаешь? – спрашивает парень, прерывая философские мысли Ян Чонвона. И он по-прежнему удерживал его, хоть и сейчас они не лежали, а сидели. И Ян сидел между ног этого странного парня. – Дышу свежим воздухом, – выдыхает Чонвон, явно пытаясь собраться с мыслями. Возвращение в реальность весьма трудно осуществить, когда ты так долго и усердно был в другом мире – своем сознании, – А ты что здесь делаешь? Логичный вопрос, но ответа за ним не последовало. Парень лишь показательно достал из кармана... Электронную сигарету? Что ж, стоит ли этому удивляться в 21 веке? Чонвон, конечно же, мог бы рассказать учителям об этом ученике, нарушающем правила школы. Но разве сам Ян находился не в таком же положении? Будет ли это справедливо: понести наказание, когда его можно избежать? – Тебе я здесь не видел, ты меня тоже, – быстро говорит Чонвон, выскальзывая из объятий парня. Вернее, он попытался, – Что ты делаешь? – Пытаюсь узнать имя таинственного незнакомца, который пытался упасть, – последнее слово было сказано с явным нажимом, словно он не хотел, чтобы это ещё раз повторилось. – Чонвон. Ян Чонвон. Теперь я могу идти? Удивительно, но его действительно отпускают. Хотя этот парень казался тем, кто не отпустит свою жертву, пока не узнает её номер или что-то в этом роде. Но с чего Ян взял, что тот думает о нём в таком смысле? Снова эти ненужные мысли. – Увидимся! – кричит парень, когда Чонвон уже закрывает дверь, ведущую на крышу. Будет ли невежливо оставить прощание без ответа? Додумать Ян не смог. Звонок прозвенел неожиданно, хоть и был логичным в такое время. Всё ещё школа, всё ещё подготовка к экзаменам. Всё ещё тот же мир.