Un pistolet en bas blancs est un signe d'amour et de haine sauvage.

Зимняя ночь. Новый год и прочие праздники пролетели так мимолетно, что успеть отдохнуть никто не успевал, двух недель было адски мало для восстановления нервной системы, да и всего физического плана, а если на этом мини-отпуске тебя ещё и дергают, упрекая, что ты не смог разобрать нужные документы или не успел допросить важного свидетеля, то считай, что твои выходные пошли коту под хвост. Хотя отдать должное нужно: кирпичный камин обволакивает теплым, даже горячим пламенем, на теле милый свитер или любимая домашняя футболка, а ароматная шарлотка греет душу и всевозможные рецепторы, но среди людей всегда бывают исключения. Именно этим исключением и стал молодой следователь Чон Чонгук, хотя такие ситуации случались и в прошлые разы, он отказывался от громких празднований и веселился один, попивая шампанское за бумагами, иногда к нему присоединялись такие же «счастливчики» как и он (ну как иногда, всего лишь раз). Сейчас же, парень сидел в гордом одиночестве, трезвый и загруженный всякими рапортами и закрепленными за ними делами. Он делал это с неким интересом и тревогой, ибо с этими делами его кое-что связывало. Влиятельные, богатые и авторитетные люди подвергались массовым убийствам, пропажам, избиениям, но самое интересное, что все это касалось лишь омег. За последние полгода пропало около пятидесяти омег, а убито вдвойне больше. Жители всех городов устраивали митинги, крича о том, чтобы к этой ситуации отнеслись более, чем серьезно и приняли защитные меры, но все, что они сделали — ввели жалкий закон. 189 статья конституции гласила: «Представители стороны омег могут подать заявление в суд или другие правоохранительные органы, если в сторону гражданина было направлено оскорбление, физическое насилие или моральное давление, имея на руках два и более доказательств. Сроки заключения подозреваемого будут выставляться в соответствии с тяготой совершенного преступления и опираться на решение верховного судьи.» Грубо говоря, при одном омежье писке всем будет худо, но даже эти меры не помогли изловить преступника или преступников. Несправедливо и глупо, впрочем, для властей это не удивительно. А некоторые граждане подавали заявление на каждого встречного альфу, который косо на них посмотрел, из-за ложных показаний следование затягивалось на недели и месяца. Альфа медленно выдыхает табачный дым в мелкую офисную комнату, которая была куда серее обычного, перед глазами калейдоскопы, видимо из-за недосыпа, но спать он не имеет права. Мистер Чон не умел отдыхать, никогда. С самого детства он мечтал избавиться от оков строгости отца, который сошел с ума от горя. Любимый бархатный голос, мамины руки, её улыбка, голубые глаза, этого всего он лишился в пять лет, а все из-за рака, который быстро высушил женщину и оставил навечно в больничной койке. Целый год он бегал к ней, иногда сбегал из детского сада, принося бумажные красные маки, которые делал сам, ведь это были её белые цветы. Он слышал, как мама кричала о помощи, плакала от боли и видел её последний вдох и выдох. Маленький альфа видел мамину фотографию на белом мраморе, не мог верить в то, что его детской любви больше нет, единственное, что осталось — воспоминания и кольцо, которое было украшено жемчугом и встроено в серебряный корпус. После этого он не давал себе отдыха, пытался стать лучшей версией себя, чтобы матушка гордилась им, а отец сгорел от ненависти к родному сыну. Закончил школу с золотой медалью, окончил академию с отличием, прошел стажировку в лучшем отделе полиции и закрыл более тридцати расследований, став лучшим из следователей в стране. Сильный и гордый. Чонгук смотрит на фото, на нём был изображен последний убитый омега, который был задушен в собственном отельном номере, на его банковском счету были миллионы, но они остались в целости, как и все драгоценности, которые были в открытом доступе, что странно, ведь такие убийства несут в себе корень того, что убийца тянется к деньгам, а тут совсем другое. Что же это? Месть? Выгода? Было бы гораздо проще если бы это было одно убийство, но ведь эта бешенная серия убийств, которая продолжается до сих пор, с дикой скоростью, это просто невероятно. Даже доступ к базе данных не помогает, хотя тот пару раз пользовался ей нелегально, пока не получил к ней официальное разрешение. Телефонная трель выводит из потоков сознания, быстрым взглядом Чонгук скользит по дисплею, добрая надпись «Пожиратель