Вопреки всему

      В университете девушка достаточно быстро измотала себя. Когда-то недавно ее черт дёрнул стать старостой самой непоседливой группы, теперь за это ей приходится отплачивать своим ментальным здоровьем, ей богу, она сравнила свою группу с ясельной группой детского сада — ну один в один! А им-то уже по девятнадцать лет.       Кое-как она забралась в небольшую горочку перед общежитием, то и дело чувствуя, как свалится на колени с минуты на минуты. Хотелось в кровать.       Но вот, уже последний лестничный пролет был пройден, осталось постараться открыть ту тяжёлую железную дверь не привлекая внимания к себе. Не хотелось ни с кем разговаривать.       Бок Сун сидела на своем привычном месте и читала газету. Завидев вошедшую девушку она тут же подскочила и вышла из своей каморки:       — Ты голодна? Я недавно приготовила пулькоги, оценишь?       — Я бы очень рада, но я так устала, — девушка томно вздыхает, раздражаясь тому, что не вышло спокойно дойти до своей комнатки. — Я обязательно попробую, как только вздремну часик другой, хорошо?       — Конечно, отдыхай, дорогая, — женщина осталась стоять на том же месте и наблюдать за тем, как едва не свалившаяся с ног девушка доходит до коридора.       Ха Ын остановилась, осмотрела пустующий коридор в очередной раз. Прислушалась. Ни единого шума.       — Бок Сун, — оборачиваясь, заговорила та полушепотом. — А тут точно кто-то живёт? Такая пустыня и тишь.       — Все жители воспитанные люди, поэтому не нарушают тишину, каждый занимается своим делом.       Ха Ын промолчала, вернула взгляд на коридор и тут же подпрыгнула от неожиданно появившегося мужчины в дверях. Выглядел он, мягко говоря, неопрятно… И смотрел на нее каким-то безумным взглядом исподлобья.       — Здравствуйте, — невинно улыбнулась девушка и чуть поклонилась, мужчина же не ответил ей ничего и вернулся в свою комнату, громко хлопнув дверью.       Она снова посмотрела на хозяйку общежития в недоумении, но ничего не спросила и просто пошла дальше. Быстро переодевшись в спальную одежду, она мгновенно прыгнула на кровать и также мгновенно уснула. В отрубе, жёстком.       Кажется, режим сна девушки сбился полностью, потому что она вполне высыпалась после учебы и шароебилась всю ночь. И снова же она проснулась во втором часу ночи. И тут она начала жалеть, что не согласилась попробовать пулькоги Бок Сун, сейчас бы была не так голодна и могла бы потерпеть хотя бы до утра.       Но терпеть тошноту и тяжесть в желудке из-за чувства голода оставалось все меньше, и отвлечься на какие-то забавные социальные ролики у нее не вышло. В надежде, что она не помешает своим сожителям, она захватила лапшу быстрого приготовления из своего шкафчика и выскочила на кухню.       В коридоре свет не горел, в отличие от кухни. Ха Ын разок чуть не споткнулась о свою же ногу, пока брела по темноте, но удержалась за стену. Уже на кухне она поставила кипятиться чайник, затем открыла лапшу и высыпала в стеклянную прозрачную тарелку. Потянувшись за солью, она вновь почувствовала взгляд на своем затылке. Девушку это уже начинало напрягать, поэтому абсолютно медленным движением, она обернулась назад. Но, из-за привычной темноты, она в очередной раз не заметила никого.       Возвращаясь к своему занятию, она краем глаза замечает силуэт по свою левую руку, резко поднимает глаза и, закрыв рот ладонью, отпрыгивает в параллельную сторону от него.       Рядом, облокотившись ягодицами о край стола, стоял мужчина лет тридцати на вид. У него были темные волосы, темно карие глаза и…       — Доброй ночи, — восхитительная улыбка. Улыбка, вселяющая, что человек, очевидно, жизнерадостный и дружелюбный. А голос его, наверное, из-за сонливости, имел бархатистость и низкий тон. — Проголодались?       — Извините, вы меня напугали, — девушка в извиняющемся жесте несколько раз поклонилась и убрала волосы за уши. — Да, только проснулась, решила перекусить… — а потом до нее дошло и она ахнула. — Я вас разбудила! Я думала, что у меня получится не навести шумихи…       — Нет-нет, не переживайте, я в полночь вернулся с работы и так не смог уснуть, — мужчина сложил руки на груди, не стесняясь смотря прямо на девушку, улыбаясь во все тридцать два своих. На нем был пуловер, явно не новый. Катышки и растянутые рукава, будто бы их постоянно теребят, бросались в глаза.       — Ого, в полночь с работы, что у вас за работа такая? — Ха Ын, не скрывая радости о новом знакомстве, с улыбкой принимается продолжить приготовление своей трапезы.       — Я дантист, — девушка, хоть и не смотрит на него, но боковым зрением замечает, как он сильно оттягивает рукава, стараясь прикрыть не то, что бы руки полностью, но хотя бы кисти.       — Интересная работа, а я — будущий адвокат, — хихикает девушка. — Кстати, я так понимаю, вы здесь живёте, а как вас зовут? — она поднимает голову, чтобы посмотреть на него. Те ничтожные десять сантиметров разницы в их росте достаточно заметны.       — Со Мун Джо, я из самой последней комнаты. А ты Ха Ын, верно?       — Да, откуда вы знаете? Неужели милейшая Бок Сун вам все рассказала, — она сказала это без даже доли ненависти, она никому не желает зла и только рада, что здесь такие милые сожитель.       — Да, мы с ней близки.       — Вот почему вы не удивились девушке в мужском общежитии, — улыбка не сползала с лица девушки, как и с лица мужчины. Она не знала, что он ощущает, но сама то чувствовала, что ей с ним комфортно беседовать.       — Вам точно хватит этой лапши, чтобы наесться? — он кивнул на тарелку и, заметив, как от чайника столбом идёт пар, выключил его.       — Да просто перекусить достаточно, а так до утра потерплю.       Со Мун Джо, ничего не ответив, подошёл к холодильнику. Открыл его, рассмотрел, о чем-то очень долго думал. Рука его потянулась к прозрачной большой кастрюле, в которой виднелись кусочки мяса с вареной картошкой. Но, резко передумав, он опустил руку на полку ниже.       — Тут осталось немного кимчи, чтоб прям хорошо подкрепились. Будете? — он ставит кастрюлю на стол и закрывает холодильник.       — Мне кажется, я настолько голодна, что съела бы все, что только попадется мне на глаза. Спасибо вам.       — Питаться одной лапшой неправильно, поэтому еда в холодильнике — общая еда, берите оттуда, Бок Сун повар на все руки, и хватит на всех. Только…       — А? — Ха Ын залила кипятком лапшу и перенесла все нужное на стол.       — Только не берите пулькоги. Они испортились, завтра нужно будет выкинуть, — мужчина как-то странно почесал затылок.       — Подождите, но мне Бок Сун только сегодня вечером предлагала попробовать.       — Говядина… Очень быстро портится при неправильном хранении, в следующий раз специально для вас все сберегу, — усмехнулся он.       Девушка кивнула, что означало, что она поняла и приняла.       — Хотите со мной посидеть? Или вы спать пойдете?       — С радостью, мне нравится ваша компания, — Со Мун Джо сел напротив.       Так как девушка была занята поглощением еды, диалог начал мужчина. Он рассказывал о том, какие наглые пациенты ему попадались, какие нравились больше всего и какого это — работать дантистом. Девушка добавляла какие-то фразы, соглашалась с мужчиной и внимательно слушала, и даже не заметила, как уже все съела.       — Это было очень вкусно, спасибо ещё раз, — она сделала лёгкий поклон головой и пошла к раковине сполоснуть всю посуду.       — Вам спасибо, что скрасили эту ночь, — он поднялся, подождал, пока девушка помоет тарелки и помог все расставить по своим местам. — А я, пожалуй, пойду попробую поспать. Добрых вам снов, Ха Ын.       — И вам, оппа, — Ха Ын помахала рукой и они разошлись по комнатам.

