" Поезд чудес" Your Boyfriend.

Спустя девять часов на шоу в Берлине... Смотря на последнее твою шоу в программе, Питер сидел на самом верху ряда с другими посетителями, но они его не видели. Питер: Говоря про себя: Все ещё не могу привыкнуть к тому, как она меняет голоса, хоть и ее настоящий голос вызывает страх. Но все-таки... Питер смотрел на тебя, и как ты пела разными голосами песни, что заказывали зрители, и рядом с твоей сценой в вагоне был большой экран и колонки, чтобы доказать зрителям, что ты поешь в живую, ты подходила к рядам, и все раскрывали рты от шока и удивления. Питер: Говоря про себя: Она ни с кем не говорит им, кроме меня и Мориса. Значит ли, что ты мне доверяешь? Питер едва издала смешок. Морис: Что смешного? Питер: Я заметил, что она ни с кем не говорит, кроме нас своим голосом. Морис: Хммм и правда. А что такого? Питер: Сам не знаю. Просто сложно понять, что у нее на уме. Шляпа хмыкнула и едва посмеялась. Морис: Неужели тебя впервые что-то интересует, кроме славы и денег? Питер едва оскалился, сжимая свою трость. Питер: Я должен о ней знать все. Как и про остальных. Шляпа вытянула свои руки из ленточек и сделала вид, что задумалась. Морис: Ты сам не даёшь кому-либо о себе что-то узнать. Так чего хочешь от нее? Ты даже не смог ей сказать о том... Питер: Ее страх так силен сейчас. Шляпа замолчала, и посмотрела внимательнее на тебя, но ты улыбалась и добродушно пела и танцевала, касаясь некоторых гостей. Морис: Тебе лучше знать. Питер: Я никогда не чувствовал такого страха. Питер чувствовал страх гостей на всех программах шоу близняшек, Вио и Дениела, и лишь твое шоу должно было разнообразить все это и развеселить гостей, и ты показывала удивительный успех, и не показывала снаружи не капли страха. Питер: Говоря про себя: Что же тебе сделали такого люди, что ты боишься их больше, чем осознание того, что есть загробный мир и его жители из самых темных легенд? Питер чувствовал и пробовал твой страх словно дорогое блюдо, наполняя себя силой, и небольшим ощущением, словно он живой, чувствуя тепло. Питер: Говоря про себя: Такой сильный страх... Призрак не хотел признавать, что когда мог касаться тебя дольше с помощью браслета, что он дал тебе, от тебя шло тепло, что сводило его с ума, не чувствуя ничего, что может живой, и его начинало одолевать ощущение поглотить и овладеть твоим телом. Питер: Морис... Шляпа удивилась, что Питер назвал его по имени спустя много лет. Морис: Что? Питер: Если я сойду с ума и стану одержим ее телом, останови меня. У шляпы появился шок в глазах, и она посмотрела на тебя с волнением, но помолчала, обдумывая решение. Морис: Эти правила не действуют, пока она не в особняке. Питер: Ее страх наполняет меня и дразнит. Со мной первый раз такое, чтобы, я... Глаза призрака начали светиться ярче, смотря на тебя не отрываясь, и когда, ты приблизилась к ряду, где он сидел, он мог даже почувствовать, как твое сердце бешено бьется. Питер: Как только, я начал ее касаться, я чувствовал себя на секунды живым, и чувствовал старые запахи прошлого. От утренней овсянки каждое утро и запаха травы в саду. Шляпа не на шутку была напугана тем, что говорил Питер, что смотрел на тебя, словно на добычу. Питер: Запахи и ощущения прошлой жизни. Моей жизни. Морис: Прекрати! Питер почувствовал боль в голове от шляпы, и словно пришел в себя. Морис: Я понял тебя! Я приведу тебя в чувство, но лишь потому что, я не хочу получить проблем! И Т/и не заслуживает того, что ты хочешь с ней сделать! Питер скалился от боли в голове от шляпы, но почувствовал облегчение, когда она согласилась помочь. Питер: Говоря про себя: Лучше тебе держаться от меня по дальше, малышка. Ты даже не представляешь, как я падок на свои грехи гордыни и алчности. Когда твое выступление закончилось, все начали аплодировать, как и Питер с шляпой, но ты заметила у него, как его голубые глаза блестели в темноте на верху ряда. Питер: Говоря про себя: Сладкий грех сладострастия твоего тепла тела, в которое я хочу погрузиться, чувствуя тебя и как владею твоей жизнью. Питер исчез из твоего вагона, что был передвижным зданием, как и другие части поезда, меняя форму, когда он останавливался. Питер: Отличное шоу. Я доволен. Призрак смотрел на звёзды, чтобы отогнать мысли о тебе, что его пугали, что впервые было для него за много лет, не чувствуя до этого, никогда такого. Питер: Говоря про себя: Не жалей не о чем, Партекс. Не о чем не жалей.