ПИ: Книга 2. Темные века.

Дубинина жутко обиделась на нас за такое приключение: просидев до вечера в подвале, они замерзли, проголодались и жутко переругались между собой. А когда дворник их выпустил – едва не загремели в милицию, еле-еле отовравшись, что искали сбежавшую кошку. Все это она вывалила на нас с Ниной, стоило ей в понедельник встретиться в вестибюле колледжа. Не остановило ее ни наличие кучи народа, ни дергавшая за рукав Зимина. Та тоже не выглядела довольной, но, в отличие от Дубины, понимала, что все, чем они занимаются, совсем уж нормальным делом назвать нельзя. Да и слежка за мной… Хм. К обеду они смогли встретиться вчетвером в столовой (мы тоже почтили ее своим присутствием, тем более что сегодня в меню были шашлычки из курятины и тушеные овощи). – Ишь, обсуждают! – Нина довольно зажмурилась, – так им и надо! – Что, сильно ругалась? – Вася не застал представление в холле, так как слегка опоздал и зашел в здание одним из последних. – От души! Просто цирк!! – Надеюсь, – я ела суп, – что теперь они успокоятся и займутся учебой. – Не надейся, – Вася покосился в нужную сторону и вздохнул, – узнаю это выражение лица у Мироши! Наш супергерой закусил удила, так что, будет бодаться до последнего. Дело принципа! – Ну и хрен с ними, придурками, – отставила опустевшую тарелку и пододвинула второе, – меня лично волнует только учеба! – И меня! – Нина подняла повыше нож, – я тут слышала краем уха, что преподаватели готовят что-то грандиозное, где-то через месяц. Что именно – пока никто не знает, но кое-кто утверждает, что видел самого Мишеля Труагро, выходившего из ректората!! – Не, ну это точно у кого-то шарики за ролики зашли, – Вася с сомнением покачал головой, – чтобы сам великий ресторатор, да в наш клоповник заглянул?!. Не-е… не верю!! – Наверно, спутали с ним кого-нибудь. Мэтр особенно в телевизоре не мелькает. Думаю, один-два раза в новостях упомянули, и все. Это только повара его в лицо знают. – Поживем, увидим. Утром следующего дня бедовая троица устроилась на лекции сразу за нами. Через некоторое время к ним присоединился Мирон. Все четверо откровенно таращились нам в спины. Было неприятно, но из принципа я старательно не обращала на них внимание. Зато Нина с Василием терпеть не стали. Уже на ближайшей перемене подруга встала и обернулась к ним: – Нет, ну, вот что вы на нас так пялитесь?! У нас на спинах узоров нет, и цветы не растут! – Да, – Плотников демонстративно размял кулаки, – я не понял, это наезд, или по неопытности?! – Мы просто сидим и смотрим на лектора, – неожиданно мирно ответила Вульф, – и ничего такого не делаем. Честно! – Ну-ну, – после паузы протянула Нина, – посмотрим… Хрупкое перемирие продолжилось до обеда, во время которого мы хотели посидеть в библиотеке. В столовой ограничились только чаем с пирожками, чтобы не терять времени зря, так как на лекции нам сообщили о новом задании, требовавшем серьезной подготовки. – А куда это вы собрались? Я приостановилась и удивленно посмотрела на Зимину: – В библиотеку, разумеется. А ты считаешь, задание по стандартизации само сделается? Так я тебя разочарую: ни в коем случае! Чао, детка! И мы ушли. Только расположились удобно в картотеке – подвалила Дубинина, вытащила себе первый попавшийся под руку ящик и уселась напротив. При этом вообще ничего не делала, только вытягивала шею, чтобы посмотреть, что мы пишем. Через несколько минут Нина начала ерзать и хищно поглядывать на нее. Та – ноль внимания. Еще через несколько минут подруга демонстративно встала и пересела так, чтобы закрыть Дубине обзор на наш стол. Через сорок минут мы завершили составление списка необходимой литературы и вернулись к учебе. Четверка недодетективов, кстати, снова уселись за нашими спинами. Но больше так настырно не лезли. Даже удивительно. Наверно, убедились, что