Авантюристка

Шорох был очень тихим, на грани слышимости, но чуткие уши Вэй Усяня его уловили. Лань Чжань спал крепко, а Усянь пребывал в дремотной истоме, которую и нарушил подозрительный звук. Он приподнял сонную голову, вглядываясь в полумрак цзинши, подсвеченный лунным светом из окна. На столе мелькнула какая-то тень и он аж тихонько присвистнул от удивления — там копошилась мышь, маленькая, но видно, совершенно бесстрашная, раз не побоялась пробраться в жилище самого Ханьгуан-цзюня. Мышь-авантюристка, едва заслышав свист Вэй Усяня, молниеносно кинулась вниз и исчезла, а он впал в задумчивость. Теоретически никаких мышей в Облачных Глубинах не должно было быть вообще. Во-первых, правила запрещали держать домашних питомцев (боевой отряд кроликов имени Старейшины Илина — исключение), а во-вторых, кругом было полно специальных талисманов, защищающих от грызунов. К тому же, еда в Гусу Лань была такая, что все уважающие себя мыши давно эмигрировали в более гостеприимные места, хотя имелись и бессеребреники из числа интеллегенции, которые питали слабость к знаниям из обширной библиотеки ордена. По их мнению, ни одно блюдо не могло сравниться в пользе, да и во вкусе со свитками из шелка. Но когда это пагубное пристрастие стоило жизни большинству из них, а количество талисманов и мышеловок превысило все разумные пределы, сдались даже самые упертые. И тоже отправились удовлетворять свои экзотические вкусы на чужбине. И вообще, что это нахалка забыла в цзинши? На кухне, по крайней мере, имелась какая-никакая еда, в лечебнице — опиум и прочие извращения, но у них… Неужели ее могли привлечь работы учеников, которые проверял Ванцзи или его собственные талисманы? Вэй Усянь осторожно извлек себя из теплых объятий Лань Чжаня и подошел к столу, шепча заклятие освещения. Мыши нигде не было видно и, на первый взгляд, все было в порядке. Бумаги лежали нетронутые, кувшин «Улыбки императора» тоже не пострадал… но тут взгляд Усяня упал на маленький перчик, уцелевший во время ужина. Он затаился за вазой с цветами и поэтому ему удалось избежать зубов Усяня. Но не мыши. На ярко-красном боку отчетливо виднелись следы крошечных зубов. Вэй Усянь восхищенно цокнул языком. — Вот это да! Эй, авантюристка, ты как, еще жива? Давай я тебе водички налью. Никто не отозвался, и Усянь, движимый состраданием, налил воды в маленькое чайное блюдце и поставил его у ножки стола. Потом вернулся в кровать, решив отложить на утро вопрос о том, что делать с незваной гостьей. Утром, разбуженный настойчивыми поцелуями Лань Чжаня, он и думать забыл о мыши и вспомнил о ней только тогда, когда наступил на блюдце на полу. Пустое. «Кота, что-ли, завести, — подумал он, — надо будет вечером посоветоваться с Лань Чжанем». Он занялся своим утренними делами, но мышь — любительница перца не выходила у него из головы. Он решил провести эксперимент. Взял кусочек баоцзы, которые ел на завтрак, клочок свитка и остатки вчерашнего перца, разложил все в отдельные емкости и поставил у стены. Потом отправился на занятия. Когда в середине дня, улучив минутку, он забежал в цзинши, то обнаружил, что все плошки, кроме той, что с перцем, нетронуты. Зато от жгучего овоща остался только хвостик. Вэй Усянь прямо зауважал нестандартного зверька. Вечером он встретил Лань Ванцзи, лучась весельем, и в лицах рассказал ему повесть о храброй мышке, любительнице острых ощущений. Ванцзи был счастлив видеть, что Вэй Ин рад, как ребенок, хотя мышь в цзинши не совсем совпадала с его личными представлениями о домашнем уюте. Он осторожно спросил. — Ты хочешь, чтобы она осталась здесь насовсем? Вэй Усянь засмеялся. — А если да, ты согласишься? — Мгм. — Это очень мило, Лань Чжань, но ты же знаешь, мне нравятся кролики. Завтра отправимся в Цайи и купим кошку. А хочешь я сам попробую обернуться котом? Лань Ванцзи вздрогнул. — Все, что захочет Вэй Ин, кроме этого. — Сейчас Вэй Ин хочет устроить острые ощущения тебе. — Мгм. Поход в Цайи очень повеселил Вэй Усяня, несколько меньше Лань Ванцзи, который не ценил народное внимание. А оно зашкаливало, учитывая причину, по который знаменитые заклинатели появились в городке. Сбежалось великое множество жителей, мечтающих о том, чтобы именно их котику была оказана такая высокая честь. Вэй Усяню хотелось белого кота с желтыми глазами, чтобы он гармонировал с Лань Ванцзи, но такой был только один — абсолютно глухой и на редкость флегматичный. Усянь повздыхал о несостоявшейся гармонии и продолжил рыться в котах до тех пор, пока Лань Ванцзи, утомленный животными, а еще больше их хозяевами, не выцепил тощенький черный экземпляр с горящими нехорошим огнем глазами и порванным ухом. Кот воинственно зашипел