мозгов» совсем не радует глаз и парень нехотя берет трубку. — Ты собираешься мне трезвонить по каждому удобному случаю? Не забывай, что я работаю, а ты греешься в теплой квартире и попиваешь сокджу, не выноси мозг просто так, — он резко снимает очки и трёт переносицу, в надежде, что головная боль уйдет без таблеток. — Слышу, что ты очень дружелюбный ко мне, особенно в последнее время, — в чужом голосе слышится насмешка и Гук закатывает глаза. Будучи студентом в академии, он свёл дружбу с самым задиристым парнем — Мун Ган Кё. Чонгук часто вытаскивал его из передряг, а тот всё больше липнул к нему, но оба они были сексуальными студентами, которые клеили омег и альф, играясь с их чувствами и находили в этом некое развлечение, идиоты. Гук до сих пор помнит, как навсегда разрушил жизнь одному однокурснику, который сушился по нему около двух лет, но тот разбил его изнутри и навсегда вселил в его душу страх к нему. Все же Ган Кё был более активным и дружелюбным, чем Чонгук, тот же был более закрытым и рассудительным, любил громкие вечеринки, но ходил на них только с хорошей компанией. Оба любили мешать напитки и думать о будущем, любили мечтать и просто веселиться вместе, отвергая реальность, но когда они поступили в отдел полиции, то стали более приземленными и серьёзными, хотя и прошлая жизнь иногда встречалась в офисной обстановке. Как две такие противоположные личности нашли общий язык? Это для всех остаётся загадкой, даже для владельцев данных взаимоотношений. Они были неким балансом, поддержкой и опорой, но за рамки друзей они не заходили, не видели в этом смысла. — Ладно, твою агрессию можно понять, работяга. Могу заказать тебе омежку, кстати, среди наших новых работников есть один парень, думаю он тебе понравится… Следователь быстро перебивает его, пытаясь перекрыть его бред своим отказом, он часто задавался вопросом о том, а прошел ли его друг пубертатный период и когда он уже будет отличать сопливые сериалы от жестокой реальности. Секс — простое отвлечение от скучной жизни, кто-то им расплачивается, кто-то лечит раны, а кто-то страдает зависимостью по нему. — Меня не интересуют омеги, которые прыгают по чужим членам и на утро думают, что мы уже в отношениях, слишком геморойно, не находишь? Да и к тому же, я уже не тот студент, я не хочу бить сердца бедных мальчиков, — говорит он и вписывает в бланк последнее слово, радуясь, что одно дело все-таки закончилось. — Ох, а раньше ты был таким сердцеедом, где мой милый Чонгук-а, а? — собеседника накрывает волной смеха, а парень ухмыляется, вспоминая теплые годы дружбы, — А если серьёзно, то мне звонили из департамента, тот милый блондин, он сказал, что в восемь вечера был пойман тот, кто знает о массовых убийствах омег. Чонгук от шока роняет ручку и смотрит на открытое дело, его пальцы дрожат, а сердце бьется за 200. Неужели он выловит преступника, сможет его засадить или перенаправить в психушку, где тот станет овощем, что станет платой за его деяния? — Парень лет двадцати, может больше, но языкастый и так просто ничего не расскажет, поэтому на допрос поставили тебя, за месяц ты должен узнать максимум информации и начать закрывать дело. Ждут только твоего ответа, — следователь водит ручкой по бумаге, вырисовывая рандомные узоры, привычка. — Во сколько отдел из департамента хочет меня видеть и когда? — Так как дело срочное, то поставили на завтрашнее утро в 10 утра, приоденься. Юноша смотрит на зеркало, которое стоит рядом и видит в своих глазах дикую ненависть и чувство мести, он хочет отомстить за всех омег, которые сейчас подвергаются огромному прессингу и он сделает всё, даже пожертвует жизнью. … Более двух километров позади, а отдышки нет, вот он — признак адских тренировок, но от этого погоня не становится проще, парень быстро забегает за здание и прислоняется спиной к кирпичной стене, ощущая прохладу камня. В глаза светят огни яркого и величественного небоскрёба, выход из ситуации есть, дело за малым. Омега выходит к эвакуационному выходу и одним движением выбивает дверь, звук сигнализации врезается в уши с дикой болью, но времени на страдания у него нет, переходит на бег и пропускает по две или даже три ступеньки. Десять этажей были преодолены за несколько минут, да и это был далеко не последний этаж, ему должно было быть четко видно его нынешнюю цель, а он итак забрался максимально высоко. На его ладони кусочек Сеула, который переливался в свете звезд и луны, а город слепил и вызывал чувство бабочек в животе, есть