Жить долго и счастливо

      — Давай выкладывай, что там у тебя происходит, — скомандовал Яксли, выставляя на журнальный столик стаканы под коньяк и непочатую бутылку.       — Мне кажется, мы хотели посмотреть теннисный матч, а не пообсуждать мою жизнь… — буркнул Малфой, устраиваясь в кресле поудобнее.       — До него ещё полтора часа. А сейчас я хочу, чтобы ты выговорился. Я вижу, что тебе это нужно, — Корбан со свистом открыл бутылку.       — Что ты от меня хочешь от услышать? — поднял бровь Малфой, закрыв ладонью пустой стакан.       — Эй не, я налью, а пить или не пить — дело твоё, — подмигнул Корбан, убирая руку со стакана и наливая в него коньяк.       Яксли долго пытался уломать Люциуса на откровенный разговор, он знал, какую ниточку надо задеть, чтобы распутать этот клубок. Мужчина зашёл издалека, поинтересовавшись о бывшей жене и об её отношении к данной ситуации. И получив ответ, пошёл дальше.       — А ненаглядный твой тоже морозится, как и Цисси?       — Нет, с ним всё сложнее… — Люциус устало потёр переносицу. — Он изменился, увы, не в лучшую сторону…       С момента постановки диагноза прошло полгода. Позади уже четыре цикла химиотерапии, но результата нет: как положительного, так и отрицательного. Малфой уже смирился с капельницами, таблетками, уколами, постоянными обследованиями. Даже перестал бояться врачей. Но одного врача он всё-таки побаивался — своего любимого, в котором всегда мог найти поддержку, поделится своими страха. А теперь Люциус боялся подойти и попросить поставить укол.       — Мне кажется, ты себя накручиваешь, — прокомментировал Яксли, допивая первый стакан.       — Я тоже так думал, пока не начал замечать, как Северус всё чаще задерживается на работе, как рычит на меня из-за каждой мелочи. Раньше такого не было…       — Ты пробовал с ним поговорить?       — Нет, я боюсь, — признался Малфой. — Потому что я прекрасно понимаю, что всё это из-за меня. Я ему уже просто не нужен… Конечно, теперь я не так красив. Эти выпадающие волосы, ломающиеся ногти, вечные приступы тошноты, постоянная усталость, а теперь ещё и нездоровая худоба из-за потери аппетита…       Люциус поведал о том, что и Драко сильно изменился: чаще стал звонить, приходить в гости, даже пару раз приносил небольшой букетик любимых цветов. Это он ещё мог понять. Парнем двигал страх потерять ещё одного родителя, ведь матери уже давно на него всё равно.       После разговора министру и впрямь стало легче. Для себя он решил, что по возвращении домой обязательно поговорит с Северусом и придёт с ним к какому-то компромиссу. Может даже получит ту ласку, которой ему сейчас так не хватает.

***

      — Привет, а ты чего это? — нервно дёрнулся Люциус, наткнувшись на силуэт в коридоре.       Включив свет, Малфой сразу же наткнулся взглядом на ремень в руках любимого. В голове даже промелькнула мысль о какой-нибудь очередной ролевой игре