ПИ: Книга 2. Темные века.

Неделя прошла ровно: учеба, посиделки втроем в библиотеке или где-нибудь в уютном уголке. Пару раз к нам подсаживалась Вера, но – так, чисто что-то спросить по делу. Мне понравилось вот так, сообща, готовиться к занятиям: у Нины был хорошо развит художественный вкус, Василий неплохо разбирался в технике и технологических тонкостях, мне хорошо давалась готовка и все, что касается рецептуры и вкуса-запаха-подачи. Поэтому, если тема задания касалась рецепта и собственно готовки, то старалась я, Василий прорабатывал тему оборудования и технические регламенты, а Нина сводила все это в приятно выглядящий и хорошо читаемый формат. Такое сотрудничество позволило нам выбиться в лидеры успеваемости без излишних трудозатрат. Троица «детективов» скатилась в троечники, но все также упорно шпионила за мной и о чем-то секретничала. Бабочкина как-то пожаловалась, что у нее сорвалось перспективное свидание из-за того, что комната у горниста была постоянно занята Мироном с присными. Мы с Ниной переглянулись, но промолчали. Когда же встретились с Василием и рассказали такую новость, он нахмурился: – Мда… Мироша в последнее время ходит чернее тучи и почти забросил учебу. А еще – пытался с Верой по-дружески поболтать, расспрашивал про церковные порядки и вообще, про православие, но только ее напугал. – Интересно, – Нина задумчиво подергала себя за косу, – помните, мы с вами обсуждали те их выходки? Помните, к какому выводу они пришли? – Про инквизицию? – Именно. Интересно, а в православии есть такое? – Не помню. Но раскольников точно жгли, мы на истории проходили. – Думаю, что-то обязательно было. Во всяком случае, до революции точно. Думаешь, они что-то вроде задумали? – Кто знает?.. – Слишком мало данных. – Согласен. И мы занялись учебой. В субботу бабушка попросила съездить на дачу: следовало проведать участок и пополнить овощной запас. Мы собрались и поехали. По раннему утру машин было немного, мы без приключений добрались. Лесная улица была пустынна, только дымки над печными трубами бодро вились, да вороны каркали где-то в зарослях возле ручья. Духи участка были сонными и вялыми, но отозвались, доложив, что посторонних не было, и все в порядке. Мы отомкнули домик, проверили все, спустились в подпол и взяли требуемое: пакет картошки, банку квашеной капусты, лук и морковь со свеклой. – Будем заходить к Ковалеву? – Нет, – после минутного раздумья, – он же чай пить позовет, потом туда-сюда… только время тратить. А мне на кафедре новую тему для исследований подбросили, хочется поработать плотно. И мы поехали домой. – Как там ваши «противники»? – бабушка поглядывала в окно, сидя на штурманском месте, – много накопали? – Не знаю, – я не отрывала взгляда от дороги, – но скатились на тройки и ходят чернее тучи. Ах, да! Вася сказал, Мирон подкатывал к Вере, расспрашивал про православие. А ведь он атеист. – Интересно. Юденич сказал, что кое-где церковь начала конфликтовать с властями, требуя какие-то преференции или полномочия. Светофор загорелся красным, и я пристроилась в хвост автобусу. Можно минутку передохнуть, я потерла нос и вдруг чихнула. Хорошо, что мы стоим! – Высморкайся, – ба протянула платок. – Ага, – я воспользовалась остановкой, чтобы устранить помеху. Дальше мы доехали без приключений, но однажды мне снова чихнулось, пусть и не так сильно. Выручило то, что ехали мы по прямой, а машин было не так уж много. – Ты простудилась? – в бабушкином голосе чувствовалась тревога, – опять на улице мороженое лопали? – Нет, честно! – я прислушалась к ощущениям: в горле и в самом деле слегка саднило, да и как-то… не так, – может, продуло где-нибудь? – Доберемся до дома, проверю. Не