Второй шанс

Купер был Купером. Его личная жизнь была полностью скрыта от посторонних глаз. Да, у него были отношения с мужчинами, но вряд ли это можно было назвать чувствами. Отношения без обязательств. Он просто не мог их никому предложить. Шерман всегда нравился Куперу. С первого дня. Но он не позволил бы себе сделать первый шаг. Не с Шерманом. Не со своим новичком. Тогда не позволил бы. Но ничего не мешало Куперу наслаждаться этой тонкой игрой, которую он вел с Беном, видя, как тот реагирует, смущается. Но не более того. Джон знал, что Бен предпочитает девушек. После их ссоры в самый последний день обучения Бена, когда Купер на обезболивающих был просто тушкой в форме, не способной ни соображать, ни бегать, не прикрывать своего напарника, да что там, он еле ворочал языком, он понял, что дошел до черты. Как бы мерзко он себя ни чувствовал тогда, но он был благодарен Бену за его жесткость и настойчивость. Казалось, парень выжал из себя все, что мог, чтобы спасти своего наставника. В больнице Купер дал себе слово встать на ноги и вернуться. И он вернулся. Но у Бена уже был новый напарник, Сэмми Браянт, и он был переведен на другой участок. Купер был уверен, что Бен никогда не простит его, и что тот просто сделал все, чтобы они больше не пересекались. Купер умел принимать ситуацию. И он принял. Почти год у него была череда напарников, в конце концов ему дали новичка Гарри Стила, на счет которого у Купера в первый же день появились сомнения. И они подтвердились. Выйдя из больницы через два дня, Джон направился в свой участок. Он был рад, что страсти вокруг него немного поутихли, ребята в следственном управлении взяли одного утырка, а второго подстрелил его же дружок. Куперу дали неделю на восстановление и, конечно же, прохождение курса с психологом. Как же он ненавидел это… Но Купер был дисциплинированным, поэтому знал, что будет ходить и протирать штаны, выслушивая всякую чушь, чтобы получить допуск для прохождения службы. Быть там, на улице, — это все, что ему было важно в жизни.