на него, но драться не стал. Вэй Усянь кисло на него посмотрел. — Какой-то он драный. Хозяин кота обиделся. — Вот потому и драный, что боевитый. Это он за крысой гонялся. — А может за другими котами? Ну там, поссорились из-за барышни. — Что вы, молодой господин, как можно. Он котик приличный, барышнями не интересуется. Вэй Усянь, не в силах сдержать смех, отвернулся и шепнул Ванцзи. — Ну хоть в этом на тебя похож. Тот строго на него посмотрел. Усянь замахал руками. — Молчу, молчу. Давайте сюда своего боевитого. По очереди котовладельцев пробежал завистливый шепот. Кот, которого без особых затей, назвали Драное Ухо, быстро освоился в Облачных Глубинах, большую часть времени проводя на солнышке у дверей цзинши. Обожал ходить на рыбалку с Вэй Усянем, но сырую рыбу не ел. Предпочитал вареную, и не в воде, а в традиционном гусуланьском травяном отваре. Вэй Усянь, глядя на него, пришел к выводу, что над кланом Гусу Лань тяготеет пищевое проклятие и все, кто здесь живет, имеют странные вкусы в еде. На вопрос Лань Ванцзи, почему это проклятие не коснулось самого Вэй Усяня, тот, не раздумывая, ответил. — Я избежал этого благодаря своему могуществу. Хочешь поделюсь? Ванцзи, тоже не раздумывая, согласился. Драное Ухо, смущенный их бесстыжими стонами, предпочел не травмировать психику и стремительно покинул цзинши. Его хозяин был прав, считая его очень приличным котиком. Еще по прибытии Вэй Усянь провел с ним воспитательную беседу о том, что его долг — поймать бессовестную мышь, но только поймать, а не убивать. Ванцзи усомнился, что кот его правильно понял, но Усянь заверил, что ситуация под контролем. Хотя, на самом деле, ситуация зависла. Авантюристка, учуявшая кота, перестала выходить за угощениями и не подавала никаких признаков жизни. Вэй Усянь, с одной стороны, обрадовался тому, что затея с котом оказалась успешной, а с другой беспокоился о судьбе мыши. Уж очень она его впечатлила своей дерзкой бесшабашностью. Но отсутствие героини длилось недолго. И Вэй Усяню посчастливилось узреть ее поистине эпичное возвращение. Дело было утром, когда он только-только встал, умылся и собрался позавтракать. Драное Ухо сидел рядом с ним, рассчитывая на угощение. И в этот момент у стены под окном послышалась возня и оголодавшая мышь, презрев всякую осторожность, вылезла наружу и бодро пошлепала к блюдцам с острой едой которые ей продолжал ставить Вэй Усянь. Он с нескрываемым интересом уставился на нее, потому что первый раз видел свою авантюристку при свете дня. Это оказалось совсем маленькое создание. Вэй Усянь был не силен в зоологии обычных животных, но помнил, что домашние мыши должны быть серые и хвостатые. А эта была бежевого цвета с белым пузиком и коротким хвостом с кисточкой на конце. Он таращился на мышь, та, замерев, таращилась на него. Их переглядки нарушил Драное Ухо, который, вальяжно ступая, направился к нарушительнице порядка. Усяню стало жалко смелую мышь и он примерился оттащить кота за шкирку, но авантюристка и сама оказалась не промах. Она встала на задние лапки, выпрямившись во весь свой крошечный рост, оскалилась и так пронзительно взвизгнула, что у Усяня заложило уши, а испуганный кот кинулся к нему в поисках защиты. Он весь дрожал и Усянь вынужден был убеждать его, что эта мышь не такой уж страшный зверь, как кажется с первого визга. Драное Ухо не соглашался и норовил залезть ему за пазуху. Мышь смерила их обоих презрительно-самодовольным взглядом, ухватила кусок перца и гордо удалилась в сиянии боевой славы. Отсмеявшись и успокоив кота, Усянь сел рисовать картину произошедшего, пока оно было еще свежо в памяти. И попутно размышлять о том, что вот если бы удалось разобрать этот визг на ноты и усилить их заклинанием, то нечисть от такой музыки сама бы падала и в штабеля укладывалась. А что, он тоже имеет право внести свой вклад в сборники мелодий клана Гусу Лань. «Боевая песня храброго мышонка» — очень поэтично звучит, разве нет? Лань Чжаню, наверняка, понравится. А может, несмотря ни что, авантюристка была духовным зверем? Вэй Усянь отправился в библиотеку, но сумел выяснить там только, что их мышь — песчанка, и в горах не водится. Ну и как теперь поступить? Расправляться с крошкой не хотелось, но и позволить ей верховодить у них дома тоже не дело. Лань Ванцзи на сомнения Усяня заявил, что готов удочерить авантюристку и даже ее возможное будущее потомство, если оно будет, но Усянь не одобрил такое самопожертвование. Тем более, что мышь, поняв, что кот не в силах дать ей достойный отпор, совсем обнаглела. Стала ходить по пятам за Усянем, желая играть, а еще повадилась копаться в горшках с цветами, которые заботливо выращивал Лань Ванцзи. Цветы