Перезагрузка

Иногда жизнь будто проверяет на прочность, накидывая сверху столько проблем и забот, что просто руки опускаются. И тогда нужна перезагрузка, обнуление, отдых. В таких случаях кто-то пьет, кто-то балуется наркотиками, кто-то заваливается в кровать и, объедаясь мороженым, смотрит сериалы. Мартин же танцевал. Прошедшая неделя выдалась сложной. И следующая тоже, и еще одна, и еще. Уже второй месяц Мартин жил и работал на пределе своих сил. Он чаще обычного срывался на подчиненных и пару раз довел до слез личного помощника, но ему не было стыдно. Ну подумаешь, помощник поплакал немного в туалете, вот самому Мартину плакать не полагалось по должности. Но напряжение требовало какого-то выхода, и в пятницу после тяжелого рабочего дня омега, наплевав на все, поехал на вечеринку. Танцевальные вечеринки он любил не меньше соревнований. И если в соревнованиях Мартин участвовал, чтобы потешить свое самолюбие, то на вечеринках просто отдыхал душой и телом. У него была масса знакомых в танцевальном мире, устраивающих тематические вечера, нужно было только подобрать подходящую под настроение музыку. Мартин остановился на бачате. Томной, чувственной бачате. Он выбрал для себя полупрозрачную рубашку с красивой драпировкой на груди, которая будет распахиваться во время вращений, и облегающие белые брюки, выпил пару бокалов мартини для настроения и поехал в клуб. Вечеринка была в самом разгаре, когда Мартин появился на танцполе. Он забежал поздороваться с владельцем клуба, выпил еще и с ним, слегка захмелел и окунулся в шумное веселье. Людей было много, они двигались достаточно плотной массой, но Мартин ввинтился между потными телами и закрутил бедрами. С каждым кругом он чувствовал, как напряжение покидало его тело, как мышцы расслаблялись, а голова очищалась. Мартин отключился от внешнего мира, своих забот и проблем и просто следовал за музыкой. Она вела, направляла, возносила над землей. Омега совсем не следил за тем, что делал. Его танец больше походил на какое-то ритуальное действие. Мягкое скольжение, амплитудные вращения бедрами и взлетающие к потолку руки сделали Мартина центром небольшого круга. Он не показывал ничего особенного, ничего из того, чего бы не умели другие, но его погруженность в танец завораживала окружающих. Люди все еще покачивались в ритм музыки, но следили во все глаза за впавшим в нирвану танцором. Мартин так бы наверное и кружился, сводя с ума зрителей, в своем собственном «пузыре», если бы к нему в круг неожиданно не шагнул крепкий альфа и не прижал к себе. Омега на секунду сбился, выпал в реальный мир и охнул, когда почувствовал сжимающие его бедра руки. Он узнал эту уверенную хватку, эту твердую грудь и этот большой член, что упирался ему сейчас в задницу. Не так давно они провели вместе несколько незабываемых мгновений после турнира по хастлу. Мартин не вспоминал своего случайного партнера, но помнил его достаточно хорошо, чтобы узнать сразу. Узнать и поплыть, потому что альфа держал его так, как надо — крепко, но бережно. Он повел в танце, превращая соло Мартина в полноценный дуэт. Омеге стоило немалых трудов собраться с мыслями, ведь коварный альфа застал его врасплох, но он оправился, вскинул руки вверх и притянул голову партнера ближе, заставляя его ткнуться носом в шею и вдохнуть природный аромат — Мартин не принимал подавители и блокаторы и каждую течку проводил с альфой, каждый раз с разным. Поэтому пах собой, а не химией. От омежьего запаха альфу тоже повело, он взрыкнул и глубоко вдохнул, окунаясь в нежный аромат с головой. Мартин ощутил, как его шею царапнули удлинившиеся клыки, покрылся мурашками и поспешил развернуться к альфе лицом. Он наткнулся на хищный оскал и почти черные глаза. Альфа пожирал омегу взглядом, наслаждался их близостью, но не забывал перебирать ногами и продолжать танцевать. Мартин сглотнул и позволил себе короткую остановку в эффектной позе, чтобы перевести дух. Альфа дал ему буквально