Долг героя

— Луна? — прошептал он. — Луна, ну как же так. Фините! — Гарри, я все объясню, — откашлявшись, ответила подруга, — только быстрее, нам надо уходить. Она резко поднялась, схватив ошарашенного Гарри за руку. Мысли в голове путались, он все еще не мог понять, как среди подпольщиков могла оказаться его школьная подруга. Луна посмотрела по сторонам и быстро аппарировала. Вынырнув из воронки перемещения, они оказались около какой-то ветхой лачуги. Луна направила на нее палочку, прошептав заклинание, и только тогда Гарри увидел, что дверь была закрыта защитными чарами. Развязывая один узел за другим, Луна успевала бросать тревожные взгляды по сторонам, но Гарри кроме покрытого плесенью забора и обрывков мусора под ногами толком ничего не мог разглядеть. Дверь наконец поддалась, и они оказались в пропахшем затхлостью коридоре. Разбитые напольные часы с кукушкой стояли прямо напротив двери. Луна потянула за ходики и внутри раздался какой-то щелчок. Она наклонилась ближе и в отверстие для кукушки произнесла три длинных и три коротких «ку-ку», вызывая предсказуемые сомнения в здравости своей психики. Он вздрогнул, когда часы отъехали в сторону и Луна уверенно шагнула в проход за ними. — Гарри, давай быстрее, — скомандовала она, нетерпеливо махнув рукой. И он пошел следом за ней. Если бы кто-то спросил, почему он не остановился, Гарри вряд ли бы нашел объяснения. С обостренным любопытством он расстался сразу после победы над безносым. Комплекс героя помогли победить сложные зелья, которые таскала ему Джинни, когда они еще пытались создать семью. Но понять, куда вляпалась Луна и зачем она взяла его с собой, сейчас было просто необходимо. Они шли по длинному коридору, справа и слева которого были какие-то комнатенки. Гарри уже понял, что лачуга внутри была расширена заклятием невидимого расширения. Поглядывая в приоткрытые двери, он пытался понять, что там. Заваленные коробками и старым хламом, эти помещения казались жалким подобием Выручай-комнаты. Луна внезапно остановилась около закрытой двери с кое-где облупившейся зеленой краской. Нажав на ручку, она вошла внутрь. Гарри испуганно моргнул, заходя следом за ней. Эта комната была явно больше предыдущих. Как и в некогда удивившей его сумочке Гермионы, здесь было много всего: диваны и кресла разных форм и размеров и разномастные стулья, расставленные между ними. И они все были заняты. Гарри смотрел по сторонам, удивляясь такому большому количеству присутствующих. Неужели все они были повстанцами, как и Луна? Много лиц ему было не знакомо, но люди оборачивались, и Гарри смог узнать пару маглорожденных выпускников Хогвартса. Даже те, с кем он не был знаком, переговаривались, шепотом повторяя его имя, и внезапно начинали смотреть на него со знакомым выражением в глазах. В них застыла надежда. Гарри малодушно захотелось убежать и спрятаться от этих взглядов. Образ героя тяготил его. Он устал от веры, что он всех спасет. Устал отбрасывать сомнения и просто идти на плаху. Гарри почувствовал, как паника начинает подниматься удушливой волной. Внезапный возглас вывел его из ступора, и он обернулся. — Гарри, неужели это ты? — крикнул Симус Финниган, пробираясь между стульями к ним. — Милая, ты в порядке? — он быстро окинул Луну взглядом. — Ты просто умница, что захватила Гарри с собой! — добавил он. — Симус? — Гарри не знал, что сказать. Подтянутый, с короткой стрижкой, тот сейчас напоминал какого-то героя магловских боевиков. А еще Гарри с удивлением вспомнил, что Финниган был полукровкой. Получается, что не все присутствующие были маглорожденными. Им помогали и те, кто мог спокойно поддерживать власть. — Ты тоже стал повстанцем? Симус добрался до него и стремительно приобнял, похлопывая по плечу. — Мы предпочитаем называться членами Сопротивления. Но да, и я тоже. После Дина… — голос его надломился, мешая продолжить фразу, и он отвернулся, отводя взгляд. Гарри посмотрел на Луну, но она только покачала головой в ответ. — Мальчики, пойдемте дальше, там удобнее поговорить, — сказала она, указывая на небольшую дверь в смежную комнату, откуда совсем недавно вышел Симус. Когда они вошли, Гарри понял, что тут располагался чей-то кабинет: письменный стол с канцелярскими принадлежностями, книжный шкаф с мутными стеклянными створками; круглый стол и четыре стула у одной из стен наводили на мысль, что тут проводят какие-то совещания. — Это кабинет Номера один, — пояснила Луна. — В нашей организации у все есть номера, а от них зависит уровень доступа. Гарри был поражен. Значит, домыслы коллег из Отдела тайн не были пустым бредом. У них под носом действительно существовала организованная подпольная группировка. Гарри почувствовал себя не в своей тарелке. Ему несказанно повезло, что на операции он был не в аврорской мантии, иначе он бы сейчас чувствовал себя предателем. — Может, не стоит это все рассказывать мне? — он наконец озвучил то, что крутилось в голове. — Я все-таки аврор. — Гарри, если не тебе, то