А затем

Делай вдох - произносила я, поглаживая торс Ромы - Глубже... Прочувствуй то - как легкие наполняются паром от горячей ванны. Специально для тебя, я добавила туда соли с запахом хвои, как ты любишь. Почему тебе страшно? Не бойся, всё ведь хорошо... Наши глаза пересеклись на одной из посиделок у Влада. Влад был тем самым мостом между людьми. Знакомил всех, позволял сидеть у него, помогал решить конфликты мирным путём, и никогда не ставил своё мнение выше чужого. В квартире у Влада я и встретила Рому. Молчаливый парень, вполне обычной внешности. Я бы даже сказала, моргинальный. Он улыбался и шутил время от времени, но я замечала, что вне разговора, его лицо словно теряет все эмоции. Он начинал потерянно смотреть в пол, изучать стены и выпадал из мира окружающего его. Я села рядом с ним, начав знакомство. Моя улыбка, жизнерадостная и приятная глазу, сразу же подкупила его, как и моя внешность. Красивые, собранные в косички волосы, миловидный румянец, и хороший макияж вместе со слегка неформальным видом, визуально, делали меня моложе моих восемнадцати лет. -ты откуда? - произнесла я, изучая внешность парня. -с нижней части города. Ты? -с центра... -проговорила я, неуверенно, вслышав его низкий, но при этом, приятный голос. Мы перебрасывались словами, ближе и ближе знакомясь друг с другом. Разговорить этого парня было делом тяжелым, ведь на всё он отвечал кратко, не задавая встречные вопросы. Не знаю, что меня так тянуло к нему. Казалось, что среди массы моих знакомых, он выделялся... правдоподобностью? Казалось, будто такой человек никогда не сможет соврать, по одной причине - ему это и не нужно. Я видела его, как опустившуюся на дно существования личность, которую ничто и никто не сможет поднять выше... Или, быть может, это был не он? Быть может, обиженный когда-то давно человек, сделал себе образ скучного и грубого человека, дабы никто не сближался с ним, и никогда не смог его оставить одного? Если это было так, то Роме не повезло, ведь я, была не из тех кто поведётся на такое. Я видела его внутри. Я видела, что алкоголь, сигареты, эйфоретики и прочая дрянь, были нужны ему не только чтобы забыться, но и чтобы приблизить свой конец существования в этом мире. И я поняла, что могу помочь ему с этим. Уже на следующий день, я была в его доме. Не особо то и жуткое жилье, особенно по сравнению с тем что я представляла. Это был частный дом, без огорода или чего-то вроде того. По факту, я бы даже назвала это хижиной. Пол деревянный как и стены, ближайший дом только в треть киллометра от этого. -дом моего дедушки. Они с бабушкой жили здесь ровно до 97, пока оба не умерли в один день. Звучит как сказка, но это так. - сказал Рома, проводя меня в зал. На столе, уже заранее стояла шестилитровка наполненная водой чуть ниже краёв, а так же, пустая обрезанная литровка внутри. Как по другому, попасть в "берлогу" этого человек я не знала, поэтому выбрала самый простой вариант - предложить покурить в двоём. Нам хватило всего-то 15 секунд чтобы ощутить эффект, благодаря которому, мы оба начали хихикать как идиоты. Я легла рядом с Ромой, и начала его целовать, а он, водил рукой по моей спине. Из-за травы, данное действие шло очень долго, но по факту, заняло не больше двух минут. Поцелуй неспешно разнообразился кассаниями, более крепкими объятиями, и по итогу, мы проснулись в одной постеле. Данный ритуал, мы повторяли дважды в неделю, пока я не переехала к Роме домой. Мои родители не особо обо мне волновались. С 14 лет я работала, совмещая труд с учёбой, так что, за 4 года я привыкла к их равнодушию, и жизни почти что самостоятельно. Вообщем, особых