Всё дело в кофе

Они действительно много выпили. Влада действительно ушла ночевать в комнату к девчонкам. А значит, ничто не помешает ей сегодня пригласить Макса к себе в комнату. Она забила на свои принципы и невербально отвечала ему на его флирт, касания и намеки. К концу вечера нерв в теле был накален до предела. Она боялась, что взорвется, если он еще раз коснется ее, даже случайно. Отпустив себя, Рита чувствовала столько, сколько не чувствовала никогда. Ну, может, однажды, когда увидела Владу у себя на руках после восьми часов родов. Тогда она впервые почувствовала себя счастливой и свободной. Прямо как сейчас, стоило только отпустить себя, она наконец-то позволила себе почувствовать, каково это, когда кто-то смотрит на тебя с вожделением. И она готова была ответить ему. Поэтому, когда глубокой ночью, будучи слегка пьяной, Макс прижал ее к стене коридора рядом с их спальнями, она первая потянулась к нему за поцелуем. В голове будто произошел взрыв, сметая на своем пути все сомнения. Рита впивалась в его губы, страстно покусывая их, пока горячее красивое мужское тело прижимало ее к стенке. Она плавилась, готова была стекать по нему, как воск, обволакивая. Его губы стали спускаться ниже, к ее шее, пока она пыталась дышать. Ей казалось, что руки Максима были везде, Рита совсем не могла соображать. Они не сказали друг другу ни слова, боясь разрушить момент, хотя она понимала, что сейчас уже ничто не собьет ее с пути. Он нужен ей, прямо сейчас. И, кажется, Макс это почувствовал. Они оба остановились и посмотрели друг другу в глаза, секунду или час. И тогда Максим молча открыл дверь в свою спальню, а она зашла, нисколько не сомневаясь в своем решении. Что же, не она пригласила его к себе, но это и не важно. Рита услышала щелчок двери и усмехнулась. Тело будто вибрировало от предвкушения, поэтому она поспешила развернуться лицом к мужчине и, глядя ему в глаза, опустила лямки своего сарафана, позволяя ему упасть лужицей вокруг ее ног. Максим, казалось, затаил дыхание, пока жадно всматривался в ее силуэт. После чего медленно подошел к девушке и снова поцеловал, не отказывая себе в удовольствии крепко прижать ее к своему телу за ягодицы. — Ты такая красивая… — Проговорил он между поцелуями, которыми покрывал ее лицо и шею. Это было одновременно нежно и страстно. Он обращался с ней будто она фарфоровая, при этом иногда грубо сжимал ее талию или задницу пальцами, будто не мог себя контролировать. Она терялась в нем, наслаждаясь ощущениями, что он ей дарил. Это было похоже на первый секс, только она точно знала, что в этот раз больно не будет. Максим чуть склонился и губами обхватил ее сосок свозь бюстгальтер, пока его пальцы, блуждая по ее телу, добрались до ее самого горячего места, стали гладить ее промежность сквозь ткань трусиков. Рита прикусила губу, чтобы не застонать. Ее совсем не смущало, что они собирались сделать это в чужом доме, в чужой спальне. Просто нужно будет быть немного тише. Она бездумно водила руками по его телу, то зарываясь в его волосах, то обхватывая его мощные плечи. Казалось, что если она не будет его касаться, то как минимум потеряет сознание. Его губы были горячими, как и его руки, как и он сам. Ей хотелось все время прикасаться к нему, поэтому в какой-то момент она поняла, что хочет касаться его обнаженной кожи, а не одежды. Максим читал ее как книгу. Ей стоило только об этом подумать, как он уже стягивал с себя футболку. И Рита не смогла сдержать судорожного вздоха. Он был атлетичен, красив, как мраморная статуя в музее. Она остановилась и жадно пожирала его глазами: его большие плечи, рельефные грудь и живот, почти со стоном впилась взглядом в косые мышцы живота, которые спускались под джинсы. И, как вишенка на торте, татуировка на левой стороне груди в виде спирали из римских цифр. Первое, что она сделала, это нежно коснулась губами татуировки, кончиком языка касаясь каждого витка спирали, пока Макс расстегивал ее бюстгальтер. Теперь она прижималась к нему обнаженной грудью, чувствуя его губы на своем плече, на шее, в яремной впадинке. Ее соски терлись о его грудь, что распаляло ее тело все больше. Возбуждение собиралось внизу живота, от чего ей снова захотелось почувствовать его пальцы, да хоть что-то, она почти сходила с ума. Мелкими шагами они добрались до кровати и Макс, опираясь коленом о матрас уложил на него девушку, даже не пытаясь оторвать губ от ее тела. Он покрывал поцелуями каждый участок ее оголенной кожи, пока рука медленно, слишком