Мои ожидания

Я продолжал смотреть на то как Джеймс, Томми и Эндрю уходят всё дальше и дальше,из моих глаз текли слёзы, но я не вытерал их, а позволял им свободно катиться по моим щекам. – И тебе нравится это? – услышал я вопрос у себя за спиной. И хоть этот голос и был мне не знаком, почему-то мне не стало неловко или страшно, мои губы сами произнесли: –Нет, но я не могу ничего изменить. – Почему? – Я не нормальный. Я такой стыдный и глупый, я просто клоун, над которым можно смеяться, но которого нельзя любить.–Рассказывал я какому-то незнакомцу, сидя на холодном асфальте и рыдая взахлёб. Я услышал шарканье ботинок, а потом боковым зрением увидел как кто-то сел со мной. – Я люблю клоунов. – Абсолютно спокойным, ненасмешлевым тоном сказал мне незнакомец. Почему-то я рассмеялся, шмыгая носом, я запрокинул голову и посмотрел на небо, в ту самую минуту оно посветлело, а асфальт стал не таким холодным. – Красиво, да? – Спросил он вдруг. Почему-то я не задумался о том, обращается он ко мне или к кому-то другому, я просто сказал: – Что красивого? Небо как небо. – Вон там птица летит, а там самолёт. – Он протянул руку и показал мне два объекта на небе. – Птица наверное хотела бы стать самолётом, жаль у неё не получится. – Сказал я, почему-то не подумав о том будет это звучать глупо или нет. Он молчал и я уже начал думать, что и впрямь сказал глупость, но потом услышал: – Это самолёты хотят стать птицами, а птицам на них всё равно. – Но самолёты такие большие и красивые, как на них может быть всё равно? – С недоумением спросил я, поджимая брови. – Самолёты стремятся привлечь внимание птиц, пытаются быть большими и злыми, думая что так станут лучше птиц, но птицы то живые существа, а самолёты груда метала, созданная по подобию. Так зачем птицам быть самолётами? – Спросил он у меня, ложась на асфальт всем телом. Я испугался, подумав что люди нас засмеют, но потом понял смысл его слов и лёг вместе с ним на асфальт. – Птицы никогда не станут самолётами, но им это и не нужно. Теперь рассмеялся он и мне почему-то впервые за всю мою жизнь стало комфортно. Я лежал на асфальте с каким-то незнакомым человеком, который кажется понимал меня лучше всех тех кого я знал всю жизнь. Солнце наконец вышло из-за облаков, мы вместе с ним вытянул ноги и он сказал: – Я тоже испачкался краской на скамейке.