все шансы чтобы закончить данное задание. Парень вытаскивает со спины винтовку и спускает курок, быстро перезарядив своего давнего друга, омега ставит свое ружьё на бортик стеклянного бортика и опускает взгляд в окуляр, разыскивая светлую макушку, с которой познакомился около 5 минут назад. Проблесковый маячок светит в глаза и за секунды он понял, что находился в ловушке. Именно сейчас перед ним предстал выбор: либо отдаться полиции и убить того, кого планировал, либо убежать и ударить в грязь лицом. Выбор не занял много времени: он тут же решил отдаться в руки полиции — от них проще бежать, да и достаточно маякнуть лидеру об этом и он сам за ним приедет. Завидев уже знакомую шевелюру, бежавшего к зданию, парень с выдохом нажимает на курок и оглушающий звук выстрела облегчает его жизнь. В оптический прицел он видел, как очередной кусок мяса падает, а сзади слышится крик сотрудника полиции. — Опустить оружие, немедленно! — омега ухмыляется и откинув винтовку, разворачивается и поднимает руки к верху. — Хорошо, сладкий, — выдавливает из себя приторно-слащавую фразу, обжигая взглядом легавого, а мужчина замялся. — Ваше имя? — резко выпаливает он. — Ким Тэхён, рад знакомству, — тянет руку для рукопожатия, но его резко скручивают, а сзади слышится звук защелки наручников. А ведь он и вправду сделал всё, что планировал и почти остался чистым, осталось подождать своего спасителя и отвечать на вопросы милого парня, который будет вести допрос. … Запястья горели от металлических браслетов, вокруг стояло человек пять, если не десять и все их взгляды были направлены на него, они буквально выжигали в нём дыру, но Тэхёна это не смущало, лишь забавило. Парень уже давно не выбирался в людные места, поэтому лишнее внимание лишь добавляло плюс в его собственное высокомерие, которое перетянул от высших чинов за три с лишним месяца. " — Один выстрел и столько парней вокруг, вот как надо цеплять мальчиков», — шутки шутками, но эта атмосфера с каждой секундой заставляла омегу скучать и жалеть о том, что не сбежал. Он нехотя опустил взгляд на запястье и уже прероднившаяся татуировка врезалась в глаза, ярко-черная змея, которая обвивалась вокруг толстой, но такой утонченной цифрой. Семерка являлась любимым числом, такая простая в написании, но имела такую интересную историю и много разных легенд. Когда юноше было 15 лет, он смело перешел за порог родительского дома и ушел жить самостоятельно, решив, что стал автономным человеком, но как же тяжко было в первую пору, куска хлеба еле хватало на сутки, а квартиры были со звездными ценниками. Слава богу омега встретил того, кто смог ему помочь и дать опору, как материально так и психологически, в честь своей удачи он и набил эту татуировку, вложив нее всю боль и воспоминания. — Добрый день, прошу за опоздание, дикие пробки в центре городе, — бархатный голос прошелся по краю ушей, заставляя пускать на него слюни, Тэхён перевел взгляд в дверной проём. Красная шёлковая рубашка, которая была отпущена на 3-4 пуговицы от воротника, чёрные джинсовые штаны чуть обтягивали накачанные ноги в зоне бёдер, а белые конверсы подчёркивали молодёжность сего костюма. Зрачки скользнули выше и очи брюнета встретились с улыбчивым темно-карим взглядом, от него можно было таять, словно плитка шоколада на солнце. Волосы были черны, словно уголь и собраны в маленький хвостик, лишь две прядки свисало со лба и падали на глаза, чуть закрывая прямой взор. Следователь прошел к противоположному стулу и одним движением отодвинул стул, падая на него и уронив на стол черную папку, которая сто процентов была с материалами дела, но как можно быстро со всем ознакомиться? Поправив золотой браслет на своей руке, мужчина впился взглядом в чужие глаза и начал диалог. Ох, если бы они знали чем это всё кончится. — Я Чон Чонгук, следователь из отдела СОГ. Меня поставили на допрос с вами, вы должны будете ответить на все мои вопросы, сеансы будут назначаться не мной, если вы пожелаете сменить следователя или воспользоваться услугами адвоката — обращайтесь к своей стороне, — сухо выплюнул эти фразы, будто учил их наизусть и отыгрывал их миллион раз перед зеркалом. — Ким Тэхён, рад иметь с вами дело, — омега ухмыльнулся, — Пока вы кажетесь таким душкой, мистер Гук-и. Брюнет ожидал бурной реакции, как это было всегда, но то что он получил было далеко не то, чего ожидал: альфа вскинул вычерченную карандашом бровь и окинул серьезностью этого выскочку, открыв папку и выудив ручку. Впервые