Бойся меня, не люби меня

      Злодеи существует не только в сказках. Зачастую на своём пути мы часто встречаем особенно злых людей. Они могут показывать свои плохие качества или скрывать, притворяясь добрыми. Человек может прожить всю жизнь с добрым и искренним сердцем, но любое жизненное событие может превратить эти качества во зло и жестокость.        До определенного момента она проводила время за интересными книгами и учебниками. Единственные два занятия, которые у нее были.        Естественно, что тратя столько времени на литературу, Аида была очень начитана и способна. Она многое знала и могла легко рассказать о любом прочитанное событии.        Среди других она явно была лучше. Это можно было сказать не только по её интеллекту, но и по внешности.        У Аиды были темно-рыжие волосы, почти медные, высокий лоб, красивые и ухоженные брови, пухлые губа с острыми верхним уголками . На бледной коже лежал тонкий слой пудры, а губам она добавляла немного яркости с помощью легкого слоя помады.        Из примечательного в её внешности были ярко выраженная талия и большие бедра и высокий рост. Но она выглядела ещё выше, ведь всегда носила обувь на каблуке. Также можно добавить небольшую сутулость, вызванную частым несоблюдение осанки, вернее её абсолютным несоблюдением.        Следуют рассказать об её характере. Добрая, позитивная, искренняя, жизнерадостная, при этом спокойная и миролюбивая. Также в её характере преобладали сдержанность и скромность.        Аида пребывала в уединении с собой. Ей всегда было комфортно в компании книг и лучшей подруги. С этой девушкой Аида могла говорить на любую тему, как посмеяться, так и обсудить серьёзные проблемы. Лишь изредка девушка обращалась с людьми из света. Но её мать считала, что юной леди необходимы друзья и подруги, которых у Леди было довольно много. Подругу Аиды звали Эмили Адикес. Девушка была немкой, - её отец был немецким герцогом, переехавшим в Англию. У Эмили была полная семья, также был младший брат по имени Клаус.        Следуют упомянуть о семье Аиды. Её отец умер из-за сильнейшего отравления, вследствие чего матери Аиды пришлось взять обязанности о состоянии и хозяйстве мужа на себя. Тем самым она показала свою независимость и власть над другими.       Её мать редко общалась с дочерью, предпочитая ей своих подруг и мужчин. Иногда, конечно, она общалась с Аидой. Но эти взаимодействия никогда не радовали девушку. Она видела в матери скорее врага, нежели друга.       Аида увлеклась историей и литературой. Это было редкостью для женщины того времени. Общество считало, что главным в жизни женщины должно быть деторождение и семейная жизнь, а не умные вещи, которые должны интересовать мужчин. А уж если жена была умнее мужа, то это был катастрофический позор!        Учёба Аиды была устроена следующим образом, - девушка не обучалась в школе, а занималась дома. Её мать не считала нужным посещение её дочери такого места. Женщина очень хотела, чтобы девушка была образованной и начитанной, да и сама Аида этого хотела. Чего ещё можно желать, когда красота у тебя уже есть? Естественно, - ум и интеллект.       Девушке преподавали такие предметы, как : история, арифметика, английский и немецкий языки, этикет, бальные танцы, рисование и вышивания.        Арифметику девушка не любила. Она часто путалась в этих числах, также у неё возникали проблемы с вычислениями. На этом предмете Аида решала задачи и разные выражения, изученные на уроках, после преподаватель объяснял новую тему и девушка выполняла задания по ней. Никаких тестов и контрольных работ у неё не было, как и домашнего задания, поэтому можно сказать, что остаток дня после уроков девушка всегда была свободна.       Учителя арифметики звали Оскар Уэйл, - мужчина средних лет. Он жил в Лондоне, но был приглашён матерью Аиды для обучения девушки. Он был очень требовательным и строгим, но это не мешало ему относится к ученице хорошо. Мистер Уэйл старался четко объяснять темы, чтобы девушка всё понимала, ведь он знал, что точные науки даются нелегко.        