Я помню все

- Ты уникальна. Тихо сказал Тим, не прерывая зрительного контакта. «Уникальна?», удивилась про себя Алина, но внешне не подала вида. Красива, сексуальна, шикарна, желанна – это все, что обычно ей доводилось слышать из уст противоположного пола, но она никогда прежде не слышала «уникальна», как это воспринимать? Девушка замерла, пытаясь понять, говорит он всерьез или это какой-то новый уровень сарказма? В итоге банальное смущение взяло верх и девушка рассмеялась Тимуру прямо в лицо. - Спасибо, конечно, но я бы тебе и без подобных эпитетов сегодня тебе дала))) Серьезный взгляд Гаязова тут же сменился на непонимающий, даже скорее туповатый, но за ним также сразу последовала его обычная ухмылка. - А тебя не наебешь) Он скинул свою руку с Алининой коленки и откинулся назад. - Я там в машине телефон забыл, принесешь? - Гаязов, ты охренел? - Ну бля, тебе сложно что ли? Алина недовольно поджала губы, но все же встала и пошла к машине. - Где ты его оставил? В консоли нет. - Ааай, бля. Я же уронил его под сидение. Можешь, пожалуйста, там посмотреть? Девушка, недовольно бубня под нос, стала отодвигать сидение, но никак не могла нащупать нужный предмет, поэтому ей пришлось нырнуть туда чуть ли не с головой. Рыская везде, куда дотягивалась рука, она резко остановила поиски. «Сука! Мы же фоткались на ЕГО телефон!», пронеслось у нее в голове. Алина не успела полностью разогнуться, чтобы пойти и напихать как следует за дебильные приколы, как почувствовала, что кто-то крепко сжал ее бедра и всем весом навалился, проталкивая дальше в машину. Тут же отменив план по дачи пиздюлей, Алина ловко развернулась и затащила парня за собой в машину. - Хитрюга. Улыбаясь парню в губы, прошептала девушка и увлекла в страстный поцелуй. Все прикосновения Тимура действовали как электрошок. Они обжигали тело так, что 36.6 уже не было нормой. Ведь в нем возбуждало абсолютно все – взгляд, запах, голос, тело. Как и в Алине. Не теряя ни секунды, они избавились от большинства одежды, даже не думая о том, что кто-то может стать свидетелем одного очень горячего уединения. Гаязов двигался быстро, горячо, не сдерживая себя и свое «хочу». Уж слишком долго он терпел, разруливая все Алинины загоны. Последний толчок и девушка обмякла к его руках, уронив голову на мужское плечо. Алина получала кайф от их тяжелого дыхания и потных тел, прилипших друг к другу. Ей не хотелось вставать с Тимура, хотелось как можно дольше прикасаться к нему максимальной площадью всего тела. В приливе нежности ей захотелось взять лицо парня и зацеловать. И даже если он посчитает ее действия дурацкими и посмеется, на этот раз Алине было похер. Она подняла голову, чтобы сделать это глядя в глаза, но тут же остановилась. - Тим, все ок? Парень по-прежнему тяжело дышал, но выглядел бледноватым, несмотря на то, что все тело горело. Алина быстро пересела на водительское и открыла оба передних окна на полную, создавая сквозняк. - Тим, ты слышишь? Тимур вяло улыбнулся и кивнул. Сглотнув, он повернулся к девушке. - Позвони Ильясу. У тебя есть его номер? Алину охватила безумная паника. Она резко соскочила в чем была, и побежала за телефоном. Трясущимися руками она схватила гаджет, не в состоянии с первого раза набрать пароль. «Лишь бы взял, лишь бы взял, лишь бы взял», молилась Алина, понимая, что на данный момент это единственный человек, который может помочь. - Кто это? Послышался тихий голос старшего. - Привет, это Алина, подруга Артема, помнишь, да? Я сейчас с Тимуром, ему плохо, он сказал звонить тебе. На одном дыхании протараторила перепуганная брюнетка. - Где вы? - На озере. Я сейчас скину тебе метку. - Не надо. Я знаю, где