Зеленый дом

      Ваня не пил в больших компаниях. Но это не значит, что он не пил с Лешей! А еще он пил с бабушкой по праздникам. Леша беспокоился, что у Вани из друзей только он и бабушка. Ваня говорил, что ему так намного комфортнее, чем если бы у него было много друзей.       Леша его не осуждал. Кто он вообще такой, чтобы Ваню осуждать? У него из близких людей – один только Ваня. Даже родня стала ему звонить реже, чем раньше.       У Леши где-то в одном из многочисленных шкафчиков кухни лежала бутылка коньяка. Они не напивались. Потому что настроения такого не было. Праздника никакого не было. А еще Леша очень волновался, что скоро так станет алкоголиком, если станет напиваться каждые выходные.       Леша включил свой плейлист на колонке. И Леша не умеет танцевать. И Ваня не умеет танцевать. Поэтому они не умеют танцевать вместе. И на самом деле Леша просто хочет уткнуться лицом в плечо Вани. Давно хотел.       Может быть, Леше надо было осушить стакан, чтобы набраться смелости.       Они сидят на кровати Леши и говорят о чем-то таком неважном, и Леша был так прав раньше. Потому что, когда рядом Ильин, кажется, будто все вокруг так просто. И Леша говорит об этом Ване.       - А может, это просто у тебя все так сложно?       Шамутило ему верит. Потому что Леша сам себе напридумывал, что умрет тут. И что умрет тут один. И что район у него гнетущий. Сам напридумывал, а теперь пугается. Сам себе все усложняет.       Леша сидит прямо напротив Вани и думает, что, наверно, это лучший момент, чтобы его поцеловать. Потому что, если бы они стояли, то Леше пришлось бы немного встать на носочки. Ваня не сильно его выше, но выше.       Леша слышит из динамиков межпланетную группу «Сплин» и вместо «танцуй, танцуй, танцуй», он слышит «целуй, целуй, целуй». Леша представляет себе сейчас, что это как та сцена из «Русалочки». Все так подходит, но они не на лодке, которая может перевернуться из-за угрей, а на кровати.       Леша просто надеется, что ментальная связь его не предаст сейчас, и, может быть, Ваня думает то же самое.       Поэтому Леша тянется к губам Ильина и понимает, что все к этому и шло. Леше нравятся теплые губы на его губах, нравятся теплые руки в его руках. Потому что это такое необычное напоминание, что Леша живой и что человек напротив тоже живой. И они оба живы. И Леша больше не одинокий.       Ваня отвечает на поцелуй, и Леша совсем не верит в происходящее. Но он несказанно радуется теплой ладони, запутавшейся в его волосах. Леша несказанно радуется, что Ваня не морщит нос от его щетины. Леша несказанно радуется, что может положить руки Ване на шею.       Но потом Шамутило отодвигается. А Ваня весь красный. Леша понимает, что и сам он тоже ужасный красный: из-за коньяка и из-за… произошедшего. Но Ваня прямо-таки нездорово красный и горячий. Не в хорошем смысле горячий.       - Боже, Ваня, все хорошо? – обеспокоенно спрашивает тот. Но Ваня ничего не говорит, он бегает глазами по комнате, а потом резко встает. – Ваня?       - Мне пора домой, - бросает тот, убегая в коридор.       - Что? – уровень тревоги в груди достигнул чуть ли не пика. Все же было хорошо? Ваня даже отвечал? – Ваня, постой!       Ильин уже успел наспех надеть куртку и ботинки.       - Вань, ну прости, пожалуйста, - слезно умолял того Леша. – Я больше так не буду, пожалуйста, прости, только не уходи…       - Леша, все хорошо, мне просто надо домой…       - Почему?! – воскликнул Леша. – Тебе не надо было домой пять минут назад!       - А теперь надо. Очень, - Ильин открыл дверь и вышел из квартиры. Он обернулся на Лешу, у которого уже по щекам стекали слезы. Леша надеялся, что он останется, но произошло что-то другое. Ваня подошел, взял Лешино лицо в руки и поцеловал снова. Шамутило не успел понять даже, что случилось, как Ваня уже отодвинулся. – Мне правда надо. Все хорошо. Пока.       - По… - но дверь за Ильиным уже закрылась, -…ка…