Вторая жизнь обещания

Му Цин не ответил Фэн Синю, лишь отвернулся от него и забился в одеяло, словно маленький котенок, спасающийся от холода. Фэн Синь не стал упрекать его. Правой рукой он погладил макушку Му Цина, а затем шепотом проговорил: — Прости...за то, что я был слеп. Му Цин дрогнул. В каком это смысле "слеп"? Он что-то понял? Понял чувства Му Цина к нему? Или... Фэн Синь продолжил: — Я должен был сразу понять, что случилось той ночью, когда я был в баре... Я ведь даже не поблагодарил тебя. Му Цин в мыслях выругался всеми матами, которые только знал. Ну не может ситуация быть ещё хуже... Фэн Синь: — Не волнуйся. Теперь все будет хорошо... Я постараюсь отплатить тебе тем же. Ты этого заслуживаешь. У Му Цина задёргался глаз, а губы исказились в странной, нервной улыбке. По его щеке пробежала слеза. Но не от горя, и даже не от счастья...скорее от безвыходности текущего положения. Но Фэн Синь по-прежнему ничего не видел, ведь Му Цин лежал лицом к стенке, и даже не планировал как-то отвечать ему. Они провели недолгое время в полнейшей тишине. Лишь когда Фэн Синь собрался с духом, он медленно проговорил: — Му Цин... я обещаю тебе, что всегда буду рядом и всегда буду лишь помогать тебе. Если тебя что-то тревожит, то скажи... я должен тебе оказать помощь. Му Цин, но уже в мыслях: "Идиот ты тупой! Боже! Как такое можно говорить человеку в таком положении?! ДОЛЖЕН он мне помогать! Да лучше я умру, чем буду слышать это снова!" В действительности Му Цин лишь поерзал в кровати, а затем совсем угомонился. Фэн Синь, не понимавший всей проблемы его необдуманных слов, лишь мягко улыбнулся и оставил Му Цина, наконец-таки, в покое. Прошло несколько недель с этого момента. Фэн Синь и Му Цин больше не общались так хорошо, как раньше. Но...по крайней мере, самочувствие Му Цина немного улучшилось, и все благодаря его спасателю - Хэ Сюаню. На самом деле, Хэ Сюань особо то ничего для него не делал, лишь выслушивал все чувства и эмоции Му Цина, при этом делая вид, что ему не все равно. Но и это было для Му Цина глотком свежего воздуха. Сам он не привык кому-то рассказывать о своих проблемах. По факту он этого в присутствии Хэ Сюаня и не делал - скорее лишь бранил Фэн Синя и выражал сожаление по поводу ситуации с Се Лянем. В таком спокойном и умиротворенном темпе все они жили ещё месяц, пока не случился очередной переломный момент... С наступлением зимних каникул на их головы обрушилось ещё больше проблем, но больше всех, казалось, досталось именно Фэн Синю. Ему позвонили из больницы. Его мать оказалась в больничной койке по причине инфаркта. Фэн Синь был вынужден уехать в другой город за тысячи километров от того, в котором он жил, так ещё и непонятно на какой срок. Семейные ценности и сама семья у него всегда были на первом месте, учеба в университете его волновала в последнюю очередь. Единственный, о ком он волновался - Му Цин. Он был причиной колебаний Фэн Синя. Фэн Синь не знал, как донести до Му Цина мысль о том, что ему придется уехать, учитывая то, что они практически уже не общались, хотя были очень близки друг с другом. Как подобный разговор можно начать? "Извини, Му Цин, мне придется кинуть тебя, потому что моя семья мне дороже?" Му Цин был дорог ему ровным счётом так же. Но если сейчас Фэн Синь скажет что-то подобное, то в ответ его обзовут лжецом. Так, этот вариант не подходил. А что насчёт... "Му Цин, вернись со мной ко мне домой." ... Признаться честно, это даже звучало смешно. Пока Фэн Синь сидел и ломал голову над тем, как лучше сказать об этом своему другу, Му Цин свалился на него как снег на голову - совсем неожиданно он подошёл к нему и спросил, почему Фэн Синь так странно выглядит. Впервые за несколько недель он завел с ним разговор. И впервые так не вовремя. — Му Цин, присядь. Му Цин поднял одну бровь вверх и странно уставился на Фэн Синя, но так и не сел. Сложив руки у груди, он продолжил упрямо стоять. Фэн Синь тяжело вздохнул и продолжил как нельзя прямолинейно: — Мне звонили из больницы, у моей матери случился инфаркт. Мне срочно нужно приехать к ней в другой город и провести необходимый уход. В Му Цине что-то екнуло, но внешне он казался непоколебим. — Так чего ты ждёшь? Езжай. Фэн Синь тоже поднял бровь и посмотрел на Му Цина вопросительным взглядом: — Ты не будешь возражать? — А почему я должен? Это твоя мать. Ты не должен выбирать, ведь выбор и так очевиден. — Му Цин... — Просто ответь мне на один вопрос. Когда ты вернёшься? Фэн Синь резко замолчал. Он не знал. Как бы ему хотелось верить в лучшее, все было настроено против этого. И Му Цина он хотел обманывать в последнюю очередь... Снизив тон голоса, Фэн Синь ответил: — Я не могу ничего сказать. Возможно, через месяц, а может через полгода... — Ты бросишь учёбу? — А у меня разве есть другие варианты? Му Цин опешил. Других вариантов действительно не было. Выдохнув, он сказал: — Я говорю, езжай. Пусть у тебя и у твоей матери все будет хорошо. Фэн Синь выдавил из себя улыбку, что в итоге все равно выглядела грустной, и они закончили этот разговор. На следующее утро кровать и полки Фэн Синя опустели.