Рубиновая Королева

      -Да, ваше высочество. Но вы ведь понимаете, что не всякая помощь бесплатна? - Девочка смутилась от слов Као. И ведь действительно - никогда все не было так просто. А она уж понадеялась на чистосердечную помощь. Осознание того, что ее беды вновь никому не нужны, больно ударили по девичьему сердцу.       -Д-да. Скажите, что вы хотите получить взамен? - Она взглотнула, видя, как меняется выражение лица мальчика. На первый взгляд, все такое же спокойное, но некое мрачное удовлетворение, все же проскочило на миловидном лице. По коже принцессы побежали мурашки.       -А что вы можете мне дать? - Тот еле-заметно прищурился.       -Я... Я не знаю. У меня же ничего нет. - Девочка замялась, не понимая, чего же хочет от нее Као.       -Что-то, у вас все же есть. Подумайте, чем же вы отличаетесь от любой другой крестьянки? - Тот деловито поднес пальцы к подбородку, словно и сам размышляет над этим вопросом. Разумеется, это всего лишь для вида.       -Я... Принцесса. - Глаза ее расширились, показывая степень шока. -Неужели, вы желаете мой статус? - Самодовольная улыбка, таки вылезла на лицо парня. Тот кивнул, вновь став серьезным.       -Верно. Я предлагаю вам обручиться. В последствии, я смогу стать вашим мужем. Вы сможете стать императрицей, с моей помощью, а взамен, выйдете за меня замуж. Понимаете ли, семья Фуюдзима была правящей еще до вашей. Именно тогда, мой дорогой предок, Азао Фуюдзима, женился на Аризе Ариновской, принцессе Аскарции, соседнего, конфликтующего с нашим, государства.       Но вследствие многочисленных скоропостижных смертей представителей династии Фуюдзима, имеющих хоть какую-то власть, а также в последствии и мужа Ариновской - Азао, у них не успело родиться прямого наследника. Ариновская, заручившись поддержкой дворянства, а также все еще являясь важной политической фигурой в поддержании мира между государствами, смогла вернуть себе девичью фамилию и родить сына. Точно так и не было известно, был ли он сыном Азао, потому что был рожден в год его смерти или же являлся сыном Ината Низаши, который вопреки законам, взял фамилию Ариновской. Брак был заключен почти сразу же, после смерти правителя.       К сожалению, остаткам династии Фуюдзима, благодаря стараниям Ариновской и поддерживающего ее дворянства, пришлось отойти от дел. Как полагала правящая семья в Аскарции, тоже сыгравшая немалую роль в действиях Ариновской и удержания у ее рода власти, наше государство должно было стать кем-то вроде вассалов, благодаря тому, что их принцесса оказалась монархом страны. Но к счастью или нет, Ариновская не пожелала подчиняться своим родственникам, и ни союзов, ни объединений со своим родным государством не заключала.       Монарха в Аскарции, по совместительству ее сводного брата, это привело в бешенство и он развязал войну. Вражда привела почти к полному истреблению множества семейств, кто так или иначе поддерживали предыдущую династию монархов - Фуюдзима. Война Аскарции ничего не принесла, а Ариновская смогла укрепить свои позиции, как действующий монарх, отвоевать часть пограничных земель и устранить в своем государстве тех, кто мог устроить государственный переворот и свергнуть правительницу. Как ты понимаешь, я хочу вернуть былое, забытое влияние семьи Фуюдзима.              -Я... Я не совсем понимаю то, о чем вы рассказали, но если платой за осуществление моей мечты станет брак с вами... Я не уверена, я вас во второй раз вижу и по-правде говоря, вовсе не люблю. - Раан стыдливо отвела взгляд. Речь Као была слишком сложной, наполненной большим количеством незнакомых для нее терминов, поэтому она лишь отдаленно поняла смысл сказанного. Тем временем, немного раздраженный непониманием принцессы мальчик, потер переносицу, стараясь мгновенно успокоиться и сохранять доброжелательный тон. Все же, не удивительно, что девочка недалекая, ведь ее толком никто ничему и не учил.       -Вы меня не поняли. Я не прошу вас любить меня, принцесса и меня не будет интересовать количество твоих любовных наложников. - Фуюдзима спокойно объяснил то, что имел ввиду, под словом "брак" с ним. По факту, фиктивный.       -Наложников? - Тем не менее, непонимание принцессы, все же, заставляло хмуриться и силой удерживать доброжелательное поведение. Та, искренне пыталась вникнуть в ситуацию, но ей было откровенно говоря тяжело. Снова жалкая. Она в который раз смяла одеяло в своих руках.       -Ранее, наложниками считались пленники, обязанные быть любовниками, но со времен правления Аризы Ариновской, попытавшейся установить в стране непродолжительный матриархат, значение этого слова стало тождественно значению понятия "наложница". - Вновь взглянув в непонимающие глаза девочки, перефразировал. -Тц. Твоя же мать была наложницей? Наложник - это тоже самое, только мужского пола у женщины. То есть я не буду тебе запрещать любить кого-то другого в нашем браке и мне нужен лишь статус правителя.              -И это мне никак не помешает быть императрицей?       -Я хочу, чтобы вы заключили со мной брак по патриархальной системе.       -Как сейчас отец правит?       -Если сказать проще, то да.       -Я не хочу так. Императрица ничего не решает и я все также останусь ни с чем.       -Наоборот, вы захватите власть, путем переворота. О вас узнают и будут уважать. В то время, как я, став вашим мужем и получив право решать государственные дела самостоятельно, смогу урегулировать конфликт, который обязательно сложится вследствие произошедшего.       -Но вы и дальше будете править сами, даже когда уре... урегулируете конфликт. И для чего тогда это все? Я буду императрицей только на словах, как это делает госпожа Унари, жена отца. И еще у нее нет ни одного наложника. Я понимаю, что вы хотите воспользоваться мной, а я в-вами, но я своей цели не добьюсь. Вы просто с помощью меня захватите власть. Наверное, из-за переворота, меня люди не будут любить. Насколько я знаю, дворяне сильно связаны с кронпринцем, чтобы им при его правлении было удобнее жить. И если... Если убрать кронпринца, все те дворяне, которые связались с ним и не получили выгоды - будут против меня. Тогда в их глазах вы будете выглядеть хорошим, как человек, который отодвинул от власти жестокую императрицу. Тем более, что вас будут поддерживать главы тех семей, которых не добила Ариновская и они могут попробовать меня убить. Тогда... Тогда я совсем ничего не смогу... И мечта Шулан не осуществится...       Раан начала плакать. Она часто плачет и из-за этого ее не любит прислуга. Иногда, ее голову посещают странные мысли. Как сейчас. Девочка обязательно говорит что-то из ряда вон выходящее. Что-то, что обязательно злит людей вокруг нее. Как это вышло и сейчас. Когда принцесса начинает что-то предполагать, все окружающие сразу покидают ее. Вероятно, она слишком плохо думает о них и тем самым, оскорбляет.       Состояние Као понять было сложно. Тот просто замолчал и быстрым шагом покинул комнату, чуть было не хлопнув дверью он досады. Девочка так и не поняла, обиделся он из-за того, что Раан не согласилась с его предложением или из-за того, что начала плакать?       Но кажется, что и он собирался, просто использовать принцессу, а потом выбросить. И она снова останется одна. Почему? Почему ей нельзя выполнить просто одну мечту? Почему тогда, когда у нее впервые появился лучик надежды, он был растоптан подобно цветам, растущим за пределами садов?       Сердце жутко заболело. От этого ей захотелось забыть свои предположения. Она оклеветала Као. Да, точно. На самом деле он лучше, чем кажется. Но для верности, чтобы ее не мучили кошмары по ночам, она, все же не хочет соглашаться на его предложение.       В тот день, принцесса еще долго ждала, в надежде на то, что мальчик вернется, но он не пришел ни через пять минут, ни через десять, ни через час. Так она и заснула.       Целую неделю мальчик не появлялся на горизонте. Афилия заходила все реже и вновь, девочка чувствовала себя брошенной сутками напролет. Порой, ей хотелось выбежать и согласиться на любые условия Као... Но даже так, она понимала, что таким образом ничего не добьется. Он просто сделает всю грязную работу ее руками, а потом придет на готовенькое и отнимет все, чего она добьется. Раан не согласна на такие условия. Это тоже самое, что оставаться так, только еще хуже. Ведь он говорил, что ради ее цели, придется идти "по головам". Страшно. Она вряд-ли сможет. Особенно, понимая, что ни к чему эти жертвы не приведут.       