Мой личный сорт героина

      После того, как Олег оттрахал Диму, как последнюю суку, он отнёс его в душ и залез вслед за ним, закрыв бесившую его шторку. Он включил теплую воду и прижал Диму к стенке, но на самом деле тянулся за шампунем. — Ты не против, я возьму? — спросил он, уже взяв шампунь с запахом каких-то трав. — Ага, — тихо пробурчал Дима и прикрыл свои глаза.       Олег распределил шампунь по своим длинным волосам, после нахрен выкинул флакон куда-то в сторону и, взяв Диму за запястья, которые он прижал к стене, вплотную приблизился к нему, зажимая и не давая выбраться. Матвеев прошипел от боли, поскольку сильные руки Олега давили на свежие раны. Он открыл глаза и уставился на Олега, прожигая его взглядом, что очень бесило Шепса. Он слегка надавил ему на горло, заставляя вытянуться, от чего вода попадала в глаза и Матвеев жмурился.       Олег медленно целует его, но уже нежно, стараясь обласкать и не доставить дискомфорт. Дима медленно двигает губами, отвечая на поцелуй. Он обнимает Шепса и практически сползает вниз по стене, коленки дрожат, а ноги подкашиваются, но Олег это замечает и держит его.       Олег затыкает слив и садиться в ванную, утягивая за собой Матвеева. Шепс сидит, расставив ноги, а между них кладет на себя Диму. Он гладит его по волосам, перебирая пальцами каждую мокрую прядочку, после берет его за руку, переплетая их пальцы в одно целое и целует в макушку. Ванная наполняется тёплой, даже горячей водой, Олег очень расслаблен, он запрокинул голову назад, все еще держа Диму за руки. Дима же весь дрожит, хоть и лежит практически в кипятке, но это приятная дрожь и чувство наслаждения, которое растекается по всему телу, начиная от шеи и заканчивая кончиками пальцев на ногах. — У тебя было впервые? — спросил Шепс, приподняв голову. — С мужиком? Да, — это слово он сказал тихо. — У меня тоже, — Олег улыбнулся и поцеловал Диму в шею, оставив мокрый след. — Ты же скажешь потом, что это была «пьяная ошибка», — сказал Дима, пытаясь встать, но Олег резко вернул его на место, крепко зажав. — «Ошибку» не целуют после секса, — сказал Олег и стал выцеловывать на его шее и спине дорожки поцелуев. — Ты будешь жалеть потом, — все таким же жалостливым голосом продолжал Дима. — Да, ты прав, я буду жалеть, — сказал Олег и почувствовал, что из глаз Димы начинают течь слезы, вытер их в спешке и продолжил, — Жалеть о том, что побил тебя тогда, что ты из-за меня хотел вскрыться, что сделал тебе больно из-за неопытности, — он перевернул Матвеева и прошептал ему в губы, — я тебя никому не отдам, слышишь? — он пристально смотрит в его глаза, не моргая, после резко целует парня, нежно так, с чувством, а потом прижимает к себе. — Никогда не допущу, чтобы из твоих глаз текли слезы, а всем обидчикам наваляю за это, понял? — сказал Олег, что заставило Диму улыбнуться, оголяя белоснежные зубы, хоть он и сделал это сквозь слезы, — твоя улыбка прекрасна, улыбайся чаще и не реви, — Олег вновь протер ладонью мокрые следы от слез и прижал его к себе, зарываясь носом в его черные волосы.       Парни вылезли из ванны и, наконец, надели штаны, отправившись в комнату. Олег стал осматривать спальню Матвеева, увидев большую кровать с черным бельем, на которую хотелось лечь вместе с ним, но он стоял и не ложился, ждал одобрения, ведь он в гостях. Какой культурный гость, настолько, что выебал хозяина прямо на его кухонном столе. Дима подошел к окну и закурил. — Сигареткой угостишь? — беззвучно подошел к нему сзади Олег, отчего парень вздрогнул, — тише, тише, — Шепс обнял его сзади и забрал из рук сигарету. — Я курить хочу, — тихо сказал Дима, поворачиваясь лицом к Олегу. — Курить вредно, — с ухмылкой улыбнулся Шепс.       