Это не Моне, а Мане

Эрмитаж, как обычно, был полон людей. Везде снующие туристы, фотографирующиеся чуть ли не у каждой картины, уставшие смотрители и истинные ценители искусства наполняли собой каждый этаж Зимнего дворца. Олег прошел внутрь и медленно стянул с себя черный шарф, который не носил разве что летом. Для чего он пришел в Эрмитаж? За эмоциональной подпиткой, что так нужна была ему сейчас. Волков пережил эмоциональное выгорание. Любимая работа в театре не радовала, готовка бесила, а улицы Питера уже давно не показывали ничего нового. Может быть, затерявшись меж картин и статуй старого дворца, Олег наконец-то выберется из подавленного состояния? Первые полчаса текли ужасно долго. Бесконечный зал, увешанный картинами, не приносил никакого эстетического удовольствия, а сонные, словно мухи, люди еще больше способствовали подавленному настроению. — «Лучше бы к Шурику сходил, ей богу.» - хмуро подумал Олег и сам не заметил, как зашел в другой зал. Его впервые зацепила картина, к которой он решил подойти. На удивление, художника не обозначили, а из-за рамы авторской подписи не было видно, только одинокая буква «М» в углу. — Мане что-ли?… Вслух пробурчал Олег, разглядывая холст, на котором была зеленая поляна, а в ее центре люди, устроившие там, судя по всему, завтрак. В искусстве он немного понимал и знал, что людей было присуще рисовать Мане, да и цвета подобраны в его стиле. — Это Моне, а не Мане. Вздохнул незнакомец за спиной Олега. — Завтрак на траве. Эту картину вечно ошибочно причисляют к Мане, однако, это не так. Черноволосый парень со сложенными за спину руками подошел ближе и посмотрел на картину. Губы приподнялись в легкой улыбке. Кажется, будто незнакомец действительно наслаждался картиной. — А вы… знаток. Хмыкнул Олег, посмотрев на него. Сколько элегантности было в образе незнакомца. Аккуратный нос, выразительные скулы, острый подбородок, красиво уложенные волосы и… нереальные аметистовые глаза. — «Линзы что-ли?» - подумал Волков, точно зная, что таких глаз в природе быть не может. — Скорее, просто ценитель. Переведя взгляд на Волкова, ответил черноволосый. Олег инстинктивно отвел от него глаза, будто боясь встретиться взглядами. — А… не хотите составить мне компанию? Было бы интересно послушать и о других картинах. Вдруг, на этот раз Мане назову Моне. В привычной шуточной манере проговорил волче, вперив взгляд в ключицы парня. На губах черноволосого появилась тень улыбки. — Хочу. Могу узнать, как вас зовут? — Олег. — Константин. Парни обменялись рукопожатиями. Держать ладонь Кости в своей… оказалось очень приятно. На удивление. Они гуляли много и долго. Константин рассказывал об известных ему картинах и авторах, а Олег внимательно слушал его красивый голос. День быстро подошел к концу, как и экспонаты коллекции Зимнего дворца. Расставаться с новым знакомым не хотелось. Константин подарил Олегу утраченное вдохновение и интерес к жизни, как его теперь отпустить? — Спасибо вам… за сегодняшнюю экскурсию. — уже по привычке утыкаясь в шарф, проговорил Волков, пряча улыбку. — Спасибо вам за приятную компанию, — обменялся с ним любезностями Костя и протянул визитку, — если захотите еще обсудить искусство или просто поговорить, то прошу, звоните. Олег взял визитку и посмотрел на нее, как на что-то необычное. Спрятал ее под чехол и посмотрел в чарующие глаза Кости. — А если ночью позвоню? - хитро сощурился он. — Звоните, я отвечу. — загадочно улыбнулся Костя и, махнув рукой, ушел, оставив Волкова стоять в своих мыслях и догадках. Олег не стал стоять долго. Задумавшись, он побрел вперед, полностью погрузившийся в свои мысли о Косте. Как Волков дошел до дома — не помнил, ноги сами довели его. **** С момента их встречи прошла долгая неделя. Они больше не пересекались, даже не созванивались, однако, всю ту неделю, Костя жил в голове Олега. Он.. стал для него буквально константой, забавно, правда? Час ночи. Закутанный в одеяло Олег вышел на балкон и сонно посмотрел на Петербург. Пошел снегопад. Будто серебряная крошка, он покрывал всё вокруг, зависая в воздухе и создавая собой туман, только снежный и осязаемый. Желание курить отпало, а рука сама потянулась за телефоном. Волков достал визитку из-под чехла и набрал номер. С замиранием сердца парень слушал гудки. — Алло…? - послышался сонный, немного сиплый голос. Олег улыбнулся. —Посмотрите