Языки давались ей с легкостью. Английский был её родным языком, а немецкий было выучить нетрудно, из-за простого чтения слов, доступности, распространенности и простой грамматики.        Немецкий и английский проходили одинакового. Упражнения на грамматику, речь и умение переводить данный текст. Также частым заданием было сочинение на одном из языков на предложенную тему, - их предлагалось несколько.        По немецкому и английскому языкам был один преподаватель, - Гертруда Майер. Женщина приехала из Германии в Англию, в надежде найти более оплачиваемую работу, чем на Родине. По характеру Гертруда была спокойно, терпеливой и миролюбивой. Она всегда старалась проявлять только добрые качества. На уроках она не показывала строгости, и, из-за этого Аиде казалось, что она говорит с подругой, а не с преподавателем. Впрочем, саму Гертруду такие взаимоотношения устраивали.        После немецкого языка девушка спускалась в столовую, чтобы поесть. Каждый день еда была разной, но она предпочитала ростбиф, - жаркое из говядины, которое сворачивалось в рулет. На десерт девушка ела только Челси-бан, - Упрощенный вариант рулета. Он имел вкус смородины и сахара. Напиток всегда был неизменным - чёрный чай или какао с молоком. ***        Сегодня подавали пирог из свинины, считающийся традиционным английским блюдом и яблочный пирог. В любое время кроме вечера подавался чай, вечером же можно было выпить немного алкоголя.       Несмотря редкое времяпрепровождение с матерью, завтракали и обедали они всегда вместе.        Столовая была в георгианском стиле, в бордовом цвете, с соблюдением классических пропорций, изысканностью цветовой палитры и небольшими украшениями. Вся мебель была изготовлена из красного и выглядела очень эстетично и элегантно. Пол был из древесины дуба.       Столовые приборы переливались своих серебром на солнечном свете. Сам сервиз был белого цвета с розовым рисунком. На тарелках был изображён домик с несколькими деревьями и далёким полем, а по краям росписан цветами. На чашка были изображены небольшие цветы, красовавшиеся по центру кружки, но внизу присутствовал небольшой узор.        Её матери ещё не было за столом. Аида окинула взглядом стол и села за него. Девушка решила прийти в столовую пораньше, чтобы насладится одиночеством перед обедом с матерью. Она непременно начала бы трапезу без Персефоны, если бы это не было запретом. Аида не имела права есть без присутствия леди Уоррен.        Через несколько минут её мать появилась. Это была женщина с такими же темно-рыжими волосами, собранными в высокий пучок, статной фигурой и идеальной походкой. Она была одета в бордовое платье с длинными рукавами. На руках было много золотых колец, некоторые были с камнями.        Сопоставив дочь и мать, можно было легко понять, в кого Аида такая красивая. И действительно, женщины были очень похожи. Несмотря на это, в девушке также были заметны черты отца, - овальное лицо, форма губ и цвет глаз. Одним словом, почти идеальная копия Персефоны. - Добрый день, матушка, - поздоровалась Аида и встала, чтобы сделать небольшой реверанс. - Добрый день, Аида, - женщина кивнула и села за стол. Члены семьи обычно ели одинаковую еду, лишь на ужин делались исключения в подаче. - Вам что-нибудь нужно, леди Уоррен? - спросил лакей. - Да, принеси мне чаю.        Лакей тут же ушёл на кухню за чайником. В это время у леди Уоррен было время поговорить с дочерью наедине. Не то чтобы присутствие слуг ей мешало, - женщина не терпела, когда её разговоры с дочерью слышал посторонний человек, но слуг она не прогоняла, считая, что они в любой момент могут ей понадобится.       