сегодня нас волнует только учеба. В библиотеку после занятий за нами они так и не пошли, сбежав из колледжа быстрее всех. Ну, а мы добросовестно прозанимались самоподготовкой до позднего вечера и ушли домой одними из последних. Дома за ужином я рассказала бабушке новости. Та посмеялась и покивала: – Смотрите, не снижайте темп. Теперь задания будут все сложнее и объемнее, а спрос с вас – больше. Конечно, до диплома вам почти год, но все-таки… не расслабляйтесь. Кстати, я проконсультировалась у Коршуна и Добронравы по поводу профессиональной проблемы с сосудами ног у поваров. Они посоветовали кое-какие эликсиры и ритуалы. Сказали, что лучше сейчас заранее увеличить запас прочности, чем потом бороться с назревшей проблемой. Весной и займемся, лучшее время для лечебных ритуалов. – Хорошо. Пока у меня с ногами все в порядке, время есть для маневров. А что с ритуалом лакуны? Тебе что-нибудь новенькое рассказали? – Ритуал назначен на ближайшее воскресенье. Как раз будет новолуние, самое время для зарождения чего-то нового. Время, правда, раннее: придется встать затемно и ехать на место на первых электричках метро, сразу после открытия. Поедем натощак, не забудь. – Хорошо, я поняла. Надо будет на перекус приготовить еще что-нибудь сытное дополнительно, раз там будет много народу. – И напеки кексов с сухофруктами, корицей и ванилью, для подношений духам. – Много? Двойную порцию продуктов? – Да, пожалуй. Сколько из одной выходит? – С нашими формочками – двадцать четыре штуки. – Ну… да, двойная порция точно. – Тогда надо сухофруктов купить, у нас только чуточку изюма осталось, и все! – Завтра зайду в магазин после работы, не вопрос. Наутро четверка недо-Пинкертонов напоказ села от нас так далеко, как это только возможно было в небольшой аудитории. Нина удивленно вскинула бровь, мы с Васей – проигнорировали. – Пообщаюсь с Бабочкиной, она должна знать, – вынесла решение подруга, и больше мы эту тему не поднимали. А на обеде к нам подсела Терентьева и сообщила: – Говорят, Зимину, Вульф и Дубинину откуда-то исключили! – Из техникума?! – мы переглянулись, но спросил Василий, который как раз не жевал в ту секунду. – Нет, – она помотала головой, – откуда точно – не знаю, но вроде они в то место планировали после диплома на работу устраиваться. Ах, да! И еще тот парнишка, с кем они дружили, тоже пролетел. – Оу… – спросила я, потому что Нина доедала слишком горячий суп и вынуждено молчала, – а от кого ты услышала? – Случайно, если честно. Бабочкина прискакала с учебной части и Иванчиковой рассказывала, а я через проход сидела. Ну, вот и услышала. Да они и не таились особенно. – Спасибо за новости, – Нина, наконец, проглотила и перевела дух, – а еще что слышно? Мы из-за самоподготовки теперь вообще как в вакууме оказались. – Да вроде ничего такого. Иванчикову дед берет к себе, старшим менеджером. – Это не удивительно. А Бабочкину? – Ту родня обещает устроить куда-то в Волгоград, но чуть ли не директором ресторана. – Ого, – подруга уважительно покивала, – а ты? – А я, скорее всего, вернусь на кондитерскую фабрику, мне там понравилось. Мы втроем высказались в ответ в том духе, что вариантов у нас даже несколько, так что мы пока не определились. Больше ничего особого в колледже не случилось. Дома все было нормально: Кирилл варил себе картошку в новой кастрюльке, рядом на сковородке жарились котлеты. – Привет, – я поставила на соседнюю конфорку ковшик с супом, – как дела? Как учеба? – Нормально. Сдал контрольную по матану. Уловил вопрос в моем лице и уточнил: – Математический анализ. Жутко сложный предмет, если честно. Мы сейчас грызем теорию групп, преподы просто зверствуют. – Теорию групп? – Раздел матана, описывает в формулах соотношения и взаимодействия группы однородных и разнородных предметов. – У… – я уважительно покачала головой, – а