медленно ласкала ее разгоряченную плоть сквозь ткань трусиков. Для Риты это была пытка, ей хотелось больше, ей нужны были его пальцы внутри, хотя бы пальцы. Но Максим медлил, растягивая свое и ее удовольствие. В его голове сформировался логичный эгоистичный план уничтожить в ее голове потенциальные мысли о любом мужчине, касающимся ее тела, кроме него. Он хотел сделать все, чтобы Рита смогла думать только о нем, представлять в своей постели только его, а значит, он должен стать лучшим для нее. Почувствовав, как Рита двинулась ближе к его пальцам, пытаясь усилить давление внизу, Макс усмехнулся сквозь поцелуи, и в отместку чуть прикусил ее шею, одновременно с этим забираясь пальцами под ткань. Его движения стали более действенными, но все еще не спешил входить. Рита тяжело дышала, то выгибаясь ему на встречу, то падая всем телом как камень обратно в мягкую кровать, ее щеки раскраснелись, а грудь стала покрываться красными пятнышками. Максим еле заставил отвести взгляд от этой эротичной красоты и стал губами спускаться все ниже, пока не достиг ее живота. Он подрагивал под ее поцелуями, и, кажется, Рита совсем не понимала, что именно он хочет сделать, он почти довел ее до состояния сумасшествия. Поэтому, когда она почувствовала его губы там — сильно удивилась, но не смогла произнести ни слова, только застонать от невероятного ощущения. У нее не было большого опыта в сексе, а опыта в оральном сексе у нее не было вообще. Поэтому Рита пыталась сосредоточиться, чтобы понять свое к нему отношение, но не смогла. Потому что это было феерично, а больше ей знать ничего и не нужно. Она стонала, выгибалась, пыталась оттолкнуть Максима из-за слишком интенсивных ощущений, но он был непреклонен. Мужчина лизал, сосал, покусывал ее плоть, щелкал кончиком языка по ее клитору, выбивая из девушки стоны, придерживал ее бедра, чтобы раскрыть ее для себя как можно больше. Он чувствовал, как она пальчиками сжала его волосы, оттягивая, от чего он только усерднее заработал языком, посылая вибрации от тихого рычания по всему ее телу. Он почувствовал, как начало подрагивать ее тело и без предупреждения вставил в нее два пальца, набирая ими бешеный темп, пока Рита не взорвалась в его руках, тихо поскуливая. Макс был доволен. Больше, чем доволен, он был в восторге от того, насколько эта женщина была отзывчива в его руках и на его языке. Сил терпеть больше не было, поэтому, пока Рита была почти в бессознательном состоянии, он снял с себя джинсы вместе с боксерами и, надев презерватив, устроился между ее бедер. Но он не входил, а целовал девушку, пока она не пришла в себя и не почувствовала его достоинство на внутренней стороне бедра, которое подрагивало от нетерпения. Максим хотел, чтобы она понимала, что у нее есть выбор не делать этого с ним, а не просто вдалбливаться в послушное разомлевшее тело. — Ты готова? — Чуть слышно спросил он, проводя членом по ее мокрым складочкам. Девушка кивнула, окутывая его осмысленным взглядом, и еще больше развела бедра, насколько это возможно. И он стал входить. Медленно, ощущая, как тесная плоть окутывает его член долгожданным теплом и влажностью. Рита закусила губу, чтобы громко не застонать от желанной наполненности. И пока он не начал двигаться она могла сдерживать себя. Но Максим вдруг сразу набрал темп, от чего стоны уже невозможно было сдерживать, поэтому она впилась в его губы поцелуем, в попытках удержать его и себя. Но он хотел слышать ее, кровь в голове мешала думать, он хотел только эту девушку, ее стоны, ее тело, он хотел заниматься с ней сексом, пока не останется сил. И ему было плевать в данную секунду кто может их услышать. Все желание сосредоточилось на движениях бедрами, которые усиливались, в попытках добраться до ее второго оргазма. Ему казалось, что этого недостаточно, поэтому Макс присел на пятки, притянул за бедра Риту к себе ближе и, положив ее ноги к себе на плечи, стал еще быстрее вбиваться в тело Риты, продолжая как маньяк разглядывать ее тело: как трясется ее грудь, как ее голова метается из стороны в сторону от переполнявших ее ощущений, как она руками пытается ухватиться хоть за что-то, чтобы не потерять связь с реальностью. Он ненадолго прикрыл глаза, чтобы слегка успокоиться, потому что освобождение уже накатывало к нему, но Макс был против. Он не хотел, чтобы это закончилось так быстро, нет. У него была цель, и ему казалось, что она еще не достигнута. Он должен был стать единственным для нее, кто будет посещать ее мысли