Друзья по колледжу

      Дни пролетали довольно-таки быстро. Прошло уже почти два месяца обучения. За всё это время Антон успел съездить к маме, нашёл друзей, обзавёлся новыми приключениями и новой проблемкой — осенний бал или, в простонародии, Хэллоуин. Казалось бы: праздник, круто, подростки, веселье, страх (в хорошем смысле этого слова). Но только вот, во-первых, нужно было придумать костюм, а во-вторых, найти себе пару на осенний бал. На примете была пара девчонок. Только вот не всё шло так гладко, как хотелось.       Первой была Оксана. Она даже почти согласилась пойти, но вспомнила, что уже пообещала Серёже. Потом Катя — тут и так всё было ясно. Они же там с Димкой шуры-муры крутят. Могли бы быть и другие, но Антон с незнакомыми не хотел идти. Оставался последний вариант — Ира. Была не была. Всё равно другой альтернативы Антон не видел.

***

      — И раз, два, три. Раз, два, три. Ситцев! Не наступай на ноги! Раз, два… Плавно, медленно, изящно. Раз, два, три, раз… Куда-куда! Квадратиком ходим! Не сбиваемся с ритма. Раз, два, три…       Арсений уже битый час репетировал вальс с учениками. Кого, как не его — преподавателя по актёрскому — ставить на эту всратую должность? Его беспокоило то, что никто не улавливает темп, никак не может запомнить движения, и толку от этой массы будет ноль. В дверь постучались. Мужчину это разозлило ещё больше, потому как всем пофиг, что назначенное время репетиции 20:30. Опоздавшие приходили отовсюду и постоянно.       — Ну кто там ещё?! Неужели нельзя прийти вовремя! — на пороге стоял Антон и Ира. У Арсения чуть челюсть не выпала. — Шастун? Ты… Кузнецова — тебя, насколько я помню, вообще сняли с участия в празднике.       — Извините, Арсений Сергеевич. — ответил Антон. — Просто у меня не было пары, а так получилось, что свободной оказалась только она. — Арсений странно посмотрел на них, но продолжил подготовку.       Антон встал в пару, положил свою руку на талию и удивлённо спросил:       — А почему тебя сняли с участия в празднике?       — Да тут вообще ерунда. У меня не очень хорошие оценки были в том году, плюс, у меня не было пары. Теперь то у меня есть ты. — она улыбнулась и чуть зло посмотрела на преподавателя.       — Так! Кузнецова и Шастун! Что за флирт у меня на репетиции? До праздника меньше двух недель, а ни у кого из вас ещё ничего не готово. Любовные дела будете вне кабинета обсуждать! — Арсений включил музыку, скомандовав, чтобы все репетировали, а сам подошёл к этой паре. — Тебя, Ира, я запросто могу не пустить на бал. У меня есть распоряжение, чтобы я неспособных к своевременному выполнению домашних заданий, да ещё и с низкой успеваемостью, гнал под шею, для мотивации. — на ухо он сказал ей. — Если что-то вычудишь — поставлю неудовлетворительную по всем предметам.       Арсений снова встал на музыку и снова стал ругаться, что всё не в такт. Антон же был не в своей тарелке. Во время репетиции он уже не был так рад, что нашёл хоть кого-то. Уж лучше с Оксаной или с другой симпатичной девчонкой. Ира, мягко говоря, не надёжная. Он не мог сосредоточится на танце, держать её за талию и улыбаться. Он смотрел на Арсения Сергеевича, который уже сильно устал. После пар до самого вечера готовить учеников к осеннему балу, зная, что сам он не будет принимать в нём никакого участия и что кроме «спасибо» наград за его труд не будет.       — Раз, два, три… Ну, Антон! Не наступай на ноги!       — Ир, ты конечно молодец, но ты всё это уже в том году учила, а я в первый раз. Будь немного снисходительнее. И вообще, с кем ты в том году танцевала? Почему с ним же не танцуешь?       — В том году я танцевала с Арсением Сергеевичем. В этом году он отказался принимать участие в бале.       — Что? А разве можно с профессорами танцевать?       — Вообще нет, но иногда обстоятельства и удачный момент позволяют сделать то, что запрещено.       — Он сам отказался присутствовать на балу? Почему?       — Не знаю. Он вообще в этом году другой.       — Лучше?       — Хуже… — она очень не по-доброму посмотрела на мужчину, который всё это время смотрел только на них. — Знаешь, ты лучше пара, чем Арсений Сергеевич. — она прямо-таки прокричала эту фразу, чтобы её услышал тот, кто должен.       — Всё! На это репетиция окончена! Кузнецова, прямо сейчас останешься.       Антон отпустил руки и с облегчением стал выходить. Мельком он посмотрел на преподавателя, которые выглядел взбешённым. Затем на Иру. Она стояла и лишь приветливо улыбалась, прищурив глаза. Решив, что не его ума дело, подросток последним вышел из зала и закрыл дверь. Тут Арсений не стал сдерживаться:       — Ты какого хрена это делаешь?!       — Ох, Арсений Сергеевич, я не понимаю, о чём вы. Я что-то сделала не так?       — Ты прекрасно знаешь, о чём я. — она улыбнулась. — Что смешного? Зачем тебе Антон? Я жду ответов прямо сейчас, иначе все мои угрозы по поводу «вашей дискотеки» будут осуществлены.       — Антон? Ах…я даже не знаю, как сказать ему, что я просто его использую. Может вы на меня повлияете? Давайте договор, — она наклонилась к его уху, — вы идёте на бал и танцуете со мной, а я, так уж и быть, оставлю Антона в покое.       — Угрозы?       — Ответные.       — Договорились.       — Правда? — девушка удивилась.       — Да, я приду на дискотеку и потанцую, но на вопросы директора будешь отвечать сама. — Ира недовольно посмотрела на него. Она с минуту молчала, а после спросила.       — Кто для тебя Антон? М? Он твой брат? Друг? Родственник? Парень?..       — Ира, говори со мной на «вы». Он ученик.       — Да что ты? Ты никогда и никого так не защищал. Даже тех шлюх, которые ходили к тебе на дополнительные. Неужели что-то скрыва…       — Я учитель! Говори только на «вы», поняла?! Вышла вон!       — Я то уйду, но жду на балу. До скорой, Арсюш.

