it's hard to explain

Он пробыл на борту «Мерри» всего несколько недель, но ему уже нравилась собственная кухня. Команда тоже была хороша, подумал он, но кухня! Он смог настроить планировку именно так, как хотел, и подготовить планы питания для любых блюд, которые ему нравились или с которыми он хотел поэкспериментировать. Это было потрясающе! Как он обнаружил, Луффи ел буквально все, в то время как Нами и Усопп просто не были привередливы. Зоро, однако, был совершенно другой проблемой. Мечник, который, казалось, говорил не больше, чем нужно, просто не появлялся ни на обед, ни на ужин, что очень взбесило Санджи. А теперь он просто волновался, потому что если он не спускался, то ел ли он вообще? Он знал, что так и должно быть, особенно после двух с половиной недель, но он никогда не видел его ни с чем. Хотя сегодня был обычный день. Сегодня он собирался загнать этого идиота в угол и потребовать поесть его что-нибудь. Осмотрев корабль, он обнаружил, что Зоро дремлет у перил, прижимая к себе мечи. — Эй, Маримо! Нет ответа. — Ой! Он слегка пнул его по ноге. Этот придурок приоткрыл глаз и уставился на него. — Что, придурок?! — Что ты хочешь поесть? Мечник выглядел крайне смущенным. — Что? — Это нетрудно! Что, тебе приготовить? Зоро просто скрестил руки на груди и снова закрыл глаза, прислонив голову к дереву, словно собираясь снова заснуть. — Я в порядке. Ничего не нужно. И это привело его в ярость! — ты не в порядке! Ты должен что-нибудь съесть! Последовал рык. — Я сказал, что я в порядке! Стиснув зубы, он сдался. — Отлично! И он умчался. Он пытался расспросить остальную команду, почему Зоро не любит его еду, но все они указали, что Маримо никогда не пробовал ее, чтобы ненавидеть ее, так что это не могло быть причиной. Никто из них не мог припомнить, чтобы когда-либо видел, как Зоро что-то ел, кроме Луффи, который рассказал историю о том, как мечник съел грязный онигири, полный сахара, который сделала для него маленькая девочка после того, как его растоптал какой-то мудак из Морского Дозора. И эта история не сделала его идиотом чуть больше… нет, совсем нет. Решив разобраться, почему Зоро не ел свою еду, он выждал несколько дней, но, как оказалось, случайно наткнулся на ответ на другой свой вопрос. После особенно ужасного кошмара он вылез из своего гамака и направился на камбуз, чтобы приготовить себе травяной чай. Когда он подошел, свет уже горел. Медленно толкнув дверь, Маримо сидел за столом и ел тарелку онигири. — Значит, ты всё-таки ешь ? Зоро вздрогнул. Он посмотрел на кастрюлю, в которой раньше был рис, ожидающий, когда его помоют в раковине. — Ну и что, ты приходишь сюда, когда меня нет рядом, и готовишь себе еду? Зачем? Но Мечник только пожал плечами. Он старался не принимать на свой счет то, что член его команды был настолько яростно против идеи есть его еду, что предпочел бы не спать и приготовить себе. Он выдохнул, прежде чем развернуться и уйти. — Тогда я оставлю тебя. И дверь со щелчком закрылась за ним. Теперь, когда он был обнаружен, Зоро перестал скрывать это, и теперь он регулярно видел, как этот идиот ест вокруг корабля. Однако его внимание привлекло то, что он ел. — Это все, что ты ешь? С набитым ртом риса он получил ответ от маримо. — Что не так с онигири? — Это всего лишь рис… — И маринованная слива. — Зоро защищал честь своего любимого блюда. — И вообще, мне это нравится. Не особо заинтересованный в споре, он отмахнулся. — Что бы это ни было.. И я мог бы готовить для тебя в буквальном смысле изысканные блюда, но это неважно… По мере того как их путешествие продолжалось, он становился все ближе и ближе к Мохоголовому. Поначалу это были мелочи вроде состязаний, сколько морпехов они смогут уничтожить или кто убил самого большого динозавра, но к тому времени, как они добрались до Скайпии, они уже поцеловались. Чувствуя, что сейчас, возможно, лучшее время, чтобы копнуть немного глубже, пока Мечник сидел, наблюдая, как он готовит за столом, он повернулся к нему. — Почему ты не хочешь есть мою еду? Его напарник нервно почесал затылок. — Это… я не то чтобы не хочу, потому что твоя еда всегда выглядит и пахнет очень хорошо, просто я бы ничего не стал есть. Он нахмурил бровь. — Что ты имеешь в виду? — Ну… я привередлив в еде. — Маримо практически прошептал, явно смущенный. — Значит, мне мало что нравится. Ой. — Действительно? Зоро кивнул. Это действительно было так? Увидев, что его товарищ по команде явно не хочет больше говорить об этом, он остановился на этом. — Хорошо. Однако к тому времени, когда они официально встречались, он был готов продолжить обсуждение этой темы. — Ты честен со мной о том, что ты привередлив в еде, потому что кажется, что это нечто большее? — Нет, нет, я! Это просто… ну, это трудно объяснить. Он сел, уделяя