это. Скоро буду. - Ильяс! Подожди! Может, скорую вызвать? - Долго ждать, мы это уже проходили. - Что мне делать? Я могу как-то помочь? - У тебя есть в машине аптечка? - Да, но там одни бинты и лейкопластыри. - Ну и как ты собралась этим помогать? Просто ждите. Ильяс сбросил вызов, а Алина кинулась обратно в машину. Тимур в это время уже успел натянуть футболку и застегнуть штаны. - Я позвонила Ильясу. Сказал, скоро будет. Ты как? - Все хорошо, кис. Ты б оделась. Не хочу, чтобы твои сиськи стали достоянием всей нашей семьи. Слабо хохотнул Тимур, поглядев на полураздетую девушку с глазами по пять рублей. Быстро нацепив недостающую одежду, она присела рядом с брюнетом. На глазах наворачивались слезы от собственной бесполезности. - Ты знаешь, что с тобой? Ильяс говорит, такое уже было. - Знаю. Не переживай, пожалуйста, все будет хорошо. Сейчас он отвезет меня в больничку. - Я с тобой. - Нет. - Всмысле «нет», Тимур? - Я сказал, нет. Алина снова услышала в голосе ту интонацию, с которой он впервые заговорил с ней, когда увидел, разглядывающую фотографии на стене из его дома. Ей даже показалось, что и так учащенное дыхание парня участилось еще больше. - Хорошо, хорошо… Как скажешь, только не нервничай. Остаток времени они сидели молча. Алина слабо сжимала руку Гаязова, изучая каждый сантиметр. Ей почему-то было страшно посмотреть ему в лицо и уж тем более столкнуться взглядами, хотя по внешним признакам приступ Тимура (или что это вообще было) немного ослаб. Через каких-то 15-20 минут она услышала звук подъезжающей машины и вышла навстречу. Гелик Ильяса резко тормознул недалеко от ее бэхи, и чуть ли не на ходу из него вышел старший, быстрой походкой направляясь к ней. - Давно? На ходу, не останавливаясь, начал расспросы брат, так что Алине приходилось бежать, чтобы успевать за ним. - Да нет, минут 20-30 назад. Ему вроде полегче. - Отлично. Я его забираю. Поедешь с нами? - Нет, Тимур не разрешает… Ильяс приостановился и удивленно посмотрел на Алину. Но тут же пошагал дальше, хмыкнув то ли себе под нос, то ли девушке в ответ. - В этом и есть весь Тимур. Дойдя до брата, Ильяс как бы даже с облегчением выдохнул, увидев его состояние – в сознании и даже этот виноватый взгляд с глупой улыбкой при нем. - Идти сможешь? - Хз. Предлагаю проверить прямо сейчас. Тимур подал руку, чтобы Ильяс помог подняться из машины. Тут же подлетела Алина и взяла его под вторую руку, помогая как можно аккуратнее добраться до машины. Усадив парня на переднее пассажирское, старший поспешил за руль. Тим повернулся к девушке. - Кисунь, не волнуйся. Я наберу. Спасибо за день и самое главное – не ищи виноватых. Так бывает. Алина слабо улыбнулась, скинув первую пробежавшую слезинку ладонью. - Поправляйся. Я с больными договора не заключаю. Девушка заставила парня рассмеяться и подмигнуть, прежде чем Ильяс сорвался с места и на всех парах помчал в больницу. *** Прошла почти неделя, как Алина последний раз видела Тимура. И с каждый днем ей все больше казалось, что это был реально последний раз. Трубку не брал ни он, ни Ильяс, хотя она названивала каждому по несколько раз в день. Алине даже пришлось вылизать всю задницу консьержке из дома Тимура, чтобы наладить контакт и выяснить, что парень там не появлялся примерно неделю, то есть как раз после произошедшего у озера. Артем, как единственное связующие звено, тоже не мог ничем помочь, так как их сделка с Ильясом уже состоялась, и они не особо поддерживали общение после. И хоть Артем и говорил, что не может дозвониться Гаязову, Алина чувствовала, что он что-то не договаривает, особенно, когда тот с сожалением в голосе просил просто забыть эту семейку