секунду и сразу же притянул к себе, прижал ладонью за поясницу. Они были так близко, что Мартин ощущал жар, исходивший от тела альфы, его рельефный пресс и очень твердый член в брюках и сам возбуждался в ответ. От очередного удачного круга бедрами омега простонал сквозь закушенную губу и откинул голову назад. За головой пошли плечи, он опускался все ниже, давая альфе возможность полюбоваться своей блестящей от пота грудью с напрягшимися сосками. Рубашка не скрывала ничего, наоборот показывала. Альфа оценил вид и, перехватив Мартина под спину одной рукой, второй провел по середине его груди до ремня на брюках и скользнул наверх, легко сжал напоследок горло и вернул омегу в вертикальное положение. От резкого подъема у Мартина в глазах заплясали черные точки, и закружилась голова. Он прильнул к альфе, устроился щекой у него на плече и зажмурился, унимая бешено стучавшее сердце и просто покачиваясь. Альфа позволил ему отдохнуть, поглаживая по спине, но эти касания становились с каждым мгновением все напористее и перерастали в откровенное облапывание. А когда ладони альфы скользнули Мартину по заднице и сжали половинки, омега откровенно всхлипнул от возбуждения. Взгляд черных глаз пронзил его насквозь, и Мартина потащили куда-то прочь с танцпола. Они некоторое время петляли и ввалились, наконец, в какую-то дверь, к которой Мартина сразу прижали. Альфа требовательно впился в его губы, целуя сразу напористо и страстно. Мартин ответил так же отчаянно, до треска сжимая рубашку на спине партнера. Они словно вели поединок, наступая друг на друга и порыкивая от нетерпения. Мартина всего трясло от нервного напряжения и возбуждения, его не держали ноги, и он сдался первым. Отстранился от альфы, врезался затылком в дверь и вымученно простонал. Это так же замедлило и альфу, который вместо новой атаки вдруг замер, ухватил Мартина за подбородок и заглянул в его глаза. Они смотрели друг на друга целую вечность, шумно дыша, раздувая ноздри и вдыхая природные ароматы. Альфа пах как морская волна под солнцем, разбивающаяся о причал, а омега как хлопковый цветок — нежно и тонко, а в целом они очень сочетались и дополняли друг друга. И непонятно, в какой момент страсть сменилась нежностью, наверное, когда альфа почувствовал парный к своему аромат, поэтому он, продолжая удерживать Мартина за подбородок, медленно приблизился и осторожно прикоснулся своими губами к омежьим. У Мартина внутри все затрепетало, как на крыльях. Он переложил ладони альфе на лицо и приподнялся на носочки, чтобы было удобнее. Ему нравилось все, что альфа с ним делал, поэтому, когда его подняли над полом, с готовностью обхватил талию партнера ногами. Альфа сделал пару шагов в сторону и опустил Мартина спиной на кровать. Омега сначала удивился этому, а потом вспомнил, что в этом клубе были несколько комнат «для своих», где можно было отдохнуть в приятной компании, практически не отходя от танцпола. Поэтому расслабился и позволил альфе гладить его грудь и ласкать соски. Они так и не сказали друг другу ни слова, но они и не были нужны. Сначала за них говорили их танцевальные движения, теперь чувственные касания и обжигающие поцелуи. Мартин выгнулся в спине, когда альфа все-таки накрыл губами его сосок, посасывая. Омега бездумно запустил пальцы в волосы партнера, удерживая его голову на месте, но альфа и сам не отстранялся. Он скользил языком по омежьей коже, целовал и легко царапал его клыками. Не больно — приятно, и Мартин покрывался мурашками и дрожал, живо реагируя на каждую ласку. Первый их раз был похож на столкновение. Они вели себя как соперники. Совсем как на танцполе. Боролись и хотели показать, кто из них лучше. Сейчас же альфа не спешил набрасываться на задницу Мартина и вместо этого распалял его все сильнее своими умелыми губами и руками. Да они даже еще не разделись! И это о многом говорило. Это был уже не простой перепих по быстрому. Это напоминало ту самую священную заботу альфы о своем