Мохоголовому все свое внимание. — Я не собираюсь тебя осуждать, если ты об этом беспокоишься. Зоро мягко улыбнулся, прежде чем начать. — Ну… не знаю почему, но некоторые текстуры мне не очень нравятся, от них меня просто тошнит и мутит. Типа… я могу есть курицу, если на ней есть покрытие, но не могу есть простую курицу, есть ли в этом смысл? Не совсем так, но он все равно кивнул. Однако его парень выглядел все более напряженным с каждой секундой, пока он не отвечал. — Эй, эй, все в порядке… —Нет, именно поэтому я ненавижу есть среди людей, я никогда не могу объяснить это правильно и всегда чувствую себя ребенком или глупцом. — Ты не являешься ни тем, ни другим — А то знаю, но когда я был моложе, люди всегда говорили что-то вроде «о, ты просто ведешь себя глупо» или что я просто «в конце концов вырасту из этой фазы», и я хотел бы, чтобы я вырос сделал, но я не сделал этого, так что теперь я почти ничего не ем и все еще выгляжу нелепо. Он протянул руку и нежно сжал руку Мечника. — Ты не выглядишь смешно, и никто тебя здесь не осуждает, я обещаю. Плюс, что с того, что есть много продуктов, которые тебе не нравятся? Я уверен, что есть еще много вещей, которые тебе нравятся. — Да, но я не хочу, чтобы ты делал их только для меня. — Зоро, моя работа — накормить вас всех. — Он мягко улыбнулся. — Я был бы очень счастлив, если бы наконец смог готовить больше для вас». В итоге они составили список всего, что нравилось Зоро. — Ты действительно ешь совсем немного, ты знаешь? Выражение лица его парня просветлело. —Ты так думаешь? Он кивнул. — Эй, Моховик, что ты хочешь есть? — Онигири. — Тебе не надоело, три дня подряд? Зоро покачал головой. И он снова сделал онгири. Некоторое время он замечал и другие вещи в Моховоголовом, но казалось, что Чоппер медленно улавливал и те же самые вещи. Например, Зоро явно не любил громкие звуки и часто пугался или паниковал, когда их слышал без предупреждения, его приоритетом в такие моменты было убрать его из окружающей среды как можно быстрее. Или как он всегда держался на расстоянии от Нами и Робин, когда они пользовались духами. Или как ему иногда нужно было посидеть где-нибудь в темноте в те дни, когда солнце светило ярче всего. По мере того, как росли их отношения, росло и его знание мелочей, которые делали Зоро Зоро ... И, конечно же, тем больше он узнавал о своем прошлом. Например, как он вырос в приюте, который вообще не соответствовал ни одному из его потребностей. И как старая женщина в деревне заметила его вялость и принесла ему онигири, что она будет продолжать делать, пока не умрет, когда Зоро был подростком. Он обнаружил, что Зоро иногда хочет поговорить, а иногда нет. Или что иногда, когда люди какое-то время не переставали разговаривать, это раздражало его, и он обычно уходил, чтобы пойти и посидеть где-нибудь потише. Совсем недавно его парень упомянул, что ему не нравится носить слишком тесную одежду, особенно вокруг шеи, и что он предпочитает более мешковатую одежду. У них теперь тоже был распорядок, когда, если Мечник чувствовал себя немного напряженным, или если что-то стало для него слишком много, он всегда искал его. Сначала это сводилось к тому, что они оба молча сидели и слушали волны, но теперь Зоро обычно ложил голову на колени Санджи. Нежными пальцами он играл с раздражающе мягкими волосами своего парня (учитывая, что эта обезьяна едва вымыта), чтобы успокоить его. Иногда ему нравилось, когда он тихо говорил о Зеффе или Барати, а иногда просто нравилась тишина. Как только он чувствовал себя лучше, Маримо всегда целовал его в щеку и притягивал в свои сильные руки, чтобы Санджи откинулся на его грудь. — Я говорил с Чоппером… — заговорил Зоро. Подняв взгляд на своего парня, он кивнул, еще немного сжавшись в объятиях. — Мы говорили о, ну… обо всем, и он сказал, что у всего этого есть имя. Протянув руку, давая Мечнику возможность выбора, он улыбнулся, когда она была взята, а затем мягко сжата. — Он думает, что я немного аутист. — Я не слышал об этом раньше.. — Я тоже, но Чоппер был уверен. — И как ты себя чувствуешь? Его парень улыбнулся. — На самом деле хорошо… Я провел так много своей жизни, пытаясь понять эти вещи обо мне, и будучи не в состоянии объяснить кому-либо, что я чувствовал, так что теперь у меня есть слово для этого… Зоро сделал паузу, прежде чем наклониться, чтобы поцеловать его в макушку. — Спасибо. Он нахмурил бровь. —Зачем? —Ты был первым человеком, который когда-либо пытался понять, и я люблю тебя за это. Он улыбнулся. —Ты большой слабак, это не то, за что меня следует благодарить, это то, что все должны были сделать задолго до меня. — Все равно, спасибо. Руки его парня крепче обвились вокруг него. — Я люблю тебя, блондинка. И тепло в груди было чудесным. — Я тоже люблю тебя, Маримо.