нравится мне это. Дома мы быстро разобрались с овощами, и бабушка достала из лакуны статуэтку Асклепия. Короткий речитатив на латыни, и вокруг меня вспыхнуло сияние ауры. – Легкое магическое истощение, – с неудовольствием констатировала ба, – позвоню Коршуну, такие эликсиры стрегам не под силу. Она закрыла шкаф и вернула его во внешнее состояние. – А пока оденься потеплее и сделай нам по кружечке какао. Я тоже не откажусь от горяченького. Я кивнула и потопала на кухню. В большую турку, используемую для таких рецептов, залила молоко, добавила пару гвоздичин и горошинку душистого перца, кусочек корицы и немного сахара. Довела до кипения, дала настояться специям и процедила через ситечко. Снова осторожно нагрела, добавляя какао-порошок и энергично размешивая. В готовый напиток кинула кусочек масла и вернулась в комнаты. Бабушка уже накрыла на стол новый розовый сервиз, уложив печенье и плюшки в вазочку. Мы насладились напитком, после чего занялись делами: я уселась в кресло с очередным томиком «Хроник Амбера», а бабушка возвела вокруг компьютера башни из книг и углубилась в работу. Воскресенье традиционно посвящалось домоводству: мы прибрались, постирали, приготовили еды на несколько дней. Вдвоем сходили по магазинам, заполнив холодильник и буфет необходимыми продуктами. Понедельник принес контрольную по русской кухне. Мы с Ниной закончили одними из первых, дождались благосклонного кивка преподавателя и оценок (разумеется, «отлично») и с триумфом пошли в столовую, а потом в библиотеку: интересных книг там много, есть смысл пользоваться, пока можно. Нина взяла себе что-то по азиатской кухне, а я – мясопереработке. Хлопнула дверь, к нам подсела Дубинина: – Вы чего сразу слиняли? Бабочкина предлагала на обед поехать в Апражку. Там новое кафе открылось, говорят. – Да ну, – подруга даже не подняла головы от конспекта, – смотреть, как они с Иванчиковой выпендриваются перед местными пацанами – так себе развлечение. А ты чего с ними не поехала? – Я почти последней закончила, вышла, а они уже уехали, меня ждать не стали. За мной только Зимина с Вульф оставались. Пришлось остаться тут. Впрочем, мне сегодня котлеты столовские вполне зашли. – Говорят, их с параллельной практики привезли, с семинара по фаршам. – А, ну тогда понятно, почему нормальные. – Я сегодня рагу брала, тоже вкусное. – Я не люблю тушеные овощи, – Дубинина явно начала скучать, повертелась, посмотрела на наши сосредоточенные лица, вздохнула, – ну ладно, пойду, может, кого встречу еще. – Ага, – Нина даже не глянула в ее сторону, – кстати, ты тогда узнала, что у Вульф с подработкой получилось? Дубина тут же забыла о планах, снова вернувшись на стул: – Подошла, спросила. Девочки, зуб даю: они нашли себе работу!! – Постоянную, или так, на недельку? – Поставлю сто баксов, что постоянную! Зимина смотрела в библиотеке уголовные кодексы, а Вульф переписывала что-то про сотрудничество с ментами! – Вдвоем? – Потом к ним тот симпатяга подсел, Мирон, кажется, его звать. Втроем и переписывали! – А с чего решила, что работа постоянная, а не временная? – Они обсуждали планы чуть ли не на пятилетку вперед! – наше «информбюро» распирало от эмоций, – я потом подкатилась к Юльке, помощнице библиотекарши, она дала посмотреть их формуляры. Так там сплошная юридическая литература, кодексы, законы всякие! – Юльку-то отблагодарила, надеюсь? – А как же! Она любит клубнику и молочный шоколад! Я ей плитку подсунула, у меня как раз в сумке была. Я ее в ларьке у метро купила, на случай, если на лекции проголодаюсь, но все никак не случалось. Так вот, пригодилась. – Как думаешь, сможешь к ним подкатиться? С твоим талантом собирать информацию, тебе