Она слишком много думала по этому поводу. В ее голове роились очень страшные идеи. Настолько, что девочка зареклась, никогда не принимать подобное предложение. Слишком жутко. Почему-то, вспомнилась история ее матери, где отец ее ни во что не ставил. Даже несмотря на то, что она не императрица, а всего лишь одна из многочисленных наложниц, нельзя же настолько было плохо относиться к ним! А ведь их не любили еще до того, как Раан осталась одна. Порой, она замечала, как ее мать чуть ли не кричала на слуг, чтобы выбить условия получше, а потом обязательно возвращалась к дочери и пела колыбельные или рассказывала какую-нибудь байку.       Тем временем, девочка с каждым днем ощущала себя все лучше и лучше. К ней даже зашел лекарь, а не его помощница.       -Привет, дорогая моя. Как себя чувствуешь? - Напускной веселый тон, как говорят с маленькими детьми. Вероятно, он говорит так со всеми и по чистой привычке. Поэтому Раан не обманывалась. Но тем не менее, ей нравилось, что к ней, хотя бы здесь не относились, как к мусору.       -Запястья постоянно ноют, но от былой боли почти ничего не осталось. Все остальное в норме. А еще... Извините пожалуйста, что говорю это вам, все же, вы лучше знаете, но ваши лекарства... - Девочка замялась, не желая обижать человека, который, даже несмотря на то, что по работе, но все равно хорошо к ней относится.       -Слушаю. - Приветливо улыбнулся мужчина. Он уже был стар, об этом говорили морщины на лице и седина на висках. Но это, создавало образ, некого доброго дедушки. От этого, говорить неприятные вести хотелось еще меньше.       -У меня от половины лекарств, которые вы выписали, идет сильная аллергия: появляются пятна, шрамы болят еще больше, либо я начинаю себя чувствовать очень и очень плохо. Я буду очень-очень признательна, если вы замените их. - Услышав это, лекарь словно потемнел лицом. Ну вот, она опять сказала что-то не так.       -Да. Конечно. Покажите пожалуйста, какие именно мази вызвали аллергическую реакцию? - Несмотря на свою недогадливость и страх, Раан хорошо понимает эмоции других людей. И сейчас, мужчина улыбнулся очень натянуто, словно вообще не хотел этого делать.       Принцесса уже знает - извинившись за свои слова сейчас, она лишь получит еще более отрицательную реакцию. Поэтому она промолчала, достав из прикроватной тумбочки нужные мази.       Лекарь, как и обещал, с горем пополам, признал свою неправоту в выборе этих лекарств и послал Афилию за другими, которые бы заменяли их.       -Через две недели тебе можно будет вернуться к обычной жизни.       -А они так и продолжат болеть? - Как бы, про между прочим, спросила Раан, в случае чего, уже готовая извиняться за свой вопрос. Мало ли, он подставил под сомнение компетентность мужчины, который очень чутко реагирует на критику и начинает злиться. Девочке бы не хотелось видеть то, как он злится.       -Боюсь, что прикосновения к этим местам, у вас всегда будут вызывать болезненные ощущения. Все же, ожог был очень серьезным. Повезло, что тот мальчишка смог достать тебя из пожара, да еще и найти холодную воду. Тебе повезло. Если бы не он, ты бы могла и не выжить. - Последние слова, все же прозвучали несколько надменно, испортив впечатление о мужчине. Раан даже не знает, с чего бы такие слова.       На следующий день, когда неделя подошла к концу, принцесса услышала стук в дверь. Такой знакомый. Так стучал Као, но она не уверена, что это именно он.       -Войдите. - Психологическое состояние девочки улучшилось. Она не знает, как ей быть или как жить дальше, но и тяги к смерти особой нет. Теперь, зная, что ее сестра наблюдает за ней, Раан не хочется ее вот так подводить, даже не попытавшись. Если, если это Као вернулся, то принцесса всеми силами попробует его уговорить еще обдумать ее слова.       -Приветствую вас, принцесса Раан. Прошу простить мне мою недавнюю грубость. Я ушел даже не попрощавшись. Это было крайне некультурно с моей стороны. Чтобы как-то загладить свою вину, я принес вам подарок. Прошу, взгляните. - Пришедший действительно оказался Фуюдзимой. Как только он зашел, девочка почувствовала спокойствие, окружавшее его. Как обычно. Видимо, мальчик уже не злится на нее. Это радовало.       