она не ела, но ковырялась в земле, раскидывая ее вокруг. Ванцзи не проявлял недовольства, но Вэй Усяню было не по себе. И последняя капля дегтя — вы упоенно целуетесь с любимым, а с ветки цветущей азалии практически над вашей головой свешивается любопытная мышь и пялится на вас. Очередная фанатка — и вот почему они все такие бесстыжие? Одно слово — убожество. Наконец, светлая усянева голова вспомнила о том, что у них имеется отряд боевых кроликов, которые в свое время управились с целым пикси, а тут какая-то несчастная песчанка. Правда то, что она была маленькая и очень резвая, как раз создавало лишние трудности. Вэй Усянь несколько раз пытался обездвижить ее заклинанием, но мышь оказывалась шустрее. Обиженное заклинание возвращалось и норовило обездвижить самого Усяня. Оставив напрасные попытки, он отправился в лес, собрал своих боевых ушастиков и начал подготовку к операции «Поймать, но не вредить». — Вы самые крутые кролики во всей Поднебесной, — вещал он с энтузиазмом, — неужели вы позволите победить себя какой-то мыши? Что? Говорите, она вам родня? Тем более. Разберетесь тихо, по-семейному. Кролики внимали, топали лапами, но в глубине души сомневались, хватит ли им прыти. Однако долг велел им слушаться хозяина и его флейту. Поэтому, когда Усянь счел, что уже достаточно заполоскал им мозги, они дружно затопали вслед за ним в сторону цзинши. Несколько адептов, которые случайно подвернулись им по дороге, разинули рты и кинулись сообщать остальным, что Старейшина Илина со своим отрядом задумал, не иначе, как военный переворот. Лань Ванцзи, которому это донесли одному из первых, наградил доброжелателей таким взглядом, от которого у них языки примерзли к зубам, но потом все же решил вернуться домой. Вдруг его солнышку нужна будет помощь в перевороте. Он вошел как раз в тот момент, когда Вэй Усянь сумел приманить авантюристку кусочком имбиря. Она схватила лакомство и забралась с ним на свою любимую азалию. Грызла там свой имбирь и размышляла в честь чего такое высокое собрание. Оба ее любимых заклинателя и целая толпа симпатичной пушистой родни. Ну хорошо, дальней родни. Ах, это все исключительно ради нее… Надо же, какая популярность. Глазки ее засияли довольством и она весело запищала. А чего они хотят? Полюбоваться ее красотой и пригласить на прогулку в лес? Но там же опасно, а ее и здесь неплохо кормят. Зато там свежий воздух, просторы, и родня обретается именно там. Они будут счастливы принять у себя дорогую кузину. Ей будет там с кем играть, потому что у них есть детки, и кормить будут еще лучше. Авантюристка заколебалась. Приглашение выглядело заманчивым, но ей же придется расстаться с Усянем и Ванцзи. Ах, ее бедное сердечко не вынесет разлуки… Впрочем, как приличная девушка, она понимала, что она тут третья лишняя. То есть даже четвертая, если считать Драное Ухо. Хотя этот кот все свое время стал проводить в лечебнице — нюхал там валерьянку и мяту, наркоман безотственный. И не приходил домой даже ночевать. Все присутствующие затаили дыхание, ожидая ее решения. Наконец, она почесала лапкой макушку и пискнула, принимая предложение. Потом спустилась в подставленную ладонь Вэй Усяня, а тот посадил ее на широкий загривок Великана. Взял заранее приготовленный мешочек с ее излюбленными лакомствами и направился в сторону двери. Кролики с Великаном во главе стройной колонной двинулись за ним. Авантюристка торжествовала. Это же прямо императорские почести… Личная карета, почетный эскорт. Красота. На лице Лань Ванцзи расцвела невообразимо нежная улыбка. На всем белом свете нет человека прекраснее и добрее, чем его Вэй Ин. И он хочет провести с ним не только эту жизнь, сколько бы она не длилась, но и все последующие тоже. И не расставаться никогда-никогда, даже на день. Вэй Ин, увидев эту улыбку, замер на месте, не в силах отвести взгляд. Кролики сбились с шага и налетели на него, образовав бесформенную пушистую кучу, а глазки-бусинки авантюристки заблестели в предвкушении любовной сцены. И Ванцзи с Усянем не обманули ее ожиданий. Жалко, конечно, что больше ей не доведется это увидеть… но кролики заверили ее, что на их поляне она сможет увидеть даже больше. Эта новость окончательно примирила её с переездом. Когда Вэй Усянь и Лань Ванцзи привели себя в порядок, вся процессия торжественно проследовала в лес. Мышь, пригревшаяся в мягкой кроличьей шерстке, была всем довольна, кролики радовались, что хорошо себя показали, а Вэй Усянь задумчиво сказал. — Лань Чжань, а как ты смотришь, если мы создадим в Облачных Глубинах небольшой такой зоопарк? Это же не запрещено правилами? — Мгм. — Ты, правда, не против? — Мгм. Только дяде пока не говори. Боюсь, он не оценит.