***

      За окном ночь. В корпусах ещё не спали, так как все только пришли с репетиций и дополнительных. Антон безумно устал и уже не мог что-либо делать. Но пришлось.

***

      Телефонный разговор:       — Алло?       — Антош, привет. Как дела? Как учёба?       — Привет, мамуль. Да вроде хорошо. У нас скоро осенний бал.       — Ой, как я рада. А с кем танцевать будешь?       — С Ирой. Не сказать, что я рад. Мне пока здесь никто не нравится.       — Ну, ты ещё и маленький к тому же. Это нормально. Может со временем кто-то понравится. Я вот больше всего волнуюсь за то, чтобы ты кушал. Как с этим дела обстоят?       — Ну мам…       — Никаких мам! Здесь идёт речь про твоё здоровье! Мне вот Арсений Сергеевич недавно звонил. Говорил, что волнуется за тебя. Ты там не расстраивай меня! Уже преподаватели звонят, чтобы сказать про еду…       — Да я понял, понял… Прости. Люблю тебя, пойду спать, а то сейчас умру. Очень устал.       — Конечно иди! Встань пораньше и сходи с Димой покушать. Сладких снов, солнце.       — Спокойной ночи.       Конец разговора.

***

      «Арсений Сергеевич волнуется? Боже, да он точно святой. Такие слухи могут распускать либо очень плохие люди, либо те, кто попросту хотят его, а он, как адекватный преподаватель, отвечает отказом».

