Жизнь и обманы Беллы Великолепной

- Андромеда, я хочу знать продолжение. Гермиона никак не могла собраться с мыслями. Все это было более чем странно. Она обернулась, через плечо убедиться, что с мальчиками все в порядке. Проследившая взгляд девушки, женщина усмехнулась. - С ними все в хорошо, они просто спят. - Скажи, это было обязательно? - О, моя милая, если бы на моем месте стояла Белла, она бы их для верности бы связала. Усмешка средней сестры благороднейшего семейства Блэк, получилась угрожающей. Однако юную ведьму это не напугало. - Дромеда, пока у твоей сестры получилось разжечь мое любопытство, не дай ему угаснуть благодаря твоим комментариям. Грейнджер протянула руку в ожидании свитка. Тонкс хмыкнула, но отдала следующий пергамент в руки маглорожденной. Если предыдущее письмо было написано, очевидно, без спешки, то новое послание было нервным, растерявшим аристократическую грациозность. Смахнув непослушные каштановые кудри с лица, Гермиона углубилась в чтение. «Здравствуй мой дорогой друг, надеюсь, ты позволишь мне такую фамильярность. Времени становится все меньше, а я даже не в середине истории. Я, конечно, переступила возраст Христа, но боюсь, мой подъем на голгофу уже на горизонте. Кажется, мы закончили на операции в Министерстве. Я напомню Вам, мисс Грейнджер, что в тот период битва разворачивалась не только на плацдарме Министерства Магии, но и в моей голове и душе. Я понимаю, что читая эти строки Вы подумаете, что я чрезмерно драматизирую и пускаю пыль в глаза. И Вы будете на сто процентов правы. Том Реддл, позвольте называть его только так, на протяжении долгих лет формировал мои, не только политические взгляды и духовные искания, но и с помощью определенного воздействия решал, кем я буду. Ему с удовольствием помогли мои родители. И вот я стою в отделе тайн, смотрю на напуганных студентов и не понимаю, что я тут делаю. Перевожу взгляд на своих «коллег» и моя голова разрывается ненавистью к детям. К сожалению, легче ненавидеть, чем признаться в такой постыдной для Пожирателя Смерти слабости, как сочувствие и страх. Меня поразили Ваши глаза мисс Грейнджер. В них я видела знакомый свет, в них я видела себя. Той другой, о которой мне было велено забыть. Я не буду описывать Вам весь поток своих стенаний, дабы не вспугнуть столь юную особу. Но знайте, мисс, Вы впечатлили меня. Ваш открытый взгляд пробил мою броню. И в благодарность за этот, пусть и нечаянный, шаг я решилась (да, спустя два года, но все же) написать Вам письма» Последний прочитанный абзац заставил Гермиону отвлечься от чтения и вздохнуть полной грудью. Андромеда насторожено смотрела за девушкой. - Гермиона?.. - Не нужно. – Резко ответила гриффиндорка, махнув рукой в сторону миссис Тонкс. Для маглорожденной девушки были в новинку все эти высказывания. Себе самой же она могла объяснить такую откровенность бывшей узницы только тем, что дела у нее и вправду были не очень. А уж спорный, для нее самой, момент с описанием ее глаз… В голове Грейнджер был только один логичный ответ – Белла хотела расположить Гермиону к себе и не гнушалась никакими способами. «Пожалуй, даже если бы она призналась мне в любви, я все равно продолжила читать, в ожидании какую услугу чистокровная ведьма возьмет с грязнокровки за такую милость» - не весело хмыкнула Грейнджер и продолжила чтение. «Мы с Вами знаем, чем закончилось столкновение. Если Вы ждете раскаяния, то еще не наступил мой смертный час. Однако спешу Вас заверить, я не виновата в убийстве Сириуса Блэка. Он тоже моя кровь. И не смотря на то, что мы играли за разные команды… вреда я не причиняла ему никогда. Вам будет сложно поверить в это, особенно после того, как я открою Вам тайну. Почтив память своего кузена, меня вызвал Том. Мы не будем вдаваться в те ужасные ритуалы и эксперименты, которые проводил надо мной Лорд. Скажу Вам только то, что зеленый луч смерти показался бы мне настоящей милостью. Но, увы, я недостойна и не буду достойна никогда. За мои ошибки мне придется долго молиться. В результате этих манипуляций мне, наконец, открылась истина. Забытые кусочки памяти вставали на свои месте награждая меня животным ужасом. Уже никогда после этого я не смогла бы назвать себя сторонницей Лорда. И никогда бы не посмела просить о милосердии другой стороны… Я слышу, как кто-то идет. Простите, мисс Грейнджер, что придется вывалить это грязное белье Вам на голову. Но Вы последняя моя надежда. Я думаю для Вас не секрет, что мой бывший руководитель расщепил себя на осколки в надежде на бессмертие. Не этим знанием я хотела бы поделиться с Вашей светлой головой. У Лорда есть дочь, мисс Грейнджер, и это намного хуже проблемы крестражей. А знаете, что еще хуже? Я ее мать» Письмо выпало из рук девушки, и она невидящим взглядом посмотрела на Тонкс.