Стеклянный мальчик

Стоя у двери комнаты, Сону не может пошевелится, чтобы наконец открыть её и предстать перед родителями с важным заявлением. Время поджимало, ведь до начала занятий осталось два дня, а Ким так ничего и не сказал родителям. Сонхун оседал тяжестью на плечи, когда каждый день напоминал об переезде и университете, заставляя паренька нерешительно мять пачку сигарет каждую ночь, откидывая её на дно пустого чемодана, что сегодня был уже полностью собран Глубокий вдох... И рука открывает дверь, а ватные ноги еле передвигаются, идя в сторону кухни. Сейчас вся семья трапезничает, весело что-то обсуждая за столом. Все обращают внимание, когда Сону абсолютно без лица останавливается в дверях, нервно теребя край футболки. В горле встаёт ком, а вмиг затвердевшие пальцы немного подрагивают, когда взгляд останавливается на улыбающейся матери, что в ответ смотрела сыну в глаза – Ты что-то хотел, Сону? Хочешь поесть? На улице сегодня зябко и я приготовила твой любимый пуктяй – держа в руках тарелку супа, женщина ждала очень радостной эмоции на лице сына, которой после её слов увы не последовало – что-то... Что-то случилось? – Мам... Пап... Я хочу с вами серьёзно поговорить... – ком с громким звуком сглатывается, а Ким наконец-то начинает говорить, всё же понимая, что отступать уже некуда – Я зачислился в университет и скоро начинаю учёбу... – Ох... Чтож... Это прекрасно, Сону. Чего ты так напрягся то? – мать сначало достаточно сильно изменилась в лице, пока дочь и супруг поглядывали то на неё, то на виновника этого разговора, но натянув едкую фальшивую улыбку, продолжила свою трапезу – И... Я переезжаю от вас – паренёк, чьи волосы резко встали дыбом, слишком быстро выпалил последнюю новость для родителей, когда голос предательски дрогнул, а глаза от волнения зажмуриваются Мгновение, и наступает тишина. В мгновение слышится треск стекла, когда тарелка падает из рук матери на пол, выплёскивая острый суп на пол. Этот день должен был настать, но женщина откладывала его лет так на десять, как обычно и происходит в корейских семья. Сыновья часто остаются жить с родителями до тридцати, но очень редко уезжают из зоны комфорта после своего совершеннолетия. Мгновение, и слышится удар кулаком об стол, что заставляет вздрогнуть Сону на месте. Кажется, что это отец опять не выдерживает, и выплёскивает свою злость на бедный стол. Однако, когда паренёк открывает стеклянные очи, застаёт лишь кулак матери, что так и остался на столе, пока отец и дочь удивлённо косятся на женщину – Чего тебе спокойно не живётся, всё куда-то спешишь и спешишь – мать встаёт со своего места, обходя стол как хищник, что кажется, готовится напасть на свою жертву – я все эти годы батрачила, чтобы обеспечить тебе комфортную жизнь, а ты, не благодарный, всё отвергаешь это. Что я делаю не так, Сону!? – в квартире опять разносится крик. В этот раз женский звонкий голос является не громом среди ясного неба, а расхождением земли из под ног, что рушит всю концепцию комфортного места на корню –Почему ты убегаешь от меня!? Кто ещё примет в этом мире, такого как ты, кроме меня!? – Я просто... Я хочу личной жизни, я уезжаю к любимому человеку, что принимает меня... – казалось смешным, когда несколько раз дрогнувший, тихий голос, пытается поспорить с громким и разъярённым – Да кому ты нужен, кроме меня!? Рано или поздно ты опять разочаруешься в людях, ведь все они одинаковы! Никто не исключение, все будут принимать тебя так, как принимали другие! В глазах людских ты лишь странное отродье божье, что лишь пугает их! Ни одна женщина в здравом уме на захочет жить с таким как ты! – Моя.... Мой парень... Он сам предложил съехаться и ждёт меня каждый день, ведь он любит меня, таким какой я есть! – Сону с повышением голоса выпаливает все тайны, что сокровенно скрывал от матери. Сейчас оставалось лишь открыть все карты, а потом на эмоциях убежать из дома, но пока, такое желание оставалось в разуме, не смея воплотится в явь. После осознания того, что он только что сказал, паренёк весь сжавшись, немного отступил от матери к стене – Да как ты... Да как ты смеешь...