Продающий эмоции

— Девушка, подождите, мы так до сих пор и не познакомились. Не могли бы вы представиться? — она, обернулась, посмотрела на меня, вновь изобразила ту самую, бросающую в дрожь улыбку, и сказала: — Меня зовут Джесс, мой отец з-з-занимается здесь книгами, — немного запнувшись ответила она, а затем продолжила на удивление длинный рассказ о себе, — я работаю у него и продаю их. Я-я-я только недавно переехала сюда, потому что моя мать умерла, и я больше не хотела жить в городе на востоке. Но я не хочу говорить об этом... — дальше она перевела тему и начала описывать свою раннюю жизнь и всё вплоть до момента нашей встречи. Признаюсь, не ожидал, что бывают настолько болтливые люди, даже при том, что рассказывала она всё без эмоционально, словно компьютер, который включался и загружался, выводя надписи на экран. Меня обрадовало хоть то, что безэмоционально не значит – бесчувственность. Я увидел глубоко скрытое чувство потери близкого у неё в сердце. Она не могла выразить это в эмоциях, что, как я думаю, мешало ей разобраться с психологической проблемой или, во всяком случае, просто выплакаться. После всего сказанного она упомянула о моём разрешении на вход. Оказалось, что я, по её мнению, был великим эмоуджи. Так она и сказала охранникам, и лишь поэтому я прошёл без досмотра и проверки документов. — Должно быть, я вас заговорила. Ах, я и забыла спросить, — как же вас зовут? — это был вопрос, о котором я забыл и сам, ведь знал её имя. — Я Алекс. Мне очень приятно познакомиться с такой приятной девушкой, как вы, — ненавязчиво, сделал я комплимент. Дальше мы разговорились, и я повёл диалог в то русло, что было выгодно мне, поэтому я начал рассказывать, придуманную историю о том, что так же, как и она, я потерял родственников, с которыми жил. И приехал сюда, чтобы забыть о потере. Учитывая мои социальные навыки, я подстроил историю так, чтобы она неплохо переплеталась с её рассказом о себе. Так, мне получилось добиться чувства доверия, словно мы оказались в одной лодке. Я не врал ей, а лишь немного изменил ситуацию, подогнав её под себя, ведь, в целом всё так и было. Вскоре после этого, я по привычке перешёл на «ты», а решил так потому, что Джесс не была благородного рода и с этим не должно было быть проблем. К счастью, Джесс спокойно восприняла это, и мы продолжили диалог. Ждать мне надо было ещё 2 дня, поэтому мы провели целый день, разговаривая о том о сём. Она помогла мне освоиться. Я хотя бы немного привык к манере общения здешних и поэтому не так шарахался о людей, которые не улыбаются при встрече или ещё что страшнее, так это, если они улыбаются, только словно убийцы из фильмов ужасов. «Не думаю, что когда-либо привыкну к такой улыбке» — подумал я. Хорошо, что по глазам иногда можно прочитать истинные чувства людей по отношению к тебе. А особенно в этом мире, где глаза выражают хоть какие-то чувства. Во время прогулки мы зашли в ресторан со значком улыбающегося мага. «Похоже, что в этом ресторане можно было находиться лишь людям, владеющим магией, то есть эмоуджи. Наверное, Джесс решила воспользоваться моментом и зайти туда». Я, не особо раздумывая, улыбнулся при входе, как я это обычно делал, и мы пошли к одному из самых красиво украшенных столов, куда нас провёл молодой, ухоженный, имеющий высокие манеры, — официант-лакей владельца ресторана. Я был немного шокирован, не ожидав такого обращения с незнакомцем, но, к счастью, Джесс догадалась и объяснила мне, что это заведение питается за счёт эмоций, предоставляемых магами, и только потому, что я проявил истинную силу эмоций, — то есть смог улыбнуться - нас сюда пустили. В тот момент я начал понимать, почему у меня было хорошее настроение в течение дня, несмотря на всю обстановку вокруг. Впервые за мою жизнь, люди ценили меня за то, что я могу и умею делать, — проявлять эмоции. Казалось бы, что в этом такого? Ведь это не так сложно улыбнуться человеку, сказать комплимент или помочь с просьбой, но очень часто люди в силу своих личных интересов или целей, не могут сделать даже таких простых действий. Наверное, именно это привело к тому, что счастье лилось и лилось из меня рекой, неугасаемой струёй, словно Ниагарский водопад в первозданном своём виде. Я был так рад, что наконец мне не пришлось сдерживать свои эмоциональные порывы, как следовало делать в гнетущей атмосфере тёмного бизнеса на Земле. Я мог просто улыбаться. Мы провели несколько часов, наслаждаясь вкуснейшими блюдами, некоторые из которых, мне были не знакомы. Вот на столе лежит сердце магического волка, который, по слухам, обитает лишь в некоторых районах леса, да и то, в глуби самых тёмных его частей. Этот волк, когда встречает человечину, то становится невероятно счастлив и, благодаря этому, криком, наполненным магией, может убить неподготовленного охотника, или, скорее уже даже жертву волка. Если бы мне рассказали такое на Земле, то я знатно бы рассмеялся, но рассказу Джесс я почему-то поверил. Следующим блюдом был