проблем с переездом я не испытала. Рома работал на заводе, а я в кафе. Я следила за хозяйством, а он за деньгами. Денег нам хватало не только на дешевые продукты питания и коммуналку, но и на дешевую синтетику. Впервые я попробовала её именно с Ромой. До сих пор, в моей голове тот день, когда я ждала его с работы. Предстояли выходные, и он, сев рядом со мной, вытащил из кармана коженной куртки маленький пакетик белого порошка. Вскоре, он был расстворён и разогрет в ложке. Затем, расствор проскользил в инсулиновый шприц с блестящей иглой, а после, оказался в моих венах. Ощущение нельзя было сравнить ни с чем. Волна удовольствия как при множественном оргазме, и ощущение, будто по всему твоему телу гуляют щупальца, как у тех девочек из японских мультиков, которые часто смотрел Рома. Не удивительно, как многие подсаживаются на эту дрянь. Сотни муравьев бегают прямо внутри твоего тела, играя с кровообращением, и словно, ласкают тебя. Ласкают так, что можно сойти с ума. В один день, наши марафоны стали не то чтобы ритуалом как ранее, а скорее, повседневностью, в день, когда мои родители разбились на машине. Сначала, я испытала шок, когда услышала эту новость через трубку домашнего телефона. Мне стало плохо, и меня затошнило. Я никогда не любила своих родителей, ибо они, не давали мне ни заботы, ни воспитания, но тем не менее... я осознала - теперь, я перестала быть дочерью. Теперь нет ни мамы, ни папы. Теперь, от тех людей что зачали меня - остались лишь разложившиеся тела, закопанные на два с половиной метра в землю. -а что страшного? - сказал Рома, прижимая окоченевшую меня к себе. -в каком смысле?... - произнесла я, поднимая взгляд. -ты думаешь, что в этом есть что-то плохое? Наши тела нас лишь сковывают. Наши тела - чувствую боль. Они чувствуют и удовольствие, я не спорю, но ведь, удовольствие в один момент исчезнет. Мы ограниченны эмоциями, чувствами, ощущениями и тому подобным. Я не спорю, их нужно ценить пока они есть, но если для кого-то они прервались, разве это может быть печалью? Разве человек не рожден, чтобы оставить потомство и умереть? Все мы там будем, потому, ты можешь лишь порадываться, что твои родители больше не испытыают боль. Слова Ромы, каждый день всплывали у меня в голове. Если долго смотреть на лампочку, а потом моргнуть, то ты увидешь полоску от раскалённого вольфрама перед глазами. Именно таким отпечатком остались в моём сознании его слова. Получив наследство спустя пол года, мы с Ромой ушли с работы. Мы оба постоянно были на нервах, и уже не справлялись, особенно учитывая нашу зависимость. Мы стали выглядеть куда хуже, и даже я, уже не могла смотреть в зеркало. Моя миловидная внешность давно покинула меня. На лице были садины и синяки от побоев Ромы, один из передних зубов выпал, да и взгляд, который когда то источал из себя радость, стал более похож на взгляд человека, застрявшего на необитаемом остраве, который увидел как корабль проплывает мимо, не увидев сигнал "SOS". Рома обзавёлся синяками под глазами, а так же, несколькими, уже затянувшимися ранами в области талии, полученными в потасовках с наркоманами. Его волосы, ранее росшие по плечи, ныне были остриженны под короткий ёжик. Сделал он это из-за того что часто подпаливал их при варке, да и, многие барыги зарились на его внешность, желая изнасиловать. Жизнь казалось всё более мутной с каждым днём. Я всё больше понимала, что вокруг, не было ничего хорошего уже давно. А что такое удовольствие? Каково это, любить человека за что-то? Мои глаза бегали по людям, когда в последний раз я вышла на улицу. Их было много, и все они были