больно любить тебя

      — его сегодня опять избили во дворе..       — чем ты болен?       — им....       *** минхо глубоко втягивает дым в лёгкие, желая задохнуться. он с презрением смотрит на несчастную картину под своим окном. хёнджин, имея последнюю нервную клетку и безграничную любовь, тащит полумёртвого парня домой. он пытается его остерегать, пытается оставить дома каждый раз, когда тот решает выйти "подышать свежим воздухом". это всё так тупо. он устал. он правда очень сильно устал. он любит феликса, но не выносит его беспомощности. да, он эгоист и не терпит слабости, не терпит видеть своего парня страдающим, валяющимся в луже крови среди дворовых хулиганов. он устал от этой беспредельщины, от ужасных криков, ночных приступов боли, тяжёлого сопения под боком. было лето. было тепло. июнь, начало сладкого периода для пар, бесконечных прогулок и страстных ночей. так почему именно чёртов хван хёнджин должен каждый тёплый летний вечер прижигать раны, подтирать кровь, сочащуюся из носа своего любимого парня, пока тот пытается разглядеть его лицо в расплывающейся картинке перед косыми глазами.       — глупый, не суйся туда. сколько раз я тебе говорил, – произносит полушёпотом, дуя на множественные ссадины, прижигая перекисью веснушки, что покраснели от побоев. феликс только плачет в ответ и целует в лоб. хёнджин утыкается ему в живот головой, поглаживает выпуклые кости позвоночника.       ***       — разойдитесь, – говорил минхо в один из таких вечеров, когда хёнджин, уложив феликса, плёлся к нему залечить душевные раны.       — я его люблю, хён, – каждый раз повторял он и продолжал прижимать холодного феликса к себе по ночам..       — да брось, зачем тебе всё это       — я люблю его, хён..       — ска, – сквозь зубы выжимал минхо, тушил сигарету и тащил вымотанного хёнджина в постель. это было больно. больно для минхо – слышать, как хёнджин, его хёнджин, каждый раз сквозь стоны проговаривал имя феликса, что мучался от боли где-то в соседней квартире.. было больно для хёнджина – ложиться в постель к минхо, чтобы лишь удовлетворить биологические потребности. он считал это дело мерзким, а себя грязным и прогнившим. он долго плакал и извинялся, склонившись над спящим феликсом, но пути назад больше не было.. он растворился в грязи, в которой они все варились, весь этот мир, все до единого. покажите хоть один чистый просвет, покажите человека, который бы ни разу не согрешил за всю свою короткую жизнь.. все они были слишком слабыми.. феликс – физически. потому и носил на своей хрустальной коже чёрные синяки. он не мог избежать драки и каждый раз получал больше всех. он терял рассудок, забывал все слова, сказанные дома, все обещания и клятвы больше не связываться с уличным хулиганьём. хёнджин – морально. потому что, не мог бросить любимого в муках и не хотел использовать, как подзаборную шлюху. потому очень долго целовал и не выпускал из рук ночами напролёт. феликс был слишком слаб для полноценной жизни людей в отношениях. он мог лишь валяться тушей на асфальте или в крепких руках хёнджина, ощущая где-то в подсознании величие их любви и жертвенность любимого парня. хёнджин каждый раз вытягивал его и всегда напрасно, с безысходностью в голосе, просил переехать в менее криминальный район. он высчитывал деньги, копил им на квартиру, но сумма, казалось, никогда не станет нужного размера.. минхо.. он просто любил.. любил безответно и скрывал это. он предложил хёнджину делить постель, видя как тот погряз в страданиях своей беззащитной обузы. он видел, как тот хотел вернуть феликсу прежний свет, наивно надеясь построить всю их жизнь с нуля. это было невозможно, было тяжело и сложно.. минхо правда было больно смотреть на всю эту ситуацию, но лицо всегда оставалось каменным, а по щекам тёк то ли пот, то ли слёзы, когда так пылко возлюбленный им хван так сладко представлял перед собой вовсе не его, а несчастное погасшее солнце....