как он используется в обычной жизни? Парень задумался. – Знаешь, кажется, никак. Но зато на нем основано программирование, то есть, моя специализация. – Понятно, – я вздохнула и подумала, что все-таки слишком мало смыслю в столь теоретических науках. В кухню зашла Аннушка, поздоровалась со мной, занялась своими делами. – Слышали? – она прикрутила газ под кастрюлей, – ближайшая церковь объявила создание лавки, торгующей вещами почти даром! Типа, для нуждающихся. Я тут встретила Люкову из соседнего двора, она побежала на разведку. – Возможно, – Кирилл перевернул котлеты и тоже уменьшил огонь под сковородкой, – только мне это, слава богу, без надобности. Но спасибо за информацию. Бабушка пришла домой ближе к вечеру. – Все купила, – она выложила на стол пакет с сухофруктами, – будем готовиться к ритуалу. – Хорошо, ба. – Как день прошел? Я рассказала. Она покивала на новости про однокашниц, но на сплетню, что недо-детективов поперли из инквизиции, с сомнением покачала головой: – А вот это вряд ли. Скорее всего, пустили дезинформацию, чтобы ты успокоилась и потеряла бдительность. Инквизиторы только начинают деятельность, им будет очень глупо так разбрасываться кадрами. – Думаешь? И что нам делать? – Ничего, ровным счетом. Ты продолжай учиться, я продолжу работать. А то, что будет в воскресенье, никого постороннего не касается. – Тогда… – достала из морозилки кусок постной свинины и поставила размораживаться в микроволновку: раз надо сготовить перекус на большое количество ртов, стоит заняться этим заранее. Конечно, я не сомневалась, что остальные маги тоже придут не с пустыми руками. Но, если честно, просто вдруг захотелось выпендриться. Нарезала мясо ровными кусочками и заправила солью и специями: замариную и потом сделаю мини-шашлычки на шпажках. В пятницу мы с бабушкой встретились в метро и поехали вместе в «Бабу-Ягу» – обговорить последние детали с Юденичем и ведущими ритуал. Кроме того, он попросил бабушку дать Вике основы ритуалистики. Мы согласились, отчего не помочь соратнице? Основы магии – это не секреты Рода, это утаивать нельзя. В кафе было довольно людно. Мы поздоровались со всеми сразу и подсели к Юденичу, что-то втолковывающему Вике. Та сидела с серьезным видом, кивала и что-то строчила в большой тетради. – Я вижу, обучение идет стахановскими методами, – ба мигнула барменше, та кивнула. Жужик поставил передо мной и бабушкой по чашке чаю с пирогами. – А куда деваться? – вздохнула Вика, – надо учиться, причем, еще вчера. – Что-то случилось? – я тоже уселась и с любопытством заглянула в тетрадь. – Я метелку оживила, – она снова вздохнула и развела руками, – теперь у меня дома постоянные бои двое-на-одного, и ни пылинки. – А что, тостер с одеялом не дрались? – Знаешь, нет. Наверно, у них слишком разные интересы, они друг другу не мешали. А вот из-за крошек, которые от хлеба… Я представила себе эту картину и серьезно кивнула: – Ну да, тостер, наверно, мусорит при готовке, и метла его пытается наказать… – Вот именно! А Одеялко тут же вступается за приятеля… – она отпила глоток остывшего чая, – жутко боюсь, что хозяйка квартиры что-то услышит. – Ничего, сделаем лакуну, будет легче, решим твою проблему, – обнадежил колдунью Юденич, – Юдифь Георгиевна, я думаю, молодежь и сама разберется с ритуалистикой, а мне с вами надо пару важных вопросов… – Конечно-конечно. Мы с Викой отдвинулись подальше, и она достала еще одну тетрадь: – Я для каждого предмета новый конспект делаю, – похвасталась, – руны мне Ирмо начитал, основы теории магии – Дормидонт Саулович. А эта тетрадь будет для ритуалистики! – И правильно! Так точно не запутаешься. Ну, слушай… И я начала объяснять Виктории основы, без которых никому не обойтись. В кафе зашли дружинники. Поздоровались, получили традиционные кружки кофе с пирожками, заняли столик возле