Дексамфетамин

Осознание, что, возможно, настала пора сделать самый важный выбор в его жизни, пришла в неожиданной, странной и очень неприятной ситуации. Голова вот-вот лопнет от напряжения, парень очень ждëт, когда его черепушка разлетится на сотни осколков и окрасит всë вокруг увеселительным алым узором, испортив их европейский ремонт в спальне. Но этого не происходит, только в висок отдаëт острой болью. Блейд вспоминает, что обещал себе разобраться со своей мигренью и хотя бы записаться на приëм до конца месяца. Он смотрит на большие сочные сиськи, которые она пытается прикрыть одеялом, и прямо перед её лицом, дрожащими руками Блейд держал кухонный нож. В её глазах — неподдельный ужас, и парень видит в них своё отражение. Взгляд Кафки бегает от блестящего лезвия до тусклого силуэта Блейда. Всё, что происходит, происходит, как в замедленной съёмке, и звук будто выключили совсем. Всё так далеко от него, и себя он не ощущает собой. Только тяжелый кухонный нож в руке напоминает парню, что он здесь. В их последнюю встречу Цзин Юань лично вручил ему пачку психостимуляторов, обëрнутую словно новогодний подарок. Полпачки — около десяти таблеток находятся у парня в желудке, Блейд не удосужился даже посмотреть дозировку, а оно и не нужно, психоз ему уже обеспечен, остальные побочки от передоза тоже идут в комплекте. Блейд не уверен, плакал ли он тогда, но девка точно ревела и пыталась делать это тихо, закусывая накаченные губы. Думает, видимо, что может его разозлить, но шатен зол совсем не на неё. Трупы розовых пони гниют и разлагаются под тёплыми лучиками солнца. — Пожалуйста, Блейди, убери нож.- глубокий мужской голос возникает из-за спины, он не помнит, чтобы когда-либо говорил Цзин Юаню свой адрес. — Ты не любишь меня, — парень не уверен, что не говорит свои мысли вслух. — ты убил меня. — Я люблю тебя, только убери нож, ради бога. — возможно, Цзин умеет читать мысли, но только его, ведь знает Блейда как облупленного, знает, что является косвенной причиной его прошлых и нынешних психозов, а также некоторых порушений в мозгу. — Бога нет. Если бы ты любил меня, — его голос срывается и дрожит, — ты был бы со мной. Твой отец — модель твоего бога. Мой отец покинул меня, когда мне было десять. Он мыслит словами Юаня, но произнести это вслух кажется чем-то постыдным. Он ведь не боится ножа, не боится того, что Блейд её убьет, или убьет его самого. Мужчина ненавидит лишний раз напрягаться и заниматься тем, чем не хочет. Самонадеянный, самовлюбленный, слишком самоуверенный урод. — Последний раз, я тебя прошу, убери нож. — Цзин Юань немигающим взглядом продолжает прожигать парню спину, Блейд подсознательно чувствует, как его кожу разъедает расплавленный янтарь глаз. Острием Блейд трясëт перед её лицом, но не намеренно, а потому что тело охватывает сильнейший тремор, как будто сейчас десятибальное землетрясение и земля расходится под ногами. Ненавистно и мерзко, он чувствует как вытекает слизистая глаз, чтобы отсрочить неистовую боль худая кисть Блейда вцепляется в глаз. Как будто это чем-то поможет. Преодолеть себя оказывается сложнее, чем он предполагал, шатен скулит как подбитая псина. Он слышит, как сбегает Кафка. Он слышит, как мужской силуэт скользит у него за спиной, непозволительно близко. Чужие руки ловко выхватывают у него нож и кладут блестящий острый предмет вне поля зрения парня. Цзин Юань обнимает его со спины со всей аккуратностью, возможно, боится сломать болезненно выглядящее тело. Или боится, что Блейд лишь притворяется душевнобольным и ослабшим, а на самом деле сейчас вцепится в него со всей силы. Недавно, вспоминает он, Цзин Юань звонил его девушке, и приглашал её на тройничок. Потом он томительно долго смотрел на Блейда с нечитаемым чувством, и назвал их парочку — мистер и миссис подтирки для жопы. Негласная обязанность мужчины — уложить Блейда на кровать, а сам он решает с этим повременить и для начала