прямая дорога в детективы, – Нина была предельно дружелюбна и серьезна. – Считаешь? – Ага, – я на секунду отвлеклась от записей, – мне бы, например, и в голову не пришло поболтать с библиотекаршами, я уже молчу про формуляры. Не, я лично, дальше кухни или кафешки, и загадывать не буду! – Кстати, они что-то про церковь говорили, – окрыленная, Дубинина начала просто фонтанировать своей осведомленностью. – Причем тут церковь? Как-то далековато от законов и полиции. – Сама удивилась. Но вот! – Держу пари, ты и это выяснишь. – Легко… нет, не легко, но выясню! Она едва кивнула и ускакала прочь, наверно, выяснять. Мы переглянулись. – Ой, не нравится, мне это… – Нина задумчиво постучала пальцем по блокноту, – вот просто не нравится, и все! – Мне тоже. Даже если, – я подчеркнула последнее слово жестом, – я была на том шабаше, даже если бы оказалась ведьмой – что в этом такого криминального, чтобы устраивать расследование?! Чего они ко мне привязались?! – Дураки потому что, – подруга успокаивающе погладила меня по руке, – да даже если бы ты сатанизмом занималась – ты моя подруга навсегда! Ну, подумаешь, хобби у тебя такое?.. Кто-то крестиком вышивает, кто-то орхидеи разводит, а кто-то магией увлекается! У нас свободная страна, все теперь можно. – Эх… – я грустно вздохнула, – неймется некоторым. – У них свободного времени много. Ничего, вот теперь Дубина им крылышки-то подрежет! Или они ее к себе в компанию примут, или спокойно заниматься своими делами она им просто не даст. Дубинина еще потому дерево, что как танк, прет по прямой, не замечая препятствий. Уж я-то эту породу знаю! А если примут, то три клинических дуры на одного Мирона – это никаких нервов и ума не хватит, они его просто раздергают. – Лебедь, рак и щука? – я припомнила бессмертную басню. – Именно. – Будем надеяться. А если вдруг, все-таки, сработаются и смогут действовать даже эффективнее, чем раньше? – Не, Криста, это фантастика! Зуб даю, каждая одеяло на себя тянуть будет: все три амбициозны, все три одинаково стремятся командовать, и ни одна из них не умеет работать в команде! Мироше можно только посочувствовать! Я подумала и пожала плечами: – Не получается! – Что именно? – Сочувствовать не получается! Мы злорадненько похихикали и вернулись к делам. Вечером бабушка сообщила, что завтра мы едем в «Бабу-Ягу», встретиться с Коршуном и забрать заказ. – Ура! – я потерла ладошки, – у нас завтра как раз будет мало занятий, потому что класс для практики по азиатской кухне внезапно закрылся на ремонт оборудования. – Что-то сломали? – Не мы! Кажется, просто что-то перегорело, или испортилось. Не удивительно, все классы работают с утра до вечера, оборудование же старое, так что поломки случаются часто. – Дело житейское, – бабуля покивала, – ну, так даже лучше. Я постараюсь завтра пораньше освободиться. Встретимся сразу в кафе. На следующий день я сказала друзьям, что мы с бабушкой едем в гости к знакомым, так что мы расстались еще в метро, и я поехала в «Бабу-Ягу». В кафе все было привычно: Ворожей в дверях, Демитра за стойкой и Жужик на подхвате. Я взяла себе чаю и пирожков с курицей и рыбой, а к ним – достала конспекты и записи: Сморчок не дал нам отдохнуть спокойно и подкинул новую задачу к семинару. К счастью, на этот раз тема задания касалась именно рецептуры. Хлопнула входная дверь, и я подняла голову, но это оказалась не бабушка, а Ирмо. Эриль был сегодня в образе рокера: кожаные штаны, косуха, тяжелые ботинки и черная же футболка с устрашающей картинкой и надписью. – Доброго времени! – бархатистым баритоном всем присутствующим. Мы поздоровались. Маг секунду подумал, но двинулся к стойке. Попросил легкого пива и закуски. Там