окна. Мы с Викой прошли основные вопросы по предмету встречи и теперь просто болтали. Я посоветовала готовить различные намазки на бутерброды, раз Вика так любит поджаренный хлеб: – На основе майонеза чего только нельзя придумать!.. Вареное яйцо накрошить, к нему специи добавить, каждый раз разные, и готов новый вкус! Зелень, маринованные или соленые огурцы, селедка или любая другая соленая рыба… – Ого! Кажется, инквизиция пожаловала! – возглас Младена отвлек нас от обсуждения тактики и стратегии экономного ведения хозяйства. – Где?! – мы с Викой поспешили к окну. Там и в самом деле стояли и изучали какой-то приборчик трое серьезных дядек. У одного из них были длинные волосы и окладистая борода, но я их раньше точно не видела: – Тогда были другие, не эти! Этих я в первый раз вижу. – Так и полевых троек у них больше одной, барышня, – отозвался Ведислав, – интересно, кто им слил адрес «Бабы-Яги»? Шли точно по наводке, не случайно. – Федосеев? – Ассоциации сработали как часы, тут же подсказав ответ. – Думаешь? – бабушка, оказывается, тоже подошла посмотреть, – о! А вот этот хлопец у нас в Университете крутился! Уж больно он приметный. Она показала ложечкой на верзилу в яркой шапочке. – Ну, да, Федосеев вполне мог. Тем более, он не экстрасенс, так, просто лохов разводит. Надо, кстати, заняться бы им… – Мы его уже пасем, – спокойно отозвался Ведислав, – но пока Федосеев особого вреда не причинил, так как слишком глуп и поверхностен. Присматриваем просто, заодно через него раскрывая сеть инквизиторов. Он думает, что сдает магов, но на самом деле он сдает нам инквизиторов и их шестерок. – А Мирон? Жаль, что архив их отца попал в такие… нечистоплотные руки. – Да пусть. Особо ничего такого спецслужбы не могут, иначе бы ассасины давно зубы на полку сложили. Считай, все по-настоящему серьезные дела им перепадают. Младший Федосеев еще проще дядюшки. Пусть пока бегает и воображает себя крутым. Инквизиторы тщательно просканировали стену, переглянулись и чуть пожали плечами. – Не найдут, – спокойно отозвался Жужик, подошедший к столу убрать посуду, – тут защита высшего качества. Уже не в первый раз крутятся. – Значит, вы не против того, как мы с ребятами над Мирошей издеваемся? – я отвлеклась от окна и посмотрела на Ведислава. – Да на здоровье, – дружинник добродушно усмехнулся. – Это вы про что? – заинтересовалась Вика. Я пустилась в пересказ наших приключений. – Эх, вот люди интересно живут! – вздохнула кукольница, когда я закончила рассказ и потянулась за чашкой. – Ну, зато у тебя такие классные питомцы! Можешь книжки детские писать, просто наблюдая за ними. – Что ты, я не умею. – А ты пробовала? – Э-э… нет. – Ну, так как ты можешь утверждать, что не умеешь, если ни разу не пробовала? – Логично… Всю субботу мы с бабушкой готовились к ритуалу: делали уборку, готовили на неделю и на перекус, стирали. А в воскресенье рано-рано утром собрались и поехали на место. Первые электрички были почти пусты, так что две прилично одетых женщины, деловито идущие с тележкой куда-то по своим делам, никакого особого внимания не привлекли. Так, просто милиционер у турникета покосился, да тетка в будке на эскалаторе посмотрела и снова задремала. В подворотне нужного дома нас встретили дружинники: – Вы вовремя, сейчас только Юденич подъедет, и начинаем. – Хорошо. Прошли дворами и поздоровались с магами. Все занимались подготовкой. Ведьмы заканчивали рисовать нужные символы и руны для защиты и сокрытия, Добромир расставлял атрибуты и чертил основную фигуру – многолучевую звезду с несколькими кругами и дополнительными элементами. Шакти в сторонке медитировали, настраиваясь. – Прекрасно, – Добромир кивнул нам, отдельно коснулся моей ладони, – сейчас только последние штрихи, и можно начинать. – А Юденич?.. – Будет поручителем лакуны. – Понятно. Мы