Многие аристократы использовали колокольчик, чтобы звать слуг. В семье Аиды таким способом пользовались только для вызова некоторых. Лакеев и дворецкого звали иначе, предпочитая стучать чайной ложечкой по чайной чашке. Казалось бы, немного необычный и неаристократичный способ, но Леди Уоррен это не волновало. - Мистер Уэйл сказал, что урока в пятницу не будет, - произнесла мать Аиды. Лакей поставил чай на стол. Женщина взяла чашку и отпила немного напитка. - Хорошо, - несмотря на сдержанную реакцию Аиды, в мыслях она прыгала от радости. Обычно Мистер Уэйл отменял уроки редко, и в пятницу был такой редкий случай. Чаще всего леди Уоррен говорила с дочерью только об её учёбе и следующих выходах в свет. - А ещё Миссис Моррис упомянула, что нужно купить платье для бала, который состоится в конце весны. Я бы хотела узнать, какое платье ты хочешь? Девушка задумалась, параллельно с этим едя. - Чёрное. - Чёрный - цвет траура, и ты это прекрасно знаешь, - по тону женщины можно было легко понять отказ. После этого Аида никогда не спорила с матерью, ведь понимала, что это делать бессмысленно, - её мать любым способом одержит верх над ней. - Хорошо, темно фиолетовое, из лёгкой ткани, чтобы моя фигура выглядела ещё выигрышнее, - немного подумав, ответила дочь - Этот вариант мне нравится куда больше, - воодушевилась Леди Уоррен, - Сегодня же пошлю приглашение портнихе. Не сомневайся, сегодня она будет здесь. А что насчёт обуви? - Я думаю, чёрные сапожки идеально подойдут, - ответила Аида. - Отлично! - воскликнула Персефона , - Я очень рада тому, что ты наконец можешь выбирать элегантные наряды, а не безвкусицу.        После они ни о чем не говорили, только наслаждались прекрасной едой. После обеда Персефона ушла писать приглашение портнихе, а Аида направилась к себе в комнату, чтобы заняться своими делами.        Комната девушки была выполнена в тёмных тонах. Обои были бордовыми, шторы винного цвета, а сама мебель из темного дерева. В ее комнате не было картин, ковров и гобеленов. "Холодный пол, холодные стены", как она это называла. Но этот холод казался родным и приятным. У девушки была большая кровать из тёмного дерева, книжный шкаф с огромным количеством литературных произведений. Рядом присутсововали два мягких кресла. Шкафа для одежды у Аиды не было. Вместо него у неё имелась прекрасная гардеробная, где было тысяча платьев, пар обуви и украшений, которые она надевал очень редко.       Свободное время Аида проводила за чтением книг. Каждый раз, когда её мать ездила в Лондон она обязательно просила купить ей какое-нибудь новое произведение, ведь библиотеки в её доме не было. Её книжный шкаф постоянно ломился от толстых томов, поэтому нередко книги лежали в разных частях комнаты, - чаще всего на подоконнике.        К сожалению, у Аиды не было уроков литературы, на которых она могла обсудить свое мнение по поводу той или иной книги с учителем. Девушка просила мать пригласить учителя, так как считала это нужным для себя. Но Леди Уоррен всегда отказывала. - Тебе это не нужно, ты всегда можешь обсудить книги с Эмилией, а тратиться на ещё одного преподавателя я не собираюсь. Наше состояние не бесконечно. И Аиде приходилось мириться с решением матери, ведь как уже было упомянуто спорить с Леди Уоррен не стоило.       Взяв одну книгу с полки, Аида удобно устроилась в одной из кресел и приступила к чтению. Время за книгой проходило незаметно, поэтому когда пришло время идти к портнихе, Аида старалась продлить секунды, чтобы дочитать страницу. Книги слишком захватывали девушку, из-за этого она часто опаздывала. Естественно, её мать это не радовало. Женщина часто упрекала дочь по этому поводу, девушка же не обращала на это внимание.        Аида прошла в комнату для гостей, где был приём всех похожих персон. По интерьеру комната отличалась от других. Она была выполнена в изумрудный тонах и золотыми элементами, создавая приятную и успокаивающую атмосферу. Зайдя, Аида заметила свою мать, сидящую в кресле с нетерпением, смотрящую на неё, и швею. - Добрый день, миссис Стокер, - поздоровалась Аида с портнихой.       Миссис Стокер работала швеей в одном из ателье Лондона. Она была не просто швеей, а старшей швеей, и соответственно имела небольшое положение среди остальных работниц. Именно миссис Стокер шила все наряды для матери и отца Аиды, также для самой девушки. Свою работы женщина всегда выполняла прекрасное, и Леди Уоррен щедро платила ей за это. Каждое платье, каждый костюм выглядел словно произведение искусства, и имел характерную индивидуальность. Этому также сопутствовал идеальный вкус Леди Уоррен. Она всегда выглядела стильно и элегантно.        