как страшный сон и двигаться дальше. Теми же словами оперировала Николь, каждый день приезжая в гости и выманивая Алину из дома как хорька из норы. Работать получалось с трудом, так как вдохновение ушло вместе с яркими эмоциями, которыми одаривал ее этот неунывающий парень в белой повязке. Все счастье и хорошие моменты высасывались из девушки с каждым днем, как будто над ее домом летала стая дементоров. Вечером она приезжала к дому Тимура и с надеждой ждала, когда в его квартире появится свет. После нескольких выкуренных сигарет она по привычке ехала в бар запивать горе. Пару раз ей даже удавалось повеселиться (не без помощи чудодейственных таблеток, разумеется), но в остальное время она просто тихонько сидела среди друзей, безразлично наблюдая, как они радуются жизни. А ведь всего пару месяцев назад она могла также – петь, танцевать и гордиться, что ее жизнь удалась. *** В комнату зашел Ильяс и с подозреньем огляделся вокруг. - Тимур, ты вообще встаешь с кровати? Парень лениво оторвался от сериала и смерил брата тяжелым взглядом. - А ты думаешь, я ссусь прям под себя? - У тебя в комнате идеальный порядок. Такое может быть только в условиях твоего полного обездвижения или отсутствия. - Ты прав. Я присутствую в этой комнате только физически. Ильяс поставил стакан воды на прикроватную тумбу и высыпал целую горсть таблеток. - Это тебе бонус от мамы. - Это она попросила тебя поговорить со мной? - Ага. Тим, так внатуре нельзя. Маме тоже тяжело. Осознавать, что в оболочке ее сына находится приведение… Она тупо не понимает, что с тобой происходит. В отличии от меня. Тимур снова перевел глаза на брата и с усмешкой поинтересовался. - Тебе то откуда знать? - Поверь, это не сложно. - Ильяс, ты можешь знать, когда у нас следующий корпорат, кстати, когда? Ты можешь знать размер роялти, которые переведут нам через 2 недели. Ты можешь даже знать, что именно забудут организаторы из нашего райдера. Но откуда, твою мать, ты можешь знать, что со мной происходит? Несмотря на то, что Тимур испытывал бешеное желание проорать все эти слова, его голос ни разу не повысился и не дрогнул. Внешне он оставался все таким же равнодушным к внешнему миру и ко всему в нем живущему. На этот раз старший испытал неподдельную тревогу за брата. Не хватало еще, чтобы тот словил депрессию на фоне последних событий. Ильяс осторожно присел на край кресла, подбирая нужные слова. Тем более, что слова младшего больно укололи. Он действительно был постоянно занят работой и интересовался исключительно этим. Но ведь все, что он делал – это и ради брата тоже, но как тому объяснить? - Тим, давай поговорим. Ты хочешь, чтобы ко всем уже существующим проблемам добавились психологические? - Да с чего вы все решили, что со мной что-то не так? На корпораты я с тобой гоняю, песни пою, шутки шучу, танцы… - А потом приезжаешь сюда и закрываешься в комнате. Ты из всех нас более-менее поддерживаешь общение только с сестрой. - Потому что она – ребенок, и для нее сложнее всех понять и принять мое настроение. - Мы тоже за тебя переживаем и хотим хоть чем-то помочь. Я, конечно, против общения с Алиной, но раньше она хоть как-то вытягивала тебя из этого дня сурка. Позвони ей? Тимур опять напрягся, потому что брат надавил на больное. Все это время младший старался не думать о девушке, просто выкинуть ее из головы, но как назло именно она оставалась там самым ярким и самым четким воспоминанием. - Зачем? Ты был прав, мне не стоило и начинать всю эту возню. - Она заставляла тебя хотя бы ненадолго забывать о всем плохом. Как таблетка. Еще одна. Ильяс кивнул в сторону других таблеток, которые Тимур не спешил принимать. - Ильяс, ты в