Ты моё настоящее

      — Что здесь вообще происходит, меня не было четыре дня. И второй день я наблюдаю одно и тоже. У вас тут как будто обет молчания. Если раньше присутствовали неловкость, то сейчас к этому прибавились и разногласия. Что вы тут втроём не поделили? Альта на тебя жалуется, говорит ты кусаешься, прям бесишь. Так что произошло?       — Ну произошло это гораздо раньше, чем ты уехала, — подняв взгляд на подругу начала я. — Кратко я переспала с Мэйт, с Беатрис.       — Ты что сделала? — поперхнувшись кофе, спросила Херминья, смотря на меня, как на сумасшедшую.       — Ты прекрасно слышала, что я сказала, не чего переспрашивать, — бросив ручку, огрызнулась я. В кабинете повисла тишина, а Херминья осматривала стол, нервируя меня своим молчанием и игнорированием. — Что ты молчишь, скажи хоть что нибудь.              — Да вот думаю позвонить психологу, отправить тебя к мозгоправу или самой кинуть в тебя чем-то тяжелым, хорошенько так приложившись, может мозги на место встанут. — отставив кофе заговорила Херми, поправила одежду и провела по собранным в хвост волосам, снова замолчав.       — У тебя огромный выбор, — с сарказмом проговорила я, скрестив руки на груди.              — Вот только не надо, Рам. Я же спрашивала тебя и ты заверила, что всё в порядке, ты взрослая женщина, а в итоге, что? Поступаешь как подросток, не управляющий своими желаниями.              — Я запуталась.        — Ты и не пыталась распутаться. — возразила Херминья. — Один вопрос, почему Мэйт, она же вроде как с Беатрис. Ты влезла...              — Они не были парой, — остановила я вывод Херминьи. — Я бы никогда не влезла в отношения, Херми, я не настолько испорченная. Мэйт мне нравится. Мы сблизились с ней, проводили время вместе, гуляли, и так получилось, что останавливаться было поздно, а спустя сутки, она сказала, что не может так, и ушла.       — Просто ушла без причины, — с сарказмом спросила Херминья.       — Просто ушла, сказав что не хочет соперничать с прошлым и ей надо подумать.       — Мэйт уехала и ты сбежала к Беатрис, а Беатрис уедет ты к кому сбежишь? — задала вопрос Херминья, не одобряя мои действия и не ожидая ответа на свой вопрос.              — Два дня Беатрис жила у меня, устав от палаты и больничной еды, так получилось что мы оказались в одной постели.              — Так получилось, как у тебя всё просто, — криво улыбнулась Херминья.              — Я всё еще люблю её, наверное, — оправдывалась и защищалась я, закурив в кабинете. — И в прошлом мы не торопились попробовать всё, мы так и не дошли до нашей первой ночи любви. Ненавижу эти чувства, они только всё путают и рушат.              — Ну я тебя поздравляю, ночь состоялась спустя восемнадцать лет, и ты усложнила жизнь всем троим. Браво! — совсем не поздравляя и рассердившись на меня, проговорила Херми.       — Знаешь, поддержка у тебя так себе получается. Мне и так хреново. Иди работать лучше, — обиженно проговорила я.       — Хреново? Хочешь чтобы я тебя пожалела? — ударив по столу заговорила Херми, ее руки легли на край стола и я оказалась ее заложницей, минутная битва взглядами и она продолжила глядя в глаза, эти изумрудные глаза потемнели, и я даже боялась того, что видела в них. — Этого не будет, Рам. Ты не жертва, ты эгоистка, вот что я думаю. И дура, вы обе с Беатрис на пару, дуры.              — Продолжай, даже интересно, — слушая подругу, попросила я, впервые за годы нашего знакомства она назвала меня дурой, впервые я видела такое неодобрение в глазах, но всё когда-то случается.               — Ты сама цепляешься за прошлое, ни на секунду не отпускаешь его все эти годы и не пытаешься это сделать. — прожигая меня взглядом своих зелёных глаз, эмоционально высказывалась Херминья. — Что ты делаешь, сбегаешь от того, что чувствуешь к Мэйт. Сбегаешь куда? В объятия прошлого. Как по взрослому, правда? Ты боишься позволить себе снова довериться кому-то. Вопрос почему? Чувствуешь вину? Сожаления? Как могло бы быть? Боишься боли? Живешь иллюзией прошлого. Но тебе уже больно и ты щедро раздаешь эту боль. Любишь, Беатрис? А любишь ли, Рам?              — Я не знаю, — повысив голос ответила я, чувствуя себя на допросе, и виноватой.              — За восемнадцать лет вы не нашли сил встретиться, поговорить, исправить, построить. Это ваша любовь? Грош цена такой любви, вот что я скажу. Любишь Мэйт? Сомневаюсь. Не получи Беатрис травму вы бы и не встретились с рыжей. И имя той кто вывела тебя из зоны комфорта и напомнила, что есть чувства, увлечения, притяжение, всего из четырёх букв. Повзрослей, Рам, открой уже глаза посмотри вперёд, а не назад, может увидишь настоящее. Ты не любишь ни одну, ни другую, ты прячешься в них, прячешься в сексе, но не любишь. Если ты так хочешь, обманывай себя и дальше, не стану препятствовать, но не надо винить судьбу и остальных, что в твоей жизни сейчас хаос и бардак, который ты сама же себе и устроила. Я не верю в любовь сквозь года и на расстоянии, во всяком случае процент слишком ничтожен. Ты сидишь в открытой клетке прошлого добровольно и тебе это нравится.              — Иногда я тебя ненавижу больше, чем люблю, — выслушав подругу и видя своё отражение в её зрачках проговорила я, эта невозмутимость, спокойствие, рассудительность, завораживали, я всегда восхищалась её умением передавать эмоции, силе этих эмоций.              — Знакомые чувства. Сейчас ты мне не нравишься. — нежно обняв меня и прижав к себе, уже мягко заговорила Херминья. — Моя подруга, здравомыслящая, рассудительная, добрая, целеустремлённая, порой хладнокровная, ледяная, жесткая, немного сумасшедшая, озорная. Она не поступает опрометчиво. А главное встречается с проблемой лицом к лицу. А эту женщину, я не знаю, — отстранившись от меня поддерживала Херминья, и поцеловав меня в щеку добавила: — Так что делайте что-то незнакомка, чтобы вернуть мою подругу, я по ней скучаю.              — Спасибо, я исправлюсь, обещаю, — положив свою голову на плечо Херми, пообещала я, чувствуя себя защищённой.