В его руках находилась небольшая коробка, размером, чуть больше двух ладоней. Она была очень красивой, мягкого телесного оттенка. Као подошел к принцессе и протянул ей подарок, чем смутил девочку.       -Спасибо, но не стоит, правда...       -Я все равно не смогу оставить его себе. Если не хотите принимать, то просто выкиньте. - Такие слова, больно резанули по сердцу Раан. Подарок и выбросить? Да как так вообще можно? Это же подарок, а его выбрасывать никак нельзя!       Раан все же взяла в руки коробку. Она еще раз осмотрела ее. Это очень приятный цвет, ей определенно нравился. Чуть помедлив, она открыла ее и застыла. Слезы побежали по щекам солеными дорожками. Это, такая шутка?..       -П-простите. Я никогда не смогу их одеть. С моими шрамами... - В коробке лежали наручи, почти идентичные тем, что подарила Шулан. Разве что, более простые, но все также, отлитые из золота.       -Держите себя в руках. Будущей правительнице не стоит плакать по мелочам. Если вы действительно, конечно, хотите взойти на престол. - Као довольно строго осадил принцессу за слезы. Та шмыгнула носом, в неком неверии взглянув тому прямо в глаза.       -Неужели, вы все еще хотите заключить со мной брак? - Девочка была в шаге от того, чтобы снова позорно разреветься. Но нет, ей нужно держать себя в руках. И тогда, тогда ее мечта осуществится. Она сделает все, чтобы это было так.       -На равных правах. Наследник возьмет фамилию Фуюдзима и влияние семьи будет восстановлено. Другого ответа я не приму. - Фраза звучала жестко и холодно. Тема явно не была приятной для мальчика, ведь он хотел сделать все по-своему, а ему внезапно пришлось уступить. Раан стыдно за то, что проявила своеволие.       -Спасибо. - Принцесса улыбнулась. - Но так и все же, насчет браслетов...       -На данный момент, никто кроме меня, лекаря и Афилии не в курсе о столь значительном уродстве на вашей коже. В некотором плане, вам повезло, что вы самая бесхребетная и никому не нужная принцесса. И говоря это, я не ставлю цели вас обидеть. Наоборот, я хочу показать вам, где вы находитесь сейчас и куда я вас смогу поднять. И первым шагом, будет сокрытие ваших шрамов. Наручи идеального для вас размера и будут плотно прилегать к руке. Вдобавок, они длиннее, чем предыдущие, а значит, в случае легкого возможного сдвига, ничего криминального случиться не должно.       Као сделал некий упор на словах "никто кроме...", словно сделал какой-то намек. В прочем, он не был понятен девочке, поэтому та решила вернуться к более насущной теме.       -Простите пожалуйста, но мои шрамы приносят мне жуткую боль. Я не смогу их носить, даже при желании. - Раан натянуто улыбнулась.       -Жалкое поведение, недостойное принцессы. С этого дня, что бы я тебе не приказал исполнить, ты ни за что не скажешь "не смогу". Если у тебя есть возражения, то ты можешь высказать свой план действий, который будет подвержен критике. Пока у тебя не будет лучшего плана, чем тот, который дам я - ты неоспоримо послушаешься во всем. Это тебе ясно? - Взгляд Као изменился. Он стал твердым и даже угрожающим. Казалось, даже черты лица стали более острыми, опасными. Фуюдзима похож на паука, что с наслаждением плетет паутину, для особенно красивой бабочки.       Принцессе стало не по себе и та поспешно кивнула, решив не спорить с ним. Он говорил правильные слова, так что даже необходимости в этом не было. Да и возможно, такой твердый человек, как Као, сможет и ее сделать чуть смелее? Она была бы рада.       -Говори со мной. - Ничто иное, как приказ. Несмотря на свое шаткое положение, он вошел во вкус.       -Д-да, мне все ясно! - Раан смутилась, отводя взгляд от его пронзительных глаз. Словно мальчик смотрел прямо в самую душу. И это пугало.       -Уверенней. И переформулируй предложение. Звучит жалко. -Као все же смягчился, видя загнанность девчонки.       -Ээм... Я вас поняла. -Девочка попыталась говорить чуть уверенней, но все ее естество противилось этому. Казалось, что если она скажет что-то не то и не так, то перед ней тут же появится гильотина. Мелкая дрожь прошлась по всему телу и это далеко, не из-за загулявшего по помещению ветерка.       -Попробуй еще раз, пока есть возможность. В будущем, ее может и не быть. - Разумеется, Као не удовлетворил подобный результат. Губы его изогнулись в недовольстве и возможно, неком осуждении. Не оправданные ожидание и головная боль. Вот, что выражали его лицо, поза и глаза, как зеркало души, почти не скрывающие разочарования.       -Я услышала вас. - Раан сжала кулаки. Лишь бы получилось. Тон ее голоса стал ровным и она даже попыталась смотреть в эти страшные, равнодушные к ее судьбе глаза. Образы служанок, братьев, сестер и собственного отца тут же всплыли в собственном сознании. Такие же глаза, полные жалости и насмешки, к такой неумехе, как она.       -Ты безнадежна. Нам придется очень много работать, чтобы научить тебя правильно отвечать. - Као взял ее за руку и вновь взглянул на нее.       Нет. Все же не такие. - Подумалось ей. И действительно, сейчас, они наполнились еле заметным теплом. Словно это должно было, хоть немного ободрить принцессу. И это действительно помогло. Правда, недостаточно.       -Простите. - Девочка виновато склонила голову. На это, парень только цыкнул.       -Не извиняйся без повода. Лучше скажи, когда ты оправишься?       -Лекарь сказал, что через две недели. - Принцесса пожала плечами, будучи неуверенной в словах приходившего к ней мужчины. Као кивнул. По его виду можно было понять, что тот задумался, что-то примеряя или просчитывая.       -Хорошо. Тогда, оденешь наручи ровно через две недели. Они облегченные, поэтому особой тяжести не представляют. Когда привыкнешь, сможешь носить обычные, не обращая внимания на неудобства. Мы сможем скрыть твои шрамы до того, как об этом узнает народ. На один слух вокруг твоей персоны станет меньше. - Загадочная ухмылка словно сама собой накрыла его губы.       -Спасибо. - Девочка легко поклонилась, чем заставила своего собеседника только обреченно выдохнуть. Ему нравилось, когда кто-то, имея большую власть, перед ним пресмыкается, но сейчас, эта девочка не вызывает в нем никакого удовольствия. Лишь головную боль от того, что с этим "чудом" ему придется работать всю последующую жизнь.       -Мы отправим запрос на проведение помолвки к Его Величеству Императору, но до этого, тебе придется усиленно работать над своим характером. Ты должна хоть немного прибавить в авторитете в собственном дворце. В ином случае от тебя банально отмахнутся, как делали на протяжении всей твоей жизни. Я не буду писать за тебя письмо, - под диктовку это сделают слуги. Они же и отправят его.       -Но как мне это сделать? Они же, вовсе на меня внимания не обращают... - Раан вновь замямлила, не в силах придумать хоть что-то, что бы могло ей помочь исправить положение. В ее голове отчетливо появился образ, как она пытается что-то приказывать служанкам, а те, нагрубив, тут же убегают по своим "делам".       -Именно поэтому, у меня есть план, как убить двух зайцев одним ударом. - На лицо мальчишки вылезла поистине ужасающая улыбка. Он явно что-то задумал, в этом не было сомнений. Но понравится ли это самой Раан, с учетом того, что выполнять задуманный им план, придется ей?       -Убить зайцев? - Однако, она вновь запнулась об обычное крылатое выражение, не сумев понять своего собеседника в должной мере.       -У меня есть желание, отказаться с тобой работать. - Уведомил тот, тут же, растеряв весь свой настрой.       -Извините пожалуйста! Вот увидите, я научусь красиво говорить, я правда буду стараться! - Раан чуть ли не вешалась на Као со слезами на глазах, но тот тут же охладил ее пыл, смерив уставшим взглядом и отойдя на несколько шагов.       -Несомненно. Со мной, вы научитесь всему, что следует знать и уметь кронпринцессе. - Заверил он, полностью уверенный в своих словах. Эта уверенность, помогла и девочке, немного поверить в себя и слабо улыбнуться.       -Так, о каком плане вы говорили? - Она терялась в догадках, ведь у нее не было ни единой мысли на этот счет. Фуюдзима усмехнулся. По коже пробежали мурашки, а в комнате стало до болезненного холодно.       -Я хочу, чтобы вы заставили Афилию убить Лекаря.