***

      Арсений сидел у себя в кабинете и смотрел на фотографию в телефоне:       — Эх, Антон, Антон… Что ты со мной делаешь?..       Арсений абсолютно всегда был скрытным. Очень немногие знали, каким он является на самом деле. Те, кому казалось, что они наконец приблизились к его личности и персоне, очень сильно ошибались. То, что он готов был спать с учениками за оценки было чистой правдой, но то была правда прошлого. Во-первых, он сам для себя ещё летом решил, что хватит с них. Его могли заметить в любой момент, а вместе с тем уволить оттуда раз и навсегда, или, чего ещё хуже, на него могли написать заявление в полицию, так как далеко не всем, с кем трахался Арсений, было шестнадцать и больше.       Он размышлял об этом, а между тем на его телефон пришло сообщение от «Алёны» — его бывшей жены. Когда им было по девятнадцать лет, они решили пожениться. Через два года у них появилась дочка, которую они назвали Кьяра. Очень красивое, необычное и редкое имя. Оно означает «светлая», «ясная». И Арсений, и его супруга любили её больше всего. Но время шло, всё менялось. Отношения стали ухудшаться. В какой-то из дней Алёна подошла и положила на стол документы о разводе. Была огромная ссора по поводу этого. Мужчина до сих помнит всё до мельчайших подробностей. И полбеды, если бы они просто развелись, но путём суда дочка осталась с матерью. В момент, когда судья зачитал такой приговор, брюнет рухнул на пол и сидел там со стеклянными глазами не в силах что-либо сказать.       Ужас и потрясение тех событий навсегда отпечатались и изменили мужчину. Он начала преподавать в том колледже ещё до развода. Тогда все знали его, как любящего отца и семьянина. Иногда он сидел на парах со своей дочкой, когда её не с кем было оставить дома. Все ученики любили его, так как тот мог помочь в чём угодно, смеялся над шутками и с удовольствием участвовал во всех внеучебных мероприятиях.       С приходом Антона его чёрствость стала пропадать. Бывший стержень, который он держал несколько лет, надломился и стал трескаться. Неужели обычный мальчишка смог стать ему таким же любимым, как и его бывшая жена с дочкой?..

***

      Хэллоуин, а вместе с ним и осенний бал, наступили очень быстро. Никто не успевал считать дни до этого праздника. Каждый день были многочисленные репетиции, на которых все, включая Антона, учили вальс. И вот, наконец-то. Настал этот день.       С самого утра, когда Дима, как первый, кто просыпался и будил остальных, не нашёл Антона, забеспокоился, ведь обычно его не добудиться, а тут он вообще пропал.       — Серёга…у меня для тебя не очень приятная новость…       — Слушай, отъебись, а?       — Ну, если для тебя пропажа друга — ерунда, то я отъебусь.       — В смысле? Где Шаст?       — Ну пиздец вообще. Я надеялся, что хотя бы ты знаешь. — тут им на телефоны одновременно пришло сообщение от Антона. — «Я уехал готовиться к балу. Меня до вечера не будет. Не скучайте»… Он чё, ахуел? Хоть бы предупредил. Я вот тоже не прочь переодеться и купить чего-нибудь новенького, а он втихую уехал, ничего не сказав.

***

      Антон, сидя в автобусе, уже почти подъехал к торговому центру. По его задумке он хотел придти на бал в маске и с таким видом, чтобы его никто не узнал. Первым делом надо было зайти в парикмахерскую, чтобы его непослушные кудряшки причесали, зафиксировали гелем и зачесали назад. Затем магазин одежды, в котором он собирался купить не элегантный чёрный костюм, а свободные бежевые брюки и со свитером кофейного цвета. Помимо всего перечисленного из комнаты он возьмёт свои белые кроссовки. Таким образом он будет выглядеть стильно, и никто его в таком образе не узнает. В этом он был уверен на миллиард процентов.       — Здравствуйте! — сказала он, зайдя в салон.       — Доброе утро! Вы к нам на стрижку?       — Да. Можете ли вы мне сделать причёску «Канадка»?       — Конечно. Это займёт около сорока минут. К оплате 3500.       Антон кивнул, и мастер приступил к работе. Пока его волосы приводили в порядок, в чате их компашки то и дело приходили сообщения:       9:38. Ира: Ребят, привет. Все на месте?       9:38. Катя: Да.       9:39. Серёжа: Девчонки, надеюсь вы будете бесподобными!       9:42. Ира: Конечно!       9:43. Катя: А как иначе?       9:43. Оксана: Романтик: 3       9:44. Дима: Э, романтик. Прекращай. Катька моя.       9:45. Серёжа: Да ладно-ладно.       9:45. Ира: Слушайте, нас в актовый зал зовут. Где все?       9:47. Катя: Мы все тут.       9:48. Оксана: Где Антон?       9:48. Антон: Ребят. Меня не ждите.       9:50. Дима: Куда идти? Скоро будем!       9:50. Оксана: Вы опаздываете. Идите сразу в актовый зал.       9:51. Катя: Антоха, а ты где?       9:52. Антон: Я не скажу, когда я подъеду. Сегодня НИКТО не узнает меня. Я себя так «переделую».       9:54. Дима: Ждём.       9:55. Серёжа: Ой, тоже мне красотка. Антон-красотка.       — Всё! Надеемся, вам понравилась наша работа. — Антон взглянул в зеркало и чуть не выронил телефон.       — О Боже… Это великолепно. Меня никто не узнает!