кому? — обреченно спросил Симус. — Проклятье! — Гарри поднял руки вверх. — Хорошо, объясните, что вообще происходит и чего вы хотите. От рассказа друзей он почувствовал горькие сожаления. То, что уже и так вызывало множество вопросов, внезапно предстало в новом свете. Луна коротко рассказала про все, с чем столкнулись маглорожденные после Победы. Про полурабское существование, про ограничение магии, которой стало меньше, но не у всех она исчезала полностью. Не все идеи Волдеморта, как оказалось, были забыты. Гарри ярко вспомнил заседание Визенгамота под предводительством Амбридж два года назад и содрогнулся. — Дин защищал маглорожденную девушку, еще совсем ребенка. Ее поймали, и под пытками она оговорила своих. Дин провел в изоляторе две недели. Когда знакомый в Азкабане полукровка-уборщик был у него, они лишили Дина двух пальцев. — Мы хоронили его без кистей рук, — голос Симуса походил на шепот старика. — Они пытали и убили его, понимаешь? Садисты! И мы даже не смогли ничего сделать, — он выхватил из кармана помятую пачку дешевых сигарет и прикурил. В голове не укладывалось, что это действительно правда. Но где-то в глубине души Гарри понимал, что вряд ли Финниган стал бы врать о друге. — Гарри, мы просто хотим изменить все. Равные права. Демократия, понимаешь? Неужели мы многого просим? — выразительные глаза Луны были полны слез. — Подожди, так это не об анархии? — переспросил Гарри. — Но все же говорят… — Им удобно делать нас террористами, простыми фанатиками. Так проще обосновывать все эти меры, — перебил его Симус. — Но если вас поймают… Ты себе представляешь, как обычные маги настроены против вас? Все эти статьи… — Гарри развел руками. — Но мы не можем иначе. Если оставить так, как есть, то получится, что все было зря: жертвы войны и нового порядка. — Луна посмотрела на него с упреком, даже маленькие серьги в форме снитчей качались в такт, словно подтверждая ее слова. — Мы не можем сделать вид, что все хорошо. В их лицах не было обвинений. Но если допустить, что все это правда… Гарри чувствовал, как жгучий стыд заполняет душу. Забытый комплекс героя вернулся и словно сжал его сердце в тиски. — Мы готовим несколько операций. Если решишься к нам присоединиться, то это многое изменит, — нарушив молчание, наконец сказал Симус, потушив сигарету. Безвыходная ситуация. Гарри чувствовал, словно попал в кошмарный сон, который затягивал его, не давая проснуться. — Но как вы собираетесь победить? У них так много средств, артефактов, информаторов. — У нас тоже не все так плохо. — Симус подошел к книжному шкафу и нажал на что-то. Вернулся он с какой-то жестяной коробкой, как от печенья. Симус щелкнул замком, откидывая крышку, и протянул коробку Гарри. — Посмотри, мы тоже не беспомощные. Это новая разработка. Гарри заглянул внутрь, но, казалось, коробка пуста. — Ну же, потрогай, — сказала Луна. — Это не страшнее садовых гномов. Он недоверчиво посмотрел на нее, не понимая, шутит ли она. Гарри протянул руку, и пальцы коснулись скользкой поверхности невидимой субстанции. — Это бомба. Такое зелье. Достаточно любого всполоха и она взрывается сильнее магловского динамита, — объяснил Симус. — Ее можно прицепить куда угодно. Она легко распределяется по всей поверхности, оставаясь невидимой. А потом стоит просто закурить или зажечь свечу. Или же бросить Бомбарду — эффект только увеличится. Гарри смотрел на едва заметную игру света на поверхности зелья. — А случайные жертвы? — только и спросил он. — Совсем без жертв вряд ли получится, но если мы сможем уничтожить верхушку… Кто-то громко постучал в дверь, Симус встрепенулся и молча вышел. — Гарри, ты нам нужен, — Луна так умоляюще смотрела ему в глаза, что ему трудно было выдержать ее взгляд. Ее маленькие ладони были сжаты, узкие запястья с множеством самодельных фенечек выглядели трогательно хрупкими. Он почти решился присоединиться, когда дверь распахнулась и вернулся хмурый Финниган. — Так, тебе пора уходить, — сказал он, доставая из кармана какой-то фиал. — Прости, но пока ты не с нами, нужно обезопасить тебя и нас от возможных последствий. Выпей это. — Что здесь? — спросил Гарри, рассматривая незнакомую жидкость с жемчужной взвесью, в которой играли блики света. — Это средство для сильнейшей головной боли. Нам придется стукнуть тебя по голове. Скажешь, не увидел, кто это был. А Веритасерум и ментальные атаки не пробьются из-за боли. Прости, но иначе никак. Гарри на автомате кивнул, выпивая зелье. Он все еще пребывал под впечатлением от их рассказа. Резкая боль обрушилась, сковывая виски. Гарри почувствовал, будто из глаз сейчас потечет содержимое черепной коробки. Дальше он помнил смутно, кажется, Симус несколько раз аппарировал вместе с ним, остановившись лишь тогда, когда Гарри скрутило и он упал на влажные булыжники какой-то темной мостовой. Содержимое желудка тут же оказалось выдавленным сжавшимся в спазме организмом. Гарри попытался подняться, но затылок резко обожгло искрящейся болью, и он потерял сознание.