снять свою уличную одежду, ибо она мгновенно запачкает всë ещë белые простыни. Парень пытается наблюдать за движениями рук Цзин Юаня, но как назло картинка мира неприятно смазывается, кто-то вновь перемешивает полушария мозга миксером и они превращаются в бесполезную кашу. Каждая попытка приподнять голову оканчивается тем, что она снова падает, подминая под собой подушку, а Блейду приходится одëргивать себя, резко распахивая глаза, лишь бы не уснуть. Беловолосый расправляет скомканное одеяло, проверяя его на наличие следов блевотины. Ни запаха, ни соответствующих желчных выбросов организма он не обнаруживает, значит всë ещë впереди. — Если я сейчас отключусь, — Блейд давит кривую улыбку и похохатывает в подушку, — то конец моей ничтожной жизни, но понимаешь, я её вожделею, какой бы она ни была. Потому, не дай мне уснуть. А лучший способ оставаться в сознании — устроить дебош, оба знают это. Парню хочется громить всё вокруг. Пнуть каблуком туфли кучу своей грязной одежды, опрокинуть свалку косметических товаров Кафки на туалетном столике, чтобы те градом простучали по полу, упали снежинками, разбились или же укатились в дальние углы комнаты. Добравшись до кухни перевернуть стол, бить посуду, и в конце концов, барным стулом забить насмерть свою гордость, а сам он смеëтся, представляя в голове красочные картинки. Цзин Юань ложится рядом, когда шатен начинает тянуть в нему свои частично забинтованные руки. Голодные ручонки бегло ощупывают его и послушно замирают, сцепляясь у него за спиной. Мужчина беззвучно жалеет Блейда, мягко поглаживая того по голове, холодными губами целует в лоб и ловит на себе жадный багровый взгляд. Цзин Юань подцепляет его за подбородок, заставляя поддерживать зрительный контакт. Он выцеловывает мертвецки-бледное личико, пока Блейд втыкает в неизвестную точку. Смех скоропостижно покидает парня, а заместо ему, приходят слезы, пот, кровь, сопли и крики одинокого клерка. Темп из грубых толчков чередуется с животными криками, не присущими для этого кондоминиума. Парень жмëтся к такому же потному телу, сильнее насаживается на член, скулит и извивается, лишь бы не закрывать глаза. Возможность шагнуть в завтрашний день кажется чем-то вполне досягаемым. Беловолосый нежно шепчет что-то непонятное Блейду на ухо, и изредка тормозит и одëргивает вошедшего во вкус парня Он сходит с ума, но возможно он даже связным предложением сказал мужчине, что хочет ему подрочить, иначе не объяснить почему Блейд сжимает чужой стояк в руке. — Нет, Цзин Юань, ты и я — мистер и миссис подтирки для жопы, — белая жидкость хлюпает во рту когда шатен говорит, он подсознательно сглатывает с блаженно-праведной гримасой, будто сам Христос обратил «воду» в вино и любезно предложил ему испить. Блейд продолжает крушить в своëм сознании, на деле же он лежит пластом, пока по-змеиному гибкий язык проходится лёгким холодком по груди. Он дергается и распахивает глаза при каждом поцелуе или укусе бледной кожи. Мужчина шипящими словами успокаивает его и давит рукой на грудину, дабы тот лёг обратно. Такой ритуал беловолосый проделывает около пяти раз, пока Блейд окончательно не затихает и перестаëт беспричинно вскакивать. Цзин Юань решает, что парню на сегодня достаточно и напоследок чмокает того в губы, лениво потягиваясь, встаëт с кровати и в поисках каких-нибудь салфеток уходит в коридор. У него уже нет границ, уже давно Блейд переступил черту. Медленно, но верно, всё вело к этому: сначала мужчина научил его не обращать внимание на формальности, а теперь Блейда не заботит, пострадают ли от его действий другие. Скорее всего, Цзин Юань этого и хотел. Хотел, чтобы он перестал вечно следовать правилам, и освободился от каких-либо ограничений, стал несогласен с обществом. Блейд становится его отражением. Это расплывчатое и туманное ощущение навязчивых мыслей не оставляет его в покое. Паника, страх, раздражение: горло заливается слюной. А ведь