себе? Ты понимаешь, че ты сейчас несешь? Использовать ее, чтобы подлечить себя? Она в меня влюбилась! А я должен… - С чего ты взял, что она вообще в тебя влюбилась? Да, она классная девчонка… но блять, такой, как Алина, чтобы влюбиться не на одну ночь, надо сначала не один год полежать в рехабе, а потом выбить из нее весь пафос и самолюбие, чтобы освободить место для кого-то еще кроме себя. Поверь, ты не делаешь ей сейчас боль… С каждым словом, вылетающим изо рта родного брата, Тимур все больше и больше порывался вскочить и начистить ему морду (или хотя бы попытаться, с таким-то братом). Он со всей силы сжал в руке пульт, что тот начал похрустывать. - Ильяс нахуй! Заткнись или я тебя сейчас угандошу! Сквозь зубы процедил Тимур, испепеляя брата взглядом, но тот не повел и бровью. - Помнится мне, ты сам говорил, что у вас все не серьезно и что для нее это тоже игра. - Помнится мне, ты говорил, что нужно поберечь ее чувства. - Но тогда я не знал, как она на тебя действует. И знаешь? ДА! Я готов пожертвовать чувствами другого человека ради чувств своего брата! - Ильяс, выйди из комнаты. - Я просто… - Просто. Выйди. Отсюда. Нахуй. Старшему не оставалось ничего, кроме как покорно встать и покинуть помещение. Да, это был один из тех редких случаев, когда переговоры сорвались по его вине (но сам Ильяс называл это оплошностью из-за влияния внешних факторов). - Завтра едем к врачу, не забудь. Ему нужны все анализы за последний год. Выходя из комнаты, не оборачиваясь, добавил Ильяс и захлопнул за собой дверь. Тимур долго сидел, смотря в одну точку, и прокручивал слова брата. Он в упор не понимал, как можно быть таким циничным? Точнее младший очень даже хорошо понимал, но недоумевал, как кто-то вообще смог его в этом переплюнуть. От мышечного напряжения разболелась голова, и он потянулся в сторону таблеток, при этом еще раз напомнив себе о визите к доктору. «Все анализы за последний год… год??? Бляяяяяяять», Тим откинулся на подушку, понимая, что все это находится в его собственной квартире, в которой он вот уже как больше двух недель отказывался появляться. *** Ведь из больницы (неделю назад) он сразу направился в дом матери, представляя, насколько счастлива будет она, узнав, что сын снова возвращается в семейное гнездышко. Несмотря на то, что парень уже привык жить в своей холостяцкой хате, он не мог туда вернуться из-за Алины. В очередной раз опустившись на землю, он наконец осознал, что даже не заметил, как они сблизились. Не заметил, как для нее все стало «по-серьезке». Хоть Алина в этом никогда и не призналась бы, она стала зависима от их недоотношений, поэтому нужно было в срочном порядке обрывать связи. Набраться смелости и сказать ей об этом, даже таким стремным способом как по смс, Тимур не смог, поэтому просто ушел по-английски (хоть он английский не знает). *** Тимур спустился вниз, когда Ильяс собирался выходить из дома. - Можешь забрать все документы из моей квартиры? - А сам что? - Я не хочу там появляться. Вдруг там Алина? - Тим, ты серьезно думаешь, что все эти 2 недели она спит на коврике под твоей дверью? - Блять, ты опять? - Спокойно, блять! Я к тому, что забрать документы – дело пяти минут. Ну не дура же она набитая, чтобы каждый вечер тебя там караулить. Че за бред? Тимур уставился в пол, обдумывая план действий. Можно было, конечно, разыграть спектакль, что опять разболелась голова, и Ильясу в любом случае пришлось бы ехать за документами, но есть ли в этом смысл? - Ладно, подожди тогда меня 5 мин. Хоть подбросишь. Развернулся Тим и пошагал к себе в комнату. Ильяс прав. Ну не поехала же у нее крыша, чтобы вторую неделю подряд играть в шпионские игры?