на ближайшие лет сто, поэтому пришлось сбросить темп. Прежде чем перевернуть ее, Максим впился в ее губы глубоким страстным поцелуем, на что Рита ответила незамедлительно, вжимаясь в его губы с таким желанием, что он снова чуть было не перешел на бешеный темп. Но, все же, оторвался от нее с неприличным звуком, перевернул девушку на живот и притянул ее к себе за бедра, оттопыривая ее попку. А когда вошел, не смог сдержать стона. Насколько же в ней было прекрасно! И Макс снова набрал быстрый темп, сжимая ее бедра до красных пятен, упиваясь ее стонами и отзывчивостью ее тела. Рита почти смутилась от того, насколько сложно ей было вести себя тихо, насколько отчетливо в комнате были слышны шлепки двух разгоряченных влажных тел. Но по другому совсем не хотелось. Максиму стало не хватать ее тела, поэтому он потянул девушку на себя, положил одну руку на грудь, а другую спустил между ее ног, продолжая двигаться. Он был уже на грани, он не мог ничего видеть и слышать, кроме нее. Он довел ее до исступления несколькими касаниями пальцев по клитору, после чего сильнее прижал девушку к себе, продолжая свои размашистые движения. Рита тихо постанывала от непрекращающегося оргазма, пока мужчина гнался за своим. И как только она услышала его тихий стон, больше похожий на рык, ее охватила эйфория. Они, загнанно дыша, повалились на кровать. Максим сразу прижал девушку к себе, поцеловав ее в губы. И Рита растаяла. Он поцеловал ее ни в лоб, ни в волосы, ни, слава богу, в щеку. И поцелуй был нежным, чуть ленивым, и таким сладким. Он избавился от презерватива и кинул его на пол со словами «уберу потом», пока она укладывалась на его грудь, прижимаясь к его телу. В голове не было ни одной мысли, он буквально вытрахал из нее вообще всё. — Ты в порядке? — уточнил Макс, потому что его напрягало, что Рита не сказала за все это время ни слова. Но девушка лежала, улыбаясь. — Вполне, — Рита привстала на локте и посмотрела на Максима, буквально облизывая его взглядом, — Я просто слегка в эйфории. — Слегка? — Макс тоже привстал, чуть прищурившись, — Слегка? — Он навалился на Риту с поцелуями, тихо рыча. Его руки сразу стали блуждать по ее телу, а он чередовал поцелуи с легкими укусами, — Значит, я плохо постарался. Рита смеялась, пытаясь от него отбиться, в шутку, конечно же. Ей впервые было настолько хорошо, что она даже не хотела ничего анализировать. Да, она поддалась искушению и не пожалела ни на минуту. Они еще пол часа копошились в кровати, пока Рита не уснула не его плече. Она почти не спала всю прошлую ночь, поэтому вырубилась быстро и довольно для себя незаметно. Максим еще какое-то время прижимал девушку к себе, посматривая на нее, спящую, прежде чем прикрыть глаза и уснуть. Утром Макс проснулся раньше Риты, обнимая ее со спины. Она прижималась к нему попкой, от чего мужчина улыбнулся, как подросток. Единственная мысль, которая была в его голове — это то, что он хочет прямо сейчас оказаться в ней. Он потянулся назад, к джинсам, чтобы вытащить презерватив. Натянув его на себя, он примостился к Рите сбоку и стал водить членом между ее складочек. Девушка все еще спала, но прижалась к нему ближе. Он двигался медленно, стараясь не разбудить Риту как можно дольше. Через некоторое время он вошел в нее, медленно, растягивая, прикрыв глаза от удовольствия. Макс рукой прижал Риту к себе ближе за талию, стал подниматься к ее груди, нежно обхватывая. Он услышал тихий стон и ухмыльнулся. И только в этот момент он чуть ускорился. Марго обхватила пальцами его предплечье и стала подмахивать ему в ответ бедрами. — Доброе утро, — прошептал мужчина на ухо Рите. Ответом ему был тихий стон и поворот головы. Девушка поймала своими мягкими губами его, отзываясь на каждое его движение. И после она довольно целенаправленно стала спускать его руку вниз, между своих ног. Максим стал входить медленнее, но жестче, пальцами доводя ее до точки невозврата. Он ловил каждое ее движение, каждую реакцию, пока Рита содрогалась в его руках. И как только ее тело немного успокоилось, он перевернул девушку на спину и стал входить в нее медленно, глядя ей прямо в глаза. Он не гнался за своим освобождением, он хотел полностью прочувствовать ее, насладиться ей. Через сорок минут Рита и Макс стояли на кухне и целовались, забыв про кофе и завтрак. Они опять встали раньше всех, поэтому позволили себе немного похулиганить в отсутствие детей и хозяев дома. Поднимать вопрос о дальнейших отношениях никто не стал, потому что мужчина думал, что