салат, сделанный из лепестков под названием «Пулкра петал», приправленных специями, для которых моя спутница и собирала травы на холме. Отменно наевшись, мы не заплатили ни цента, если так можно было сказать, подумал я. На самом деле, ни мне, ни Джесс не пришлось платить целую гору золотых за такие угощения, потому что приборы, питавшиеся от эмоций, заполнились до краёв из-за моей счастливой улыбки. В тот момент даже сам владелец ресторана пришёл лично поблагодарить нас за вклад, ведь этих эмоций хватало для поддержания заведения на целый год, что существенно увеличило бы прибыль. Владелец был упитанным мужчиной, с французскими усами, заискивающим перед всеми сильными магами. Он подошёл со слабой улыбкой, но без эмоций на глазах. Осознание, что незнакомец также пытается повторить мою улыбку, повергло меня в шок. «Но стоит ли мне объяснить ему, что сколько бы он ни улыбался, пока он не почувствует эмоций, он не испытает истинную улыбку?» Я решил отблагодарить его и сказал, что буду заходить, чтобы вновь подпитать приборы и направился к выходу. На выходе я заметил пьяного эмоуджи, который смеялся рядом со своим лакеем и стрелял в него ледяными дротиками, пытаясь попасть в синее яблоко на голове. Для меня это выглядело абсолютно чуждо, хотя я и находился в подобных ситуациях, и именно потому, меня это очень тревожило; я хотел вмешаться, но Джесс остановила, прошептав на ухо, что это может привести к драке, и она этого не хочет. Вернув себе самообладание, я понял, что злость, пробирающая до самого сердца, вдруг начала выплёскиваться наружу, — словно если бы я был океаном и огромные волны, почти цунами, выбивались на берег во время прилива, уничтожая и неся за собой смерть и разруху. Воздух начал вибрировать в самом окружении и в этот момент, Джесс начала хватать меня за руку, почувствовав удушье, начала задыхаться из-за нехватки кислорода, словно его сжимали огромным количеством атмосфер и высасывали из её лёгких, — как вдруг, я вернул себе самообладание и понял, что поднял на уши весь ресторан из-за одной лишь злости. Все в ресторане — где было не так много человек, ведь ресторан был исключительно для эмоуджи, — выглядели растерянными, ведь для них чуть ли не настал конец их великолепной жизни, учитывая ауру, выходящую из меня, все начали отступать как можно дальше и хвататься за эмоциональные стики, чтобы успокоиться. Я сделал глубокий вдох, взял Джесс за руку и вышел из ресторана. В этот день мне нужно было много о чём подумать, ведь я и представить себе не мог, что моя эмоция вызовет такой переполох в прекрасном ресторане и оставит на мне неизгладимый след в глазах других людей на всю мою жизнь. Как мы вышли, всё ещё испытывав эмоциональный всплеск, я был немного расстроен; очень скоро моё настроение поднялось ведь рядом со мной стояла красивая девушка, с которой я замечательно провёл целый день; а ещё было заметно, что она тоже казалась счастливой. Хотя нет, к сожалению, счастья она не могла испытать, ведь, как я узнал позднее, у неё совсем не было таланта к магии. Скорее это были искренние чувства, которые расцвели всего лишь за день. Как это нередко бывает. Влюбишься, и что поделаешь? Смеркалось. Мы подходили к её дому, и я увидел небольшой магазинчик с книгами, выполненный в готическом стиле, слегка выделяющийся на фоне соседних зданий. Но выделялся не роскошью или богатством, а именно архитектурным составляющим, ведь соседние строения были сделаны больше в романском с признаками минимализма и эстетической красоты стиле, нежели готическом. Подойдя к входу, Джесс, развернулась в мою сторону, и, сразу после этого, я решил упомянуть, что ищу работу и место, где пожить. — Я тут думаю, где бы остаться, — слегка намекнув на просьбу остаться в её доме на несколько дней, — ведь я в этом городе совсем недавно, — сделал недвусмысленный намёк. — Есть ли у тебя уже какие-нибудь идеи? — спросила она меня. — Пока что нет, но я думаю, похожу и поспрашиваю у ремесленников и торговцев, нужен ли им счетовод или продавец, а после этого, остановлюсь в ближайшей гостинице, — с ноткой меланхолии и грусти ответил я. — Если ты умеешь считать, то почему бы тебе не остаться у нас на некоторое время? — я немного улыбнулся из-за успешной манипуляции, — а если точнее, то проявления простой эмоциональной близости, — и тут же ответил ей. К счастью, я понял, что, даже если люди не могут проявлять эмоции, то это не значит, что они не чувствуют их, исходящие от других людей. Это как френдзона, когда тебе нравится парень или девушка, но этот человек воспринимает тебя как друга, даже если он или она чувствует твою любовь и привязанность, но сами не могут проявить ту же, ведь чувства неподконтрольны нам. В данном случае, также и с эмоциями в этом мире. «Во всяком случае, я пока что вижу лишь эту причину, почему лишь некоторые из аристократов и простых людей способны проявлять эмоции». — Конечно, я с радостью воспользуюсь твоим предложением, — ответив, зашёл к ней на порог.