омеге. Мартин не возражал против такого, лишь только подтолкнул голову альфы ближе к своему паху, намекая, что уже пора переходить к более активным действиям. Альфа подчинился, сполз пониже, все время глядя Мартину в глаза, и споро расстегнул брюки, потянул их по стройным омежьим ногам. Мартин приподнялся на локтях, наблюдая, с каким трепетом любовник оглаживал его бедра. С бельем альфа решил сильно не затягивать, правда оставил на омеге блузку, через вырез которой так кокетливо проглядывали соски. В прошлый раз ему не удалось распробовать омегу как следует, но сейчас он был полностью в его распоряжении, возбужденный и ждущий. Альфа ухмыльнулся и нырнул вниз, проводя губами по омежьему члену от основания до головки. Мартин запрокинул голову и пошире развел ноги, чтобы любовник мог устроиться поудобнее и заняться уже его возбуждением, что тот и сделал. Ему, похоже, тоже нравилось ласкать омегу. Он порыкивал и облизывался, как сытый кот. Мартин повалился на спину, потому что дрожащие руки его уже не держали, и подкинул бедра вверх. Альфа застыл с широко раскрытым ртом и позволил омеге сделать несколько быстрых, жадных толчков, а потом опять прижал к кровати, отсасывая самостоятельно. Ему понадобилось совсем немного времени, чтобы привести Мартина к финалу. Омега замотал головой по подушке, набрал воздуха в грудь и выпустил с шипеньем, сдуваясь, как шарик. Он с блаженной улыбкой на губах зажмурился, предоставляя альфе самому справляться со своим стояком. Что последний и сделал, спустив Мартину на живот, а потом сдернул с себя одежду и улегся рядом с разомлевшим омегой, подгреб его к себе и устроился лицом к лицу. Мартин по-прежнему держал глаза закрытыми и улыбался пьяно и довольно. Он наконец-то выдохнул свободно, абсолютно все напряжение последнего месяца вышло из него со спермой. Альфа приятно поглаживал его по спине, не подгоняя, давая отдохнуть. Мартин был ему благодарен и решил вернуть услугу, но, открыв глаза, слегка отпрянул — уж слишком близко они лежали. Альфа, впрочем, далеко его не отпустил, придержал, ухватился за подбородок и медленно-медленно, тягуче поцеловал. Ожидаемо, что от влажного, страстного поцелуя они опять начали возбуждаться, и вот уже нога Мартина оказалась на талии у альфы, а тот гладил упругую половинку задницы и массировал пальцами вход. Альфа так и попытался протолкнуться в омегу: в неудобной позе, под неправильным углом, — и Мартину пришлось взять все в свои руки. Он подтолкнул альфу, заставил его перекатиться на спину и устроился сверху. Охнул, когда руки любовника сжали его бедра, и игриво вильнул задницей, дразнясь. Мартин не торопился и, вместо того, чтобы направить твердый и горячий член альфы в себя, скользнул по нему промежностью. Они синхронно охнули и вцепились друг в друга, глядя в глаза. Их танец, начатый на танцполе, продолжался сейчас. И снова они прекрасно чувствовали партнера, их тела двигались вместе, слаженно, будто у них за плечами было немало тренировок. Мартин переплел с альфой пальцы и, наконец, принял его член. Он запрокинул голову, выгнулся всем телом и не завалился назад только потому, что альфа крепко сжимал его ладони. Мартин несколько раз крупно вздрогнул, переступил коленями и на пробу поднялся и опустился с легким шлепком. Альфа недовольно зарычал, но принял правила игры, и Мартин продолжил объезжать его в таком неспешном и ленивом темпе. Они по-прежнему держались за руки и пожирали друг друга взглядами, не говоря ни слова. Стоны были не в счет. Мартин в какой-то момент вообще замер, потому что ему вдруг захотелось потрогать альфу. И он положил ладони ему на грудь, накрыл соски и наклонился, ткнувшись носом любовнику в солнечное сплетение. Втянул запах пота, достаточно резкий, но не отталкивающий, и природный аромат моря. Улыбнулся воспоминаниям о лете и отдыхе и мимоходом подумал, что ему надо съездить в отпуск. Туда, где тепло, где звучат карибские ритмы и подают вкусные коктейли с разноцветными