Миссис Стокер была уже старой женщиной, напоминавшей Аиде свою бабушку. Седые длинные волосы она собирала в шишку и носила очки. Платье было простым темно- серого цвета. - Добрый день, Аида, - Миссис Стокер была занята, раскладывая необходимые принадлежности для снятия мерок, - Я уж думала, что вы нашли другую портниху, Леди Уоррен, - она посмотрела на мать Аиды, сидевшей в кожаном кресле. - Ни в коем случае, Миссис Стокер. Ваши наряды просто шик, я не могу отказаться от ваших услуг. Миссис Стокер улыбнулась. - Ну что ж начнёт, - она жестом позвала Аиду в себе и приложила сантиметров ленту к груди Аиды. - Так, под грудью 75, груди 80. Теперь она переместила сантиметровую ленту к талии девушки и записав размеры приступила к измерению следующей части.        Аида привыкла к прикосновениям швеи, но всегда вздрагивала в такие моменты. Для нее это было совсем непривычно. Можно с уверенностью сказать, что Аиде не нравились прикосновения, ни родных, ни чужих людей.        Миссис Стокер записала последний размер и с гордостью заявила : - Готово! Леди Уоррен передала мне ваши пожелания по поводу платья. Я напишу, когда нужно будет прийти на примерку.       Женщина начала неторопливо собираться, в то время как Леди Уоррен сурово наблюдала за ней. Её взгляд говорил женщине быстрее уйти, словно она была нежеланным гостем в её доме. - До свидания, Леди Уоррен.       До свидания, Аида. Миссис Стокер улыбнул старческой бабушкиной улыбкой и покинула комнату. - На этом балу тебе нужно найти достойного кавалера, Аида, - заявила Леди Уоррен, пристально смотря на дочь, - Тебе почти восемнадцать и ты до сих пор незамужем! Это просто возмутительно! Ты не представляешь как на нас будут смотреть в обществе, если узнают об этом. Я уже опасаюсь, что ты гомосексуалистка!        Такие нравоучения Аида слушала почти каждый день от своей матери. Иногда девушке казалось, что мать её не любила и побыстрее хотела избавиться от неё, выдав замуж. - Иногда мне кажется, что ты меня не любишь. Ты так яро хочешь выдать меня замуж, - с ледяным спокойствием ответила Аида. - Естественно, я люблю тебя. Не понимаю, почему ты так думаешь. Я скорее пытаюсь защитить тебя от слухов, которые могут появиться, если ты не выйдешь замуж! - Что ж, ладно, я подумаю над этим, и попробую найти кого-то, кто мне понравится. - Постарайся, постарайся. А теперь иди, готовься к уроку этикета, - леди Уоррен театральной взмахнула рукой, словно желая побыть в одиночестве. - Подожди, я хотела кое что спросить, - остановила её дочь. Мать, чуть опустив голову на плече, посмотрела на Аиду, ожидая что она скажет. - Я надеюсь ты помнишь о том, что я пригласила Эмили к себе на следующие два дня? - Конечно, помню, не волнуйся ближайшие два дня меня не будет. У Леди Вудхаус трехдневный приём. Ах, как мы давно не виделись, я уже скучаю по ней. - Хорошо, - ответила Аида и тут же покинула комнату.       Она была несказанно рада тому, что уже завтра увидит свою подругу, кроме этого её мать наконец-то покинет дом. Несмотря на любовь Персефоны к балам и приёмам, женщина провела несколько дней дома, что начало раздражать Аиду. Она привыкла к тому, что всегда была предоставлена сама себе, а ещё ей нравилось на время отъезда её матери становится госпожой поместья. Но это ни в коем случае не означает, что дочь не любила свою мать, - она просто не находила с ней общий язык в том плане, что Персефона не водила с ней долгих бесед и разговоров.       Женщинам просто не было интересно друг с другом. Они не могли по-дружески беседовать как это делали семьи из подруг, ведь изначально в их семье существовал разлад, вызванный смертью Лорда Уоррена и полной скорбью Персефоны. Леди Уоррен не могла перестать грустить об утрате и потому не торопилась замуж. Прошлое просто не отпускало женщину. Оно оставило огромную дыру в её сердце и отношениях с дочерью.