его кто-то проигнорировал, что-то новенькое, но омега уже ищет другой способ зайти ему за спину. — В 19:41 вы были в ресторане «Hiamore» и разговаривали с одним мужчиной, который в скором времени покинул ресторан после вас, — на стол нападает фотография того придурка, которого он подстрелил вчера, — вы с ним были знакомы? — Виделись в первый раз, он был ужасным собеседником и поэтому я оставил этого джентльмена одного. — Насколько я понял, вы выстрелили ему в голову из огнестрельного оружия, он вам так сильно не угодил, не оплатил бокал игристого? — насмешка проскользнула в голосе, но Чон тут же ее подавил. Чонгук начал ту игру, в которой нет конца, ведь он знает, что такие личности как его подсудимый, не будут останавливаться на мелкой шутке, а переведут её на колкое замечание личности, да ещё и глазками похлопают, чтобы сделать вид невинного ангела. За все годы он раскусил эту черту людей и когда-то пожалел об этом, но потом просто этим пользовался, забирая все преимущества себе, а потом смотрел на своих ошибочных друзей, те же уже всем сердцем ненавидели его, проклиная за спиной и в лицо. — Можно сказать, что мы играли в догонялки и его настигла пуля, — Тэхен рассмеялся в голос, а потом отвел взгляд, дабы показать, что эта беседа не приносит ему удовольствия. — Плохие игры у вас однако, но вернемся к делу. Вы сказали, что знаете о массовых убийствах омег, а тот мужчина был омегой, совпадение? Тэхёна передернуло, закинуло в дебри воспоминаний, где его ждали те, кого он ненавидел всей душой. Лето, жаркий август, который выжигал краску с его волос, но тот так любил солнце, что даже не обращал внимание на солнце, в ушах приятные басы. Весь вечер он выбирал песни для плейлиста, чтобы днём не было мороки с этим и получилась весьма хорошая подборка, она раскачивала сонный осадок, который камнем лежал на сознании, а некоторые песни позволяли заглянуть в прошлые воспоминания. Спустя несколько недель, омега все же решил поделиться с мамой своими проблемами и заключить перемирие, ведь отец погиб, а она матушка осталась одна и до сих пор убивается с горя, но странное чувство на сердце омеги не могло дать спокойно дышать. Парень помнил, как прошел сад и ту самую детскую площадку, любимое место для салок, пряток и любых детских потех. И вот ему осталось два десятка шагов до подъезда, возле которого толпились люди, крики смешались воедино, а сердце Тэхёна завыло и он сорвался с места. Распихав зевак и шокированных соседей он увидел свою маму, её личико торчало из черного пакета, отдельно от тела, глаза были залиты кровью, вперемешку с чем-то ещё. Это сон? Точно нет. — Ким Тэхён! — крик следователя выдернул его из воспоминаний, — У вас все хорошо? — Да, прошу прощения, — сглотнув, промямлил тот, — Еще раз повторю: я не имею к этому отношения, лишь знаю некоторые детали. — Вы говорите уже другую версию слов, мне не нужна ложь, я пытаюсь собрать данные, а ваши сказки меня не интересуют, поэтому будьте добры и… — резкое движение в его сторону заставило Чонгука замолчать. Тэхёновы руки впились в прекрасный шелк рубашки и послышался треск сей ткани, преступник оказался так близко, что его отголоски феромонов закрались в нос и щекотали его изнутри. Цветения вишни и примесь аромата сирени, словно все эти цветы оказались на руке и это играло злую шутку, явно не в пользу Чонгука, а с пухлых губ сошли слова, полные ненависти и отвращения. — Я не имею к этому отношения, и не советую вам поднимать эту тему, если хотите остаться в живых, мистер Чон. То, что я сказал тем олухам, было потехой ради, можете посадить меня на электрический стул или бить палками, но я и слова не скажу, вам ясно? — брюнет наблюдал за тем, как быстро меняются эмоции на чужом лице, а потом медленно скрылись за маской безразличия и спокойствия. — Отпусти рубашку, не будь дураком, Тэхён, сейчас тебе стоит сдерживать себя, — сладость голоса исчезла в небытие, теперь в голосе скользило ответное отвращение и злость. — Когда мы успели перейти на ты? — с усмешкой прошептал омега, вычерпывая из следователя последние капли нервов. Очередной трюк Чона, который он использовал для быстрого перехода и создания комфорта между своим кругом людей, но сейчас, заприметив, что юноша находится в размышлениях, он выкинул этот козырь, дабы защитить себя от потоковой агрессии. Вместо глупых или же наоборот, замудренных ответов, альфа сдернул руки со своей рубашки и схватив папку, пошел к двери, бросив лишь сухое «До свидания, Ким Тэхён».