он начал тихонько жаловаться Демитре, что ему одиноко, грустно и скучно. Она таинственно улыбалась и сочувственно кивала, не отвлекаясь от протирания стаканов. Интересно, это все бармены так делают – бесконечно протирают посуду? Перестав обращать на них внимание, снова вернулась к работе, обосновывая необходимость точного следования ТТК при любой ситуации. Тема сложная, многозначная на грани философии. Вася обещал проработать все тонкости, связанные с оборудованием, Нина взяла на себя часть, связанную с кадровыми вопросами и проблемами торговли. Мне же предстояло написать основную часть, посвященную непосредственно рецептам. Потом мы вместе все скомпилируем и оформим как полагается. Снова хлопнула дверь. На этот раз пришел Коршун. Алхимик со всеми поздоровался, дополнительно улыбнулся мне, но остановился возле бара и попросил черный кофе с перцем. Все мысли по рецептуре закончились, я занялась вычиткой и правкой текста, когда наконец приехала бабушка. Она со всеми поздоровалась и села рядом со мной: – Привет, давно меня ждешь? – Пять печатных листов текста. Мы засмеялись. Подскочил Жужик, и ба заказала ему кофе со сливками и медовый рогалик. Пока мы ждали ее заказ, ба обратила внимание на присутствующих. В упор глянула на алхимика и подняла бровь. Тот кивнул в ответ. Ирмо вдруг напрягся. Странно… я чего-то не знаю? В самый разгар переглядываний пришел Жужик. Официант поставил перед бабушкой заказ. Она поблагодарила и принялась неторопливо размешивать сахар в чашке. – Как у тебя дела в колледже? – Хорошо. Сморчок задал снова компилятивное эссе по внекурсовой теме, мы с Ниной и Васей разделили работу. Я свое уже, в принципе, сделала. Они обещали к завтра тоже написать свои части. Потом в библиотеке сядем и составим эссе полностью. – Понятно, молодцы. – А у тебя как дела? – А, – бабушка небрежно махнула ложечкой, – рутина и скука. Мне, что ли, взять стратегию вашего Сморчка на вооружение? – Попробуй. Думаю, он так выявляет тех, кто действительно горит профессией. Потому что с тех пор, как мы втроем стали получать лучшие оценки у него, остальные преподаватели тоже стали к нам благосклоннее относиться. – Ну что ж, идея стоящая. Осталось только придумать такие темы. – Ну, думаю, у тебя их найдется достаточно. К нам аккуратно подсел Коршун: – Прошу прощения, сударыни, не помешаю? – О, нисколько, – бабушка радушно улыбнулась, – прошу, присоединяйтесь. Алхимик отпустил несколько вежливых фраз и вкратце обсудил темы, общие для колдовского социума. Когда чашки показали дно, он перешел к цели нашей встречи: – Эликсиры подготовил, как вы просили. – Прекрасно, – ба отодвинула чашку, – они у вас с собой? – Да, конечно. Он вынул из кармана небольшую коробочку. В ней стояли шесть бутылочек темного стекла. – По шесть капель в четверть стакана молока, три раза в день, до еды. Тут как раз на весь курс. – Благодарю, – ба вынула кошелек и приподняла бровь. – Тридцать. Купюры исчезли в кошельке алхимика, а коробочку я положила в свою сумку. Мы обменялись малозначительными фразами и поехали домой под внимательным взглядом Ирмо. Данная мелочь царапнула внимание, но исчезла, стоила нам спуститься в метро. Впрочем, когда мы пообедали, а я приняла первую порцию эликсира, вспомнила. – Бабушка, а почему Ирмо так напрягся, когда алхимик подсел к нам? Он против торговли эликсирами? Бабушка задумалась, потом пожала плечами: – Не думаю. Все встречаются в кафе по таким поводам, это удобно. Да Ирмо и сам пользуется изделиями Коршуна. – Странно. – Не бери в голову, внуча. Думаю, это обычные мужские разборки. Мало ли, поспорили о какой-нибудь ерунде? Мужчины без противостояний не мужчины. Все бы им мериться чем-то!