он был таким славным малым. Цзин Юань сказал, что обнаружил его, сидящего на полу в луже своей блевоты, без сознания. Он боялся, что Блейд откинется прямо у себя дома. Хотя бы что-то может заставить этого ублюдка волноваться, ехидно думает парень. Беловолосый сказал, что Блейд спал несколько дней, просыпаясь для того, чтоб блевануть, и сразу же ложился спать дальше. Парню уже давно не было так стыдно перед кем-то. Сегодня шатен вышел из спальни не благодаря очередному рвотному позыву. На кухне дремал Цзин Юань, мужчина мгновенно встрепенулся, только заслышав медленные сбитые шаги. Всë светлее печальное выражение лица мужчины, рассветное солнце щеголяет по кончикам его пепельных волос. Блейду хочется бежать, к Юаню или от него, он уже не знает. Парень обмякает в объятиях, снова и снова, небо оказывается под ногами, тревога в груди перестаëт цвести. Петля подозрений на шее ослабляется, Блейд кладëт голову на сильное плечо. Цзин Юань заслужил, чтобы парень подарил ему свою мертвую душу. Губы проходятся по бледной шее, точно по слабым местам, чтобы заставить шатена дрожать. Блейд чувствует как мужчина вынимает его сердце, он рассмеялся во весь голос, представляя как этот придурок по неосторожности ломает ему ребро. Всë сгорает, сейчас горит его лицо. Перед тем как поцеловать, Цзин Юань вытирает салфеткой остатки блевотины под подбородком, шатен даже не рыпается и смиренно ожидает, когда тот закончит акт проявления заботы о нём. Мужчина губами вырисовывает замысловатые узоры на скучающем лице Блейда, пока тот глядит в потолок. Потолок будто готов потрескаться под его сверлящим взглядом. Зрачки пляшут, когда шатен пытается криво поцеловать Цзин Юаня в уголок губ, он промахивается и мажет губами по щеке. Чужая рука на талии поддерживает шаткую конструкцию тела и легонько поглаживает кожу через ткань промо футболки какого-то массмаркета. — Что тебе положить в кофе? — невзначай спрашивает мужчина, отходя к столешнице. В голове Блейда проносится множество моментов, когда беловолосый задавал ему такой же вопрос. Через отвращение, он смутно припоминает каждый. Аддералл: нервное напряжение, головная боль, чувство усталости, слабость. Виванс: паника, тремор, спутанность сознания, мышечные боли. Эфедрин: головные боли, нервозность, беспокойство, тошнота, судороги, онемение рук и ног. Получается вспомнить ничтожно мало, но достаточно для выбора. — Виванс. — говорить неприятно, сухость во рту не позволяет произнести больше. Кофеин вступил в реакцию с большой дозой психоактивного вещества внутри него, и Блэйд ослеп на несколько часов. Он даже думал, что ослеп от того, что слишком часто рыдал. Думал, что у него новый приход, не может же такого быть, чтобы он очнулся в чужой квартире. Блейд с самым заинтересованным лицом, которое он может сделать, пялился на мужчину, пока тот рассказывал, как он перевëз парня сюда. Рассказывал, что Кафка заявилась на квартиру почти сразу как Блейд отключился после кофе. Она орала как резанная, потому было необходимо срочно деть куда-нибудь еë обдолбанного мужа. Блейд сказал, что думал, будто умер, и испугался, что в жопу его бездыханного тела заползут тараканы, а после продолжал хохотать навзрыд, и этот истерический смех переходил на крик. Так, как шатен сейчас смеялся над своей никчемностью, он не смеялся никогда раньше. Ему стыдно, ему до дрожи жалко себя самого. И именно тогда, сидя на раздолбанной кухне, прямо напротив Цзиня и раздумывая как отличается это полуживое помещение от его новенькой квартиры, Блейд понял, что пришла пора выбора. Но он знал свой ответ заранее, хотя, парень бы даже сказал, что он слишком очевиден. Раньше, утром, Цзин Юань часто спрашивал: — Какого хера ты всё ещё здесь? Пихал ему в руку деньги на автобус, и равнодушно говорил выметаться, а Блейд, в свою очередь, громко топал каблуками и поспешно покидал клоповник. Сегодня он приготовил завтрак на двоих и дважды поцеловал.