*

      Утром было также пусто, как и в любое другое время. Вчерашнего нового знакомого видно не было, что очень жаль. Собравшись, она постучала в комнату триста три, так как они с Чон У договорились ходить вместе. Это будет безопасность для Ха Ын, и спасение от скуки для Чон У.       — Доброе утро, идём? — парень вышел из комнаты и они вместе направились по своим делам.       — Представляешь, у нас такие соседи классные, — с улыбкой сказала девушка.       — Ты про кого это сейчас? — на выходе из общежития Чон У резко остановился.       — Со Мун Джо, он из последней комнаты. Мы вчера разговаривали около часа, я то думала тут все такие тихие, неразговорчивые… А, кстати, видел мужчину из триста тринадцатой? У него такой взгляд был, такое ощущение, что он убить меня прям на месте хотел.       — Ха Ын, пожалуйста, прими всерьез то, что услышишь сейчас, но не подавай виду, хорошо? — девушка занервничала, от страха сглотнула ком в горле. — Остерегайся их, всех, абсолютно. Позже я расскажу тебе, в чем дело, но сейчас оставайся в безопасности. Если что, я максимально рядом, будем держаться вместе.       — Чон У, ты меня пугаешь, — девушка улыбнулась. — Байки какие-то рассказываешь… Ладно, идём, потом разберемся. А то опоздаем, — девушка направилась к автобусной остановке.       — Ха Ын, я серьезно! Для твоего же блага, — юноша догнал девушку и поравнялся с ней.       С лестничного пролета спускается мужчина, держа в руках стаканчик с кофе. Его взгляд был настолько грубым — в прямом смысле этого слова — и серьезным, но резко сменился на довольную ухмылку.       — Вот же засранец.