будто бы довольны. Но я таковой не была. Я не была счастлива даже когда кололась, хоть моя рука и была похожа на то что я дала её на съеденье комарам. Меня атаковала паника в тот день, и Рома с большим трудом смог довести меня до дома. Это было ровно два месяца назад. С тех пор, я сижу в зашторенном доме, боясь выглянуть на улицу. Моим миром, стали спальня со скрипучей кроватью, грязная, поросшая плесенью уборная, кухня что заполненна паразитами, зал, в котором стоял старый телевизор и пестрящий ретро плакатами изображающих Цоя, Дэвида Боуи, Игги Поп и нескольких других исполнителей, которых мы слушали. Рома уходил к шести, и возвращался с дозой к восьми, после чего, мы оба молча ставились, оставаясь в одиночестве на отшибе нашей крохотной вселенной. Мы включали телевизор из начала нулевых, останавливаясь на каналах с комидиантами, под шутки которых мы никогда уже не смеялись. Мы стали ещё более холодны. Не друг к другу, а в целом. Я жила в страхе и параное, как и Рома, который жаловался на сны, в которых нас обоих накрывали, задерживая и ведя в отделение. Жить в этом страхе становилось всё невыносимее. В один день, Рома увидел что дверь в ванную приоткрыта. Я лежала в ванной, полностью голая, и с улыбкой, предложила ему залезть ко мне. Запах был отличный, и горячая вода замутнила зеркала. Рома лёг в ванную, и я его крепко обняла, после чего, потянулась к рядом стоящей раковине. В его глазах блестнуло лезвие, которое я приложила к своему запястью. Мне стало смешно от того как он дёрнулся, пытаясь меня остановить. -Ром... ‐ сказала я - когда мы в последний раз были счастливы? Я люблю тебя, как и ты меня, но ты же видишь что с каждым днём, мы опускаемся ниже? Скажи пожалуйста, ты любишь меня? Рома замялся, с испугом продолжая смотреть прямо мне в глаза. По итогу, он всё же смог заговорить -я люблю тебя Надь... очень сильно, и... ты уверена? -почему нет?... Рома, ты же знаешь, что по итогу, мы разлюбим друг-друга. Мы потеряем наши последние лучи света, и испытаем боль. Я не могу уйти из этого дома, и я не могу больше отпускать тебя из него. Я хочу чтобы вместе, мы закончили этот цикл. Чтобы мы прекратили причинять боль друг другу... Я буду рядом с тобой всегда, как и ты со мной. Чего нам бояться? И вправду, страха становилось всё меньше. Рома опустил руки, откинувшись на спину. Я проковыряла лезвием своё запястье, войдя им на 3 милиметра внутрь. Посмотрев на рому с улыбкой, я сделала резкое движение на себя, вспоров руку до самого локтя. Жгучее ощущение заставило меня задёргать ногами в конвульсиях. Вспоротая рука начала брызгать кровью, а я, смеясь и обливаясь слезами протянула лезвие роме. В глазах темнело, и я почувствовала, будто с каждым новым вздохом, из меня выходит душа. Рана болела, но так же, мне было щекотно. Странное чувство... теплая кровь стекала вниз, и перед тем, как закрыть глаза, я увидела что Рома повторяет мой ритуал. Я теперь всегда буду рядом... С тобой навсегда... Несмотря на легкость, в один момент, во тьме лопнули краски. Тысячи узоров и приятный ветер били в мою сторону, одоряя меня прохладой. Теплые тона, обнимали моё нагое тело, поглаживая ноги, талию и руки. В моих глазах промелькнула картина, как мы с Ромой в обнимку сидим в ухоженном доме. Всё блестит от чистоты, и мы одеты в ухоженную одежду. У нас всё хорошо. Рядом с нами нет веществ, и даже намёка на них, и при этом, мы счастливы. Оба счастливы настолько, что мне захотелось плакать, но я уже не могла. Я попыталась протянуть к этому миру руку, но я её не ощущала... как не ощущала и тела... и ветра что дул на меня... а затем и цветов... а затем