Жертвы собственной гордыни

      — Биологическая база данных? Что ты хочешь этим сказать?       — То, что весь остров — словно один сплошной живой организм. И дерево является центральным процессором системы эко-восстановления. — послышался звук лопнувшей жвачки, за которым последовало спешное клацанье по клавиатуре. — Смекаешь? Стелларон здесь никоим образом не причастен.       — Значит, мы проделали весь этот путь зря. — нахмурился брюнет, безынтересно наблюдая за заполняющейся командной строкой на экране. Девушка с серебряными волосами, казалось, проигнорировала его безутешные выводы. Предметом ее интереса сейчас выступал один из обнаруженных системой файлов.       — Бинго! — внезапно воскликнула Серебряный Волк, хлопнув ладонью по центральной кнопке на панели. — Сейчас выгружу информацию и будет понятнее, как удалить вирус, вызвавший появление межзвездных червей.       — Меня это не интересует. — отмахнулся Блэйд, повернувшись в сторону выхода из кабины управления. Уже второй раз подряд их поиски заходят в тупик. И это не могло не злить юношу — ведь чем дальше конечная цель, тем дольше оттягивается так желанное им обретение свободы от оков вечной жизни, вечной ненависти. С другой стороны — еще так много вопросов осталось без ответа, а значит, не время складывать меч в ножны.       — Ищейка, подойди-ка сюда.       Мечник нехотя обернулся — не показывая виду, он крайне негативно реагировал каждый раз на подобные обращения. Сровнявшись с Волком, стоящей за панелью управления, Блэйд взглянул на данные, возникшие на экране.       — Это не вирус. — барабаня пальцами по краю панели, с интересом протянула хакер. — Повелитель Демонов — такой же равноценный фрагмент данных, как и все то, что порождает дерево Тхестанг.       — Не твоя сфера деятельности? — с едкой ухмылкой, которую не так часто можно было увидеть на безэмоциональном лице, произнес Охотник, что определенно возмутило Серебряного Волка.       — Ставишь под сомнения мои навыки, ищейка? — фыркнула девушка, смахнув слайд с сенсорного экрана на гаджете. — Удаление данных займет считанные минуты. Но я лишь смею предположить, что, если вся эта система была создана иноземной цивилизацией, то каждый фрагмент был тщательно продуман и не является лишним. Кто знает, по какой причине было запрограммировано рождение межзвездного червя на этой мирной планетке каждые шестьдесят лет.       — Очевидно, чтобы местным племенам скучно не жилось. — пожал плечами Блэйд, на что хакер только цокнула языком.       — Опять остришь. — скривив рот, девушка вновь вернулась к командной строке.       «В каждой шутке лишь доля шутки» — хотел ответить Блэйд, но Волк сбила его с мысли последующей фразой. — Лучше поброди где-нибудь, я сама со всем разберусь. Кстати, да — найди Кафку и сообщи, что ее, цитирую, «отпуск на райском острове», подходит к концу. Еще и с пустыми руками придется вернуться.       Действительно, Охотница настолько вжилась в роль «отдыхающей», что даже к выполнению задачи подошла столь безответственно, что непривычно для нее — вовсе отказалась исследовать топь, где находился «ключ» к дереву Тхестангу, дабы не замарать новое пальто. А ведь вполне вероятно, что именно здесь Охотники за Стеллароном могли найти предмет своего интереса. И кто знает, где теперь можно было искать эту непредсказуемую леди — кошка, которая гуляет сама по себе, никогда не ставит в известность других о намеченной траектории прогулки. Хотя у Блэйда, на самом деле, сложностей с этим было меньше, чем у других. Быть может именно поэтому Серебряный Волк дала ему это раздражающее слух клеймо «ищейка». И достаточно было выйти за территорию топей, которые скрывали корни древа Тхестанг, как взгляд Охотника пал на расположенную неподалеку возвышенность. С нетленной любовью Кафки к высоте и, прежде всего, ощущению превосходства над другими, немудрено было бы встретить ее именно здесь.       Ожидания, конечно, подтвердились — девушка стояла неподалеку от обрыва, неспешно опустошая содержимое бокала. Услышав за спиной хруст веток, она опустила голову, прикрыв глаза и расплываясь в улыбке.       — Мы снова ошиблись.       — Верно, Стелларона здесь нет. — безэмоционально ответил Блэйд, остановившись в нескольких шагах от стоящей к нему спиной Кафке. Обдумав ее высказывание, он отвел голову в сторону. — Как давно узнала об этом?       — Хм… — нарочито сделав задумчивый вид, Охотница помешала напиток, раскачивая бокалом из стороны в сторону. — Примерно тогда же, когда мы прибыли на Вонвак?       — Но почему? — все так же не вкладывая никаких эмоций в свои слова и не меняя выражения лица, лишь повернув голову в сторону напарницы, спросил юноша. — Это была лишь пустая трата времени.       — Считаешь? — наконец развернулась Кафка, поднимая свои коралловые глаза на собеседника. Было не понятно, действительно ли она выжидает ответа от Охотника или это была лишь выдержанная пауза. После затянувшейся тишины, нарушаемой лишь отдаленным уханьем совы, девушка поправила одной рукой свисающее с ее плеч черное пальто и протянула бокал Блэйду. — Угощайся. Это изумительное вино приготовлено из плодов Тхестанга. Кто знает, что легло в его основу… может быть, даже человек?       — Отвратительно. — резюмировал брюнет, безынтересно переводя взгляд на протянутый бокал, что вызвало звонкий смех Охотницы.       — Люблю слышать комплименты из твоих уст, крошка Блэйд. — завершив свою фразу, Кафка залпом опустошила бокал и изящно отбросила его на землю, где тот разлетелся на мириады осколков, встретившись с остроугольным камнем. — Элио будет удивлен, узнав, что Охотники за Стеллароном теперь еще и филантропией промышляют.       «Она уже знает о планах Волка удалить Повелителя Демонов из базы?». Блэйд шумно вдохнул, сжимая забинтованную руку в кулак. Это было до закипания крови в жилах несправедливо. Кафка знала практически все о его жизни, как минимум то, о чем помнил сам юноша. Но сама Охотница за Стеллароном все так же оставалась этакой полураскрытой книгой, которая вроде и не запрещала узнать о ней все, но тщательно хранила вырванные страницы в скрытой секции письменного стола. Играть по ее правилам не было никакого желания — поэтому каждый раз сталкиваясь с осведомленностью Кафки в тех или иных вопросах, Блэйд лишь делал вид, что все происходит так, как и должно быть. Крепко сжатая ладонь тут же расслабилась.       — Считаешь, что теперь жизнь на Ваке наладится и кровопролитные войны канут в лету? — позволил себе саркастичный оскал юноша. Кафка подняла глаза с осколков, переливающихся на траве под светом звезд, на Охотника, с уверенностью сложившего руки на груди. — У меня другое мнение на этот счет.       — Умеешь заинтриговать. — сузив глаза, вполголоса произнесла девушка, после чего покачивающейся походкой подошла вплотную к Блэйду и провела тонкими, изящными пальцами по его забинтованному запястью. — Расскажешь? — и, потянувшись на носочках, добавила на ухо шепотом. — Так, как умеешь только ты.       Охотник хмыкнул, перехватив ладонь Кафки и провернув девушку в пируэте, от чего та снова звонко рассмеялась. Положив другую руку на ее талию, Блэйд повел ее в танце, резком и грубоватом, как могло показаться со стороны, но Охотница буквально не сводила очарованного взгляда с юноши, внимая каждому его слову.       — Вначале оба племени поймут, что общая угроза, наконец, миновала. И, казалось бы, должен наступить мир на планете. Но…       — Но? — с улыбкой вторила Кафка, ненароком споткнувшись и чуть не уткнувшись лицом в плечо Блэйда.       — Разве люди умеют жить в мире и согласии? — словно вспомнив о чем-то своем, юноша болезненно сжал руку Охотницы, от чего та закусила губу, но не стала выдергивать ладонь из жесткой хватки. Тем более, уже в следующее мгновение она ослабла, а сам Блэйд опустил взгляд на свою партнершу по танцу. «Ждешь моей реакции, подлец?» — иронично подумалось Кафке, но вслух она решила ничего не озвучивать. Уж слишком и без того идеален момент. — Любой союз… может быть разрушен во имя жажды власти.       — Думаешь, они пойдут войной друг на друга? — спросила Кафка перед тем, как Охотник сделал выпад в сторону и «уронил» девушку в изящном камбре.       — Думаю? — притянув ее к себе и внимательно заглянув в помутненные от хмельного глаза, ответил Блэйд, не сдержав надменную ухмылку. А Кафка поймала себя на мысли, что на секунду даже позабыла о теме разговора, и даже не заметила, как с ее головы слетели очки. Все-таки, какими же завораживающими были эти глаза, практически алые от зияющих в них ненависти и жажды мести смертной души, таящихся где-то в глубине бессмертного тела. Настолько в глубине, что вместе с этим во взгляде читается и растерянность — ведь его обладатель до сих пор так и не определился, кому предназначены эти губительные чувства. — Ты даже не представляешь, как я в этом уверен.       «Не сомневаюсь» — подумала про себя Кафка, и дух ее перехватило. После очередного разворота она ощутила, что оказалась спиной к обрыву — всего шаг, и гарантирован полет в пропасть. У любого другого человека в этот момент побежали бы табуном мурашки по спине от ощущения опасности, огнедышащей в спину, подобно дракону. Но на лице Охотницы появилась блаженная улыбка — более того, она сама оттолкнулась назад, и теперь от падения в неизвестность ее отдаляла лишь крепко сжимающая ее расслабленную руку ладонь Блэйда.       — Каков же итог — что ждет население этой планеты? — филигранно отводя другую руку в сторону, как продолжение танца, вполголоса проговорила Кафка, увидеть мысленный процесс во взгляде Охотника которой то и дело мешал ветер, разыгравшийся с ее бордовыми волосами.       «Отпустит?».       Блэйд улыбнулся краем рта.       — То же, к чему приходят все те, кто пал жертвой своей гордыни…       «Конечно, отпустит».       Ведь всегда отпускал — знает, как она любит это прекрасное ощущение полета и свободы. А она знает, что Охотник не допустит ее гибели — как минимум, потому, что она, ровно как и Элио, знает все его секреты, и пообещала помочь в исполнении его заветного желания. Обрести вечный покой… Безусловное доверие, которое основано исключительно на чувстве долга. Но так ли это? И так ли сама девушка желает помочь, ведь конечным условием договора будет смерть неназванного. Даровав ему новое имя, новые цели, практически новую судьбу, появилось эгоистичное желание повлиять и на конечный итог их заключенного на словах контракта. Другой вопрос — как давно оно появилось и что на это повлияло? В очередной раз, ответа на него не нашлось, так как ощущение полета, как обычно, завершилось так же внезапно, как и началась. Нехотя приоткрыв глаза, Кафка посмотрела куда-то наверх — обрыв и не такой высокий на деле оказался. Какая досада. Словно выказывая свою немую прихоть не возвращаться пока еще на землю, Охотница приобняла за плечи Блэйда, крепко держащего ее в руках, и положила свою голову ему на плечо. Юноша никак на это не отреагировал, позволяя сбыться очередному небольшому желанию Кафки. Лишь немного погодя логически завершил начатую ранее фразу.       — …они прекратят свое существование.       — Эй, вы, двое! — услышав где-то вдали смутно различимый, но знакомый голос, Охотница тяжело выдохнула, приподнимая голову. — Значит, навесили всю ответственность на меня, а сами ходите и прохлаждаетесь без дела?       — Удалось удалить данные из базы? — постным тоном ответил Блэйд, когда буквально через мгновение нарушительница покоя оказалась уже перед ними, опираясь спиной и одной ногой на дерево.       — А могло быть иначе? — надув пузырь из жвачки, девушка с насмешкой наблюдала, как Охотник бережно ставит Кафку на землю. — Слушай, тебе бы банджи-джампингом заняться, серьезно. Сколько можно нашего ищейку эксплуатировать.       — Благодарю за совет, Волчонок, обдумаю это на досуге. — с сарказмом ответила девушка с бордовыми волосами, сиюминутно словив прилетевший со стороны хакера предмет. Им оказались «утерянные» минутами ранее очки. — К тому же, «ищейка», как видишь, ничего против не имеет.       — Дело ваше. — лопнув пузырь, Серебряный Волк посмотрела на гаджет, закрепленный на руке. — Пора отчаливать. Подозрительная активность была замечена на Скрюллуме, возможно хотя бы там причиной окажется Стелларон, а не проделки иномирцев.       — Планета с механическим солнцем? — склонив голову набок, Кафка задумчиво завернула прядь волос на палец. — Быть может, и стабилизатор экосистемы Вонвака — дело рук этих ребят, скрюллумитов?       — Чтобы неорганическая форма бытия решила позаботиться о создании системы эко-восстановления и рождении живых организмов? Ни в жизнь не поверю. — хмыкнул Блэйд, опершись рукой в бок.       — Ну же, крошка Блэйд — я думала, твой пессимизм распространяется исключительно на людей. — встретившись глазами с безразличным взглядом исподлобья, Охотница рассмеялась с закрытым ртом, и, развернувшись на каблуках, обратилась к Серебряному Волку. — Чего же мы ждем?       … Некогда бушующие волны заботливо омывали берега острова Вака, на котором царила тишина и покой.       Некогда поделенный на два равноправных лагеря, этот зеленый мир наконец стал единым организмом, каждая единица которого живет заботой о другой.       Некогда населенный людьми… теперь мир навсегда исцелен, хотя и не был поражен болезнью.       Поразмыслив над последней фразой, Элио добавил незамысловатый крючок, превращающий точку в вопросительный знак, и закрыл свои записи, отложив сшитые воедино бумаги в открытый ящик письменного стола.