зонтиками. И так замечтался, что пропустил момент, когда у альфы кончилось терпение, и он быстро перевернул их. Мартин только охнул от тяжести навалившегося на него любовника. Альфа сразу же напористо его поцеловал, проникая языком глубоко в рот, подхватил под коленями и мощно задвигал бедрами. Мартин зажмурился от прострелившего его тело наслаждения, пошире раскрылся и подставил альфе шею, в которую тот и уткнулся, царапая клыками. На пике альфа зарычал, но благоразумно выскользнул из омеги и снова кончил тому на живот. Мартин как завороженный смотрел за этим действием. Впитывал каждую эмоцию партнера, запоминал каждое его движение. Альфа даже кончал красиво. Без пошлых ужимок и картинных стонов. Он возвышался над Мартином скалой, смотрел ему в глаза и быстро водил кулаком по члену. А потом замер и выдал уверенную порцию спермы. Омега ахнул и облизнулся, потому что помнил ее вкус. В прошлый раз ему понравилось. После своего финала альфа нырнул вниз и снова занялся омежьи возбуждением. Он увлеченно и умело отсасывал и одновременно с этим протолкнул в Мартина два пальца, немного покрутил кистью и нащупал, наконец, простату. Мартин был ему благодарен. Не каждый любовник, особенно случайный, способен почти сразу отыскать главную точку наслаждения. Да и не каждый будет этим заниматься. Поэтому Мартин заерзал, завсхлипывал, неосознанно сжал бедра, за что получил легкий шлепок по заднице, и кончил. Альфа не отстранился, принял от него все и держал член во рту, пока тот совсем не обмяк. И он безостановочно поглаживал простату, отчего у омеги звезды летали перед глазами. Альфа поднялся по телу любовника вверх, попутно целуя живот, соски и изгиб плеча и внезапно хрипло выдохнул в ухо: — С ума меня сводишь. Мартин с трудом разлепил ресницы и удивленно уставился на него. Альфа смотрел своими черными, пробирающими до костей глазами. Больше он ничего говорить не стал, лишь притянул омегу к себе и прижался к его губам. Этот поцелуй был совсем другим. Лишенным страсти, но наполненным бесконечной благодарностью и заботой. Они целовались как реальная пара в отношениях. И эта часть их спонтанного свидания стала, пожалуй, для Мартина самой восхитительной. Давно он не испытывал к кому-то столько нежности, как к этому малознакомому альфе. Мартин даже имени его не знал. Да, на турнире, когда их награждали, судьи как-то альфу называли, но из головы Мартина эта информация исчезла стремительно и под натиском этого самого альфы в одной из подсобок клуба. Но сейчас это было совсем не важно, и не хотелось копаться в памяти в поисках имени. Хотелось просто лежать на кровати под альфой, гладить его лицо и отвечать на неторопливые движения губ. Они задремали, выжатые морально и физически, так и не выпустив друг друга из объятий. Мартину приснилось море, жирные чайки, качающиеся на волнах, белые шорты, шлепанцы и загорелые ноги. Он с сожалением вынырнул из такого приятного сна и огляделся. Да, все та же комната, та же кровать и тот же любовник под боком. Мартин аккуратно высвободился из альфьей хватки, поднялся и потянулся. На животе у него треснула неприятная корочка из засохшей спермы — его и альфы. Омега поморщился, колупнул ее ногтем и еще раз поморщился. — Гадость какая, — проворчал он. Но ладно, дома отмоется. Он тихо оделся и подошел к кровати. Альфа спал на спине, согнув одну ногу в колене и забросив руку за голову. Его крупный расслабленный член лежал теперь на бедре, и Мартин с любопытством склонился, чтобы его рассмотреть. И даже пальчиком потрогал. Член никак не отреагировал, омега хрюкнул от смеха и поспешил заткнуть себе рот рукой, потому что альфа завозился. Мартину совсем не хотелось с ним общаться, поэтому он должен был вести себя тихо. На цыпочках он прошел к двери и оглянулся в последний раз. — Спасибо, — прошелестел Мартин одними губами и выскользнул в коридор. Чувствовал себя он прекрасно и мог вернуться к работе с новыми силами. Да, перезагрузка удалась.