поставили в нужном месте рисунка статуэтку Януса и присоединились к шакти, готовясь в нужный момент ритуала призвать своих богов для благословения. Ритуал начался похоже на тот, что мы проводили в Новгородском лесу, но когда вступили шакти, я всем организмом ощутила незнакомую энергию. В районе солнечного плетения загорелось пламя, а перед глазами поплыли разноцветные огоньки. Шакти пели мантры и воззвания к своим богам на санскрите, Добромир что-то тихо напевал на незнакомом мне языке. Мы с бабушкой пели на итальянском, прося у богов защиты, благополучия, изобилия и процветания для открываемой лакуны. В конце Юденич четко и внятно провозгласил, что берет заботу о лакуне под свою ответственность и поклялся защищать и заботиться о процветании как лакуны, так и всего магического сообщества в целом. В ответ мы снова почувствовали отклик богов. Пространство в центре рисунка дрогнуло, и портал в лакуну открылся. Первым прошел Юденич, как поручитель. Потом – Добромир и шакти. Мы с бабушкой вошли последними. Лакуна представляла собой довольно обширную круглую площадь, вымощенную брусчаткой. Прямо перед нами было здание «питерского» оттенка желтого цвета с двумя высокими башенками и белыми колоннами. Я оглянулась: остальные дома, окружавшие площадь, тоже были желтыми. А вот архитектура… сложные фасады с балкончиками, эркерами, башенками и надстройками. Много разновысотных уровней этажей. Мостики, перекинутые с балкона на балкон. Круглые, полукруглые, трапециевидные, треугольные, или вообще фигурные окна. Я обратила внимание на окна в виде рыб и птиц под крышей одного дома. Лепнина в виде сказочных животных. Общее впечатление было – необычно и даже фантасмагорично. – Какое… сказочное место! – прокомментировала открывшуюся панораму бабушка. – Не то слово!.. – Что-то чувствуете? Я прислушалась к ощущениям: – Покой… уют… как домой вернулась из долгого путешествия. – Это хорошо, – Юденич осмотрелся, – думаю, вот это – здание для органов управления. Он показал на дом с колоннами. – А остальные, похоже, жилые, – добавил Добромир. – Даже что-то вроде магазинчиков имеется, на первых этажах. Шакти тоже осмотрелись и прислушались к ощущениям: – Потребуется много работы. Благословение, поддержка стабильности. Защитные ритуалы. Работа с каждым зданием. Не удивительно будет, если всплеск магии привлечет всякую жуть из Хаоса и Абсолюта. А пока надо провести ритуал закрепления. В этот раз основную роль в ведении ритуала отвели Юденичу, как поручителю. Мы пели воззвания к богам и Высшим Силам, приносили жертвы – вино, масло, мед и еду. Тут и пригодились наши кексики. Выложились все полностью, но теперь лакуна стабилизирована и готова к следующему этапу развития. Вернулись домой и попадали без сил. Я еле-еле успела добраться до кровати, а бабушка вообще вырубилась на диване. Спали мертвым сном часа три. Потом, слабые и вялые, уселись обедать, пить чай с шоколадом (бабушка расчехлила одну из самых больших «взяточных» заначек) и смотреть телевизор, раз сил ни на что не осталось. Там шел один из новомодных сериалов, прервавшийся новостями. – Ну-ка, ну-ка, – ба сделала погромче. Дикторша в модном жакете и с челкой «карлсон» вещала, что Сенод постановил организовать при каждом приходе воскресную школу с приютом, странноприимным домом и благотворительной столовой. – Вау, – я грызла печенье, заедая его вареньем и шоколадом, – размах-то какой! Приходов в стране тысячи. Обрати внимание, какая у нее яркая помада. Будто краска, а не косметика. – Вульгарщина. Фу! – Зато модная. У нас две трети девчонок с такими прическами ходят. – Увы, нравы опускаются. Я фыркнула: бабушка есть бабушка. – И пиджак у нее какой-то слишком большой. И слишком яркий. – Ба, это так модно! – Ужасная мода, ужасные нравы! – она поджала губы и покачала головой, – куда катится мир?!