в окно, - вместо «здравствуйте» сказал он, - правда красиво? Было слышно, как на другом конце провода со вздохом Константин вставал с кровати и шел к окну. Он ахнул, смотря на заснеженную улицу Петербурга. — Очень красиво… - прошептал Костя. Повисло молчание. Оба парня любовались снегопадом с разных концов Петербурга, слушая дыхание друг-друга по телефону. —Вы позвонили мне, чтобы показать снегопад? - первым нарушил молчание Костя. Кажется, в его голосе была улыбка. — Да. Он напомнил мне вашу красоту, - совершенно не следя за словами ответил ему Олег. Опять тишина. Опять лишь глухой стук собственного сердца и чужое дыхание в трубку. — Умеете вы… вгонять в краску… - усмехнулся Костя. — Говорю, что есть, не смейтесь. - и сам улыбнулся Олег. — Простите. — Не стоит. Вы знаете, откуда в Петербурге лучше всего стоит любоваться снегопадом? — Нет… а вы? — А я знаю и хочу показать вам. — … сейчас? — Сейчас. Встретимся на Дворцовой площади. Я буду ждать вас. На что Олег надеялся, когда почти в два часа ночи нарушал комендантский час и шел на дворцовую площадь? Увидеть лиловые глаза, само собой. Но возможно ли это? Волков старался не думать, а делать. И он сделал. Он стоял на дворцовой площади и докуривал сигарету, выглядывая в пелене снегопада знакомую фигуру. В ночи блеснули аметистовые глаза, напоминающие две бездны. — Вы… пришли… - выронив догоревшую сигарету удивленно проговорил Олег. — Вы же сами позвали меня, разве нет? - невинно улыбнулся Константин. Волков по-дурацки улыбнулся в ответ, чувствуя, как сердце его вот-вот вылетит из груди. Двое малознакомых парней молча шли по заснеженному Петербургу. Это молчание не было неловким, оно не давило, нет. В этом молчании был лишь комфорт и радость встречи. Оба, сами того не осознавая, скучали. Такое бывает, когда люди связаны судьбой. Уже с первой встречи их сердца неровно бьются друг при друге, но, как обычно это бывает, замечают они это не сразу, ведь… кто поверит в любовь с первого взгляда? Время перевалило за два часа ночи, когда Олег за руку завел Костю на одну из крыш питерских домов. — Еще немного… - не выпуская его ладони из крепкой своей, проговорил Олег и провел Костю чуть дальше. — Должно быть, я сошел с ума, раз согласился зайти с вами на крышу, да ещё и с закрытыми глазами, — усмехнулся Костя. — Возможно… - выпуская руку Кости из своей, сказал Олег. - открывайте глаза. Ахматов открыл глаза. Его взору открылся невообразимо красивый вид на Дворцовую площадь и засыпанный снегом Зимний дворец. Он будто в момент перенесся в другой век. Снег добавлял своего волшебства и таинства петровскому детищу, это факт. — И правда… это лучшее место для любования снегом, - с улыбкой на губах проговорил Костя. — И лучшее для любования вами. - добавил Олег, повернувшись к нему. Помните, я говорила про любовь с первого взгляда? Она подобна убийце, что неожиданно выпрыгивает из подворотни и убивает человека в один миг. Однако, большинство успевают убежать. Но не Олег. Он даже не стал пытаться и позволил любви вонзить свой кинжал в грудь. Так же поступил и Костя. Костя смотрел в лесные глаза, будто ища в них какую-то насмешку или издевку, но не находил. Незыблемое спокойствие и любовь наполняли лесные глаза, что не покидали мысли Ахматова всю неделю. Он тайно посещал театр и любовался им на сцене, он инкогнито мониторил его социальные сети и считал себя полным глупцом, надеясь на звонок, на еще один разговор, даже не позволял себе мечтать о взаимности, а тут… — Вам идет снег, такой же легкий, но загадочный и изящный, - продолжал Олег и холодной рукой коснулся щеки Кости. У Ахматова забегали глаза. — Не понимаю… вы… спонтанный человек. Не вспоминали обо мне столько дней, а теперь говорите такие вещи… - растерянно заговорил Костя, борясь с желанием приластиться к его ладони. — Не правда. Вы не покидали мою голову ни на секунду. Я… боялся вам писать, чтобы не быть навязчивым. Как видите, не сдержался, - неловко улыбнулся Олег. — Да ты не только Моне и Мане путаешь… еще и в чувствах не разбираешься, - расцвела улыбка на лице Кости. Он взял лицо Олега в свои ладони и, притянув его к себе, поцеловал. Лепестки губ сомкнулись в головокружительном, холодном поцелуе, отнимая у них последние попытки выровнять дыхание. Снег шел, они целовались, а Питер спал, отдавая эту ночь полностью во владение влюбленных…