Sick

Чонин заболел. Он не знал, что послужило началом для простуды, но факт оставался фактом. Проснувшись утром с заложенностью и болью в горле, парень понял, что легко он теперь не отделается. Вот только болезнь портила ему все планы. Они с Сынмином собирались сходить в кино на премьеру на выходных, а теперь возможно придется всё отменить. Чонин чуть не взвыл от обиды. Он написал сообщение своему парню о том, что похоже простыл и пошел заваривать чай. Уже через 15 минут в квартире раздался звонок. Чонин пошёл открывать и каково было его удивление, когда на пороге он увидел Сынмина. — Я тут в аптеку заскочил, решил, что тебе возможно что-то нужно, — Сынмин поднял вверх пакетик из аптеки и, не дожидаясь приглашения, прошел в квартиру. Парень вывалил все медикаменты на кухонный стол, доставая нужные таблетки из пачек. Обернувшись, он заметил вскипевший чайник. — О, ты вскипятил чайник. Я как раз принес травяной чай, он лучше поможет. Чонин бросил взгляд на чайник, который пришлось кипятить повторно, потому что в первый раз он про него забыл. Младший решил не мешать Мину, который уже во всю хозяйничал на его кухне. — Ты небось не завтракал? — это звучало больше как утверждение, поэтому Чонин не стал отвечать. Сынмин в это время уже достал яйца и включил плиту, чтобы приготовить яичницу. Когда еда была готова, он усадил младшего за стол, сказав, что тот должен съесть все. — Ты впоследствии болезни вообще можешь аппетит потерять. Так что ешь сейчас. — Чонин не смел возразить, поэтому послушался. Он выпил нужные таблетки, а затем Сынмин утянул его в комнату, вместе с кружкой чая. Мин закутал младшего в одеяло и обнял, садясь сзади и включая телевизор. В этот момент Чонин вспомнил про кинотеатр. — Из-за меня мы можем не попасть на премьеру, — грустно сообщил младший, чувствуя укол вины перед Мином. — Солнце, ты ни в чем не виноват, — попытался успокоить его Сынмин. — Но ты ведь так хотел посмотреть этот фильм, — Чонин и так проклинал простуду как только можно, а теперь был готов винить ещё и себя. — Не переживай на этот счёт, мы можем сходить в другой день, — заверил его Сынмин и поцеловал в лоб. За просмотром дорамы, Чонин допил чай, а затем, расслабившись в объятиях парня, сам не заметил, как уснул. Сынмин, увидев, что младший спит, сделал звук на телевизоре потише, чтобы тот не мешал Чонину спать. Парень проснулся от жуткого першения в горле. Нос был заложен так, что дышать было невозможно, горло саднило от кашля. Чонин ненавидел эти чувство, однако никак не мог избавиться от них моментально. Сынмин весь день крутился вокруг него, давая то сиропы, то чай, то таблетки, чтобы улучшить состояние младшего. Чонин не мог уснуть, а к полуночи у него поднялась не маленькая температура. Сынмину пришлось бежать в аптеку за жаропонижающим, а парень остался дома, чувствуя слабость во всем теле, хотя при этом он всё так же не мог уснуть. Ему хотелось рыдать от собственной беспомощности в этот момент и от боли, которая не давала покоя. Казалось, Мина не было вечность, хотя на деле прошло не более пяти минут. Чонин разлепил веки, когда старший уже был перед ним со стаканом воды и таблеткой. Выпив все, парень не выдержал и заплакал. Голова была ватной, как практически и все тело, и слезы, казалось, сами текли из глаз. Сынмин спокойно сел рядом на кровать, предлагая младшему переместиться к нему на колени. Чонин лёг ближе, гладя голову Мину на голени. Горячие, как кипяток слезы, продолжали течь по щекам. Одной рукой Сынмин заботливо стирал капли с щек парня, а другой гладил того по голове, перебирая волосы. — Тише, все будет хорошо, я рядом, — тихо повторял Сынмин, успокаивая парня. Чонин все не мог перестать плакать, а Сынмин все так же заботливо продолжал его успокаивать, пока тому не станет легче. Когда жаропонижающее начало работать, и температура стала спадать, Чонин успокоился. Заметив, что парень начал зевать, Сынмин предложил ему перелечь. В итоге Чонин разместился на груди у Сынмина, обнимая при этом старшего обоими руками. Младший чувствовал, как усталость берёт верх, и он проваливается в глубокий сон. Сынмин теперь гладил парня по спине и голове, тихо напевая колыбельную. Мягкий голос убаюкивал ещё больше, придавая чувство защищённости. Чонину было тяжело сейчас что либо делать, но он сильнее обнял своего парня, пытаясь выразить всю свою благодарность, и думая о том, как ему повезло. Вскоре оба парня спокойно спали в объятьях друг друга.