тут и так все понятно — они в отношениях, а Рита решила для себя еще вчера — он закрыл гештальт, теперь можно двигаться дальше. И никто из них, двух умных взрослых людей, не решил, что можно просто поговорить. После завтрака ребята двинулись домой. Макс чувствовал какое-то напряжение во время дороги обратно, но решил, что это ему кажется. И разговор не клеился совсем. Подъехав к дому Риты, мужчина, что странно, провел ладонями по джинсам, убирая нервозность. — Я завтра уезжаю в командировку до выходных. Встретимся в субботу? Рита нежно коснулась губами его щеки в ответ и вышла из автомобиля. Ей казалось, что это должно было послужить для него ответом. Влада выскочила из машины довольно шумно, рассыпаясь в благодарностях Максу. Так и закончились эти выходные. Весь понедельник он писал ей и несколько раз звонил. Марго его игнорировала. И искренне недоумевала, что еще ему от нее нужно. Сама она своего состояния вообще не понимала. Настроение было ужасным, все время хотелось плакать, но она стойко держалась и заблокировала Макса везде, где могла. Она с самого начала говорила ему, что ей не нужны отношения. Она не нужна ему, с ребенком, с матерью-стервой, с ужасным характером. Это были просто прекрасные выходные — лучшее, что она могла оставить в своей памяти. Этого вполне было достаточно. Она сможет пережить эти свои идиотские чувства к нему. Вторник и среда прошли будто мимо. Рита работала, задерживалась допоздна в офисе, после чего приходила домой и ложилась спать. Влада, чувствуя состояние мамы, даже не подходила к ней с вопросами. В четверг в офисе появился букет пионов без записки, от чего Рите пришлось некоторое время провести в туалете, смывая слезы. Ей. Это. Не. Нужно.

***

Рита пила кофе и старалась набрать нормальное письмо подрядчику, которое переписывала уже третий раз, когда дверь кабинета резко открылась и закрылась. Девушка вытянулась по струнке, смотря на вошедшего Максима, который запер кабинет (опять она забыла ключ вытащить!) и сел напротив. — Объяснишь? — без приветствия начал он. — По-моему тут все и так понятно. Что ты тут забыл? — сколько же усилий пришлось приложить, чтобы голос не дрогнул! — Я хочу услышать, как ты говоришь мне это в лицо. Не убегая, не блокируя меня везде. Как взрослый человек. Рита отвернулась к окну, пытаясь ровно дышать. Руки подрагивали, поэтому она сцепила их в замóк. — Я говорила, что мне не нужны отношения. — Почему? Я что-то сделал? Тебе было со мной плохо? — Нет… Я… Мне это не нужно, ясно? Ты закрыл свой гештальт, «попробовал» странную девочку. Теперь давай расходиться. Макс встал и направился прямо к Марго. Он положил одну руку ей на стул и развернул ее к себе, а другой уперся в стол. — Хватит додумывать за других людей, Рита. Нет и не было никакого гештальта. Все что я хочу — это быть с тобой. Стена начала падать. Глаза заблестели от непрошеных слез, которые она так старательно в себе прятала. — Не делай этого, пожалуйста. Это не для меня, — прошептала она, — Я не создана для отношений, все закончится плохо. Максим, поняв, что он на правильном пути, взял ее руку в свою и приложил к груди, где билось его сердце, очень быстро. — Дура ты, Нестерова. Это закончится именно так, как мы захотим. Свои слова он подтвердил поцелуем, который не оставлял шансов на побег. Впервые Максим Лаврентьев почувствовал, что не струсил с той, кто ему небезразлична.

***

— Хватит нервничать. — Издеваешься? Моя мать все испортит, я серьезно тебе говорю. Рита с Максимом спорили уже минут десять, пока ехали в этот злосчастный ресторан. Сегодня у Максима был день рождения, погода на улице была отвратительная, как и подобает концу ноября. И он зачем-то пригласил туда ее мать, которая как раз должна будет познакомиться с его родителями. — Я не вынесу этого… — Пробормотала Рита, сжимая ладони в кулаки. Макс почему-то засмеялся, — Что? Ты чего ржешь надо мной? — Ты похожа на школьницу, серьезно. Ты взрослая женщина, директор, у тебя есть ребенок. А ты мамы боишься, правда? — Она испортит праздник. — Ничего она не испортит, она меня обожает. Тут уже была очередь Риты смеяться. Хотя он в чем-то прав. По крайней мере, Наталья Константиновна чуть меньше недовольна Максимом, чем Ритой и, упаси боже, Лешей. — Эй, — Рита пропустила момент, как они подъехали к ресторану, — Все будет хорошо, слышишь? Макс сжал ее руки в своих и нежно поцеловал. — Я люблю тебя. Просто помни это и все пройдет хорошо. И, знаете, что? Все действительно прошло замечательно.