От кого ты бежишь?

      Сквозь тревожные, навязчивые, но совершенно неразборчивые картины в сознании Дейва, будто острыми шипами стали пробиться какие-то ужасные звуки.       Белые ресницы распахнулись, мелко дрожа от беспокойства, тем временем глаза и уши пытались понять в чем, собственно, дело и почему комнату наполняет невыносимая какофония звуков. Даже по меркам музыкального слуха Дейва это было слишком ужасно. Тыльная сторона ладони нервно прошлась по выступившим капелькам пота на лбу, отодвигая в сторону слипшиеся прядки от чёлки.       Вдох. Выдох.       Первое осознание, буднично дав ему оплеуху, пришло сразу после того, как Страйдер попытался сесть. На нём не было очков. И, будто стыдливый вор, прикрывая свои алые глаза от невидимого зрителя, через тонкую щель между его пальцев стал судорожно осматриваться. В первую очередь его взгляд наткнулся на по-прежнему сладко спящего Карката, изображавшего самую настоящую морскую звезду, где кровать была его дном, а Дейв - мешающий камушек, который надо было вытолкнуть со своей территории. Только так можно было объяснить происходившее безобразие и Дейва, который из-за ночных игр Карката оказался практически полностью на холодном и совсем недружелюбном полу.       Просверлив глазами дырку в нерадивом водителе, Страйдер, наконец, выяснил одну простую истину - Каркат это не очки, а значит надо продолжать поиски. "Не думал, что окажусь в такой чудесатой ситуации." - подумалось Дейву, а трель из неизвестного источника только подтверждала его вывод.       Едва не раздавив ладонью искомый предмет, пока парень пытался ещё раз повернуться на своём островке кровати, Дейв с облегчением натянул на свой нос солнцезащитную стенку от остального мира. То есть, очки.       Вместе с тем, будто по-волшебству, нашелся и источник шума. Уже не меньше десяти минут будильник на телефоне Карката надрывно пел самую первую песню из фильма "Лалаленд" (кто бы мог сомневаться, верно?), с которой, к огромному несчастью, познакомился Страйдер накануне. Небрежно, будто опасаясь заразиться, блондин взял в руку чужой телефон одними пальцами, нажал на нужную кнопку, и...       Вместо долгожданной тишины телефон разорался пуще прежнего. Это гнусное устройство, а точнее программа будильника на нём, была защищена от чужих прикосновений.       Твою мать.       Слова песни -       "You get up off the ground       'Cause morning       Rolls around       And it's another day of sun."       Никак не соединялись с хмурым и сонным состоянием парня, находящегося в шаге от того, чтобы выкинуть это орущее нечто в окно.       И как ему, такому крутому парню, "повезло" пересечься с этой спящей красавицей из диснеевских сказок? Усталость брала своё, праведная ярость осела в глубине склизким раздражением, а вперед вылез привычный образ самой Иронии в человеческом образе. С кровати его всё-таки вытолкали, но спускать подобное с рук было совсем не в духе Страйдера.       Так уже минут через пять на лбу водителя красовался орущий слащавые непристойности из Лалалэнда телефон, сверху воздвигнут банан, единственное подобие еды во всём номере, а в каждой руке теперь красовалось по пластиковому стакану, слишком иронично прижатых к груди поверх заношенной футболки. То ли будильник был недостаточно громким, то ли Каркат был на самом деле глухим и в тайне носящим слуховой аппарат, но это чудо иронии не проснулось даже к тому моменту, когда Дейв вернулся из ванной комнаты.       Но! В это трагикомедии неожиданно свершилось чудо - хруст стаканов в ладонях Карката, которые точно сжались от какого-то сюжетного поворота во сне, вскрик хозяина сновидения от шума стаканов и обреченное мысленное "Да ладно?..." в блондинистой голове. Каркат резко принял сидячее положение, ошалевши по инерции выключив будильник, по ходу даже не заметив, что тот был на его лице, но после с не меньшим удивлением замечает упавший на его колени банан и один пластиковый смятый стаканчик, чудом удержавшийся рядом с жертвой, а не свалившись на пол, как сделал это второй.       Растрепанный и с красным пятном на лбу, оставшимся от телефона, водитель поднял взгляд на Страйдера и тихо спросил:       — Что это?...       — Завтрак в постель, дорогой. — Усмехнувшись, Дейв двумя пальцами послал брюнету воздушный поцелуй и без каких-либо объяснений (лучшая ирония не должна быть подвластна обывательскому смыслу) развернулся и вышел из номера, чтобы насладиться свежим воздухом другого штата и долгожданной тишиной.