Повышать голос на мать, ещё и говоря такую мерзость! – в миг, женщина подходит к сыну и замахивается, и кажется, сейчас должна прозвучать звонка пощёчина, но звук больше похож на звон, ведь мать ударяет совсем твёрдую щеку, доставляя боль лишь своей руке – ах ты ж... Вон из этого дома! Забудь дорогу назад и никогда больше не вспоминай мой образ в голове! Я теперь тоже, не приму тебя таким, какой ты есть! Ты останешься один, в этом мире! Вновь нависает тишина, и вмиг с глаз начинают катиться слёзы, а резкая боль в груди, заставляет немного согнуться. Перед глазами всплывают тёплые воспоминания связанные с матерью, но теперь они оканчиваются лишь словами отречения и отвращения с её стороны там, где она раньше улыбалась. Она отрекается от него и везде, даже в воспоминаниях из детства и кажется, Сону уже не вспомнит что же было в воспоминаниях раньше. Молниеносный треск стекла повергает в шок и ужас всех присутствующих. Даже разъярённая мать сразу остывает и ужасается. Что это был за звук исходящий от её сына? – Сону, что случилось? – женщина тянется к сыну, но тот избегая её прикосновений, убегает в комнату, сразу же закрывая ту с характерным щелчком, оставляя семью со своими мыслями в голове Ужас и страх переполняет и самого Кима, что спешит к зеркалу. Оглядывая все открытые части тела, он с ужасной тряской снимает домашнюю футболку и понимает, лишь одно... Моральная боль заставила треснуть грудь, оставляя небольшую "паутинку" трещин там, где у людей располагается сердце. Возможно ли такое? Разве может стеклянная кукла треснуть, если перестать с ней играть или отругать её за то что та не пьёт чай? Разве может треснуть тарелка, если в ней окажется отвратительно солёная еда, что разъедает ранки или же из неё больше не будут есть? Разве может треснуть ваза, когда в ней увядают цветы или в неё ставят растение, что несёт в себе значения печали и слёз? В разум забираются страшные образы, что обычно несла паранойя матери, но сейчас... Всё может быть так, как она и говорила, ведь каждый всплывающий образ оканчивался одним. Сону вдребезги разбивается от ещё одной причинённый моральной боли... – Нет, нет. Я уеду от сюда и мне никто больше не причинит её. Я никогда не разобьюсь, ведь никто кроме неё и не причинит мне эту боль... – Ким утирает подступившие солёные капельки, хватая телефон с кровати, набирая новое сообщение Сонхуну « Я сказал маме о переезде и после её крика я начал трескаться, ч| » Перечитывая вновь и вновь недописанное сообщение, Сону вздыхает и стирает его, набирая новое « Я сказал родителям о переезде, так что скоро приеду домой (ˊᗜˋ*)♡» Не стоит ему знать об произошедшем... Пока что... Придёт время и он расскажет и не будет больше нести эту ношу один. Сейчас лишь хочется оказаться в объятиях Пака, без лишних вопросов, что он тут же начнёт задавать... Сообщение тут же помечается прочитанным, а после следует одобрительный стикер и краткое « жду тебя дома, милый ♡», что заставляет улыбнуться и вновь успокоиться... Хотя чуть подрагивающие пальцы говорят об обратном... Сону закидывает последние необходимые вещи в рюкзак и одевшись потеплее, он наконец выходит из комнаты, с тихим постукиванием колёсиков об пол, катя за собой чемодан в коридор. Вся та же куртка с разводами от слёз надевается и застёгивается, те же кроссовки как и прежде небрежно натягиваются на ноги и быстро завязываются. Закидывание рюкзака на одно плечо стало окончательным действием ,прежде чем не верный сын оглядывает собравшихся родственников в последний раз. Он уходит в дверь, что с писком открывается и также закрывается, добавляя в свою симфонию лишь громкий хлопок, в которой и передаётся всё отчаяние и злость. Он никогда больше не вернётся