Олег осторожно провел пальцами по его губам, заставляя их приоткрыть, предварительно сделав затяжку и медленно выдохнул дым ему в рот, запечатав поцелуем. После отстранился, давая парню выпустить остатки дыма и затушил бычок в стеклянной пепельнице.       Дима все-таки добрался до сигарет и, усевшись на подоконник, достал вторую и стал курить. Он медленно тянул дым и выдыхал его куда-то в сторону, все время поправляя мокрые волосы, которые падали на лицо. — Ты так сексуально куришь, — сказал Олег, вжимая того в подоконник. Он убрал с лица Димы волосы, заправив их ему за уши. — Мне кажется чтобы я ни делал будет выглядеть сексуально, — усмехнулся Дима, а Олег просто облизнул его щеку и положил руки на талию, крепко сжав их.       После того, как Дима затушил сигарету, Шепс подхватил его на руки и отнёс на кровать, аккуратно уложив на постель. Он прижал его к себе, такого худенького и маленького, которому вечно было холодно, но только не рядом с Олегом, который грел его теплом своего тела. — Ты такой прекрасный, — сказал Олег и чмокнул того в лоб. Он полностью осознавал то, что он делает и говорит, ведь давно уже протрезвел. — Я люблю тебя, — вдруг промурлыкал Матвеев, посмотрев в глаза Шепса, будто заглядывая в его душу, пытаясь отыскать ответ. — Дим, я кажется влюбился, — с усмешкой сказал Олег. — В кого? — Дима с улыбкой продолжал смотреть на него. — Нуу…он сводит меня с ума, его тело, запах парфюма, волосы, губы, руки, одно только присутствие заставляет внутри все переворачиваться, отбрасывать здравые смыслы, проваливаться в другой мир, где только мы с ним, только мы и никого больше. Заставляет меня находиться максимально близко, телами и сознанием, доводя до головокружения. Я тону в его темных глазах, будто в черном океане, но вижу в нем столько смысла и любви. Да я блять первый раз в жизни чувствую чертовых бабочек в животе! Этот человек мое все, я никогда его никому не отдам, буду любить, дарить тепло и радость, заставляя улыбаться и не позволю плакать. А зовут его знаешь как? — наконец закончил Шепс свою длинную лирическую речь, которая пронзила Димино сердце. — Как? — спросил Матвеев, чуть ли не визжа от счастья. — Дима. Мой маленький мальчик, — уже шептал Олег, все крепче прижимая его к себе. — Я тебя старше, — усмехнулся Дима. — Ты худой очень, низенький, маленький такой, как котенок. — Я не знал, что ты такой ласковый и нежный. Но не смей так называть меня при всех. — А если мы поженимся? — Мы в России, Олеж, — со смехом сказал Дима, — а так я был бы не против стать третьим Шепсом на проэкте. — Реально? — удивился Олег, выпучив глаза и расплылся в улыбке. — Представляю реакцию Саши. Заходим мы и объявляем, что я теперь Шепс и он стоит, выпучив глаза, — уже просто ржет Дима, а Олег подхватывает. — Да, скоро в мире останутся одни Шепсы. Ладно, давай спать, Дмитрий Шепс, — Олег чмокнул его в макушку и откинулся на подушку, обнимая худощавого парня. — Спокойной ночи, Швепс, — все еще посмеивался Дима, а после улегся на груди у Олега и прикрыл глаза. — Назовешь Швепсом и я буду называть тебя котеночком везде и при всех, понял? — Ага, спать давай, Швепсик, — сказал Дима, уже зевая, за что получил сильный шлепок по заднице, где остался большой красный отпечаток от ладони. — Ты мой личный сорт героина, — Шепс поглаживал его по волосам.       Вскоре парни уснули, Дима подрагивал во сне, а Олег машинально поглаживал его по спине, от чего тот успокаивался.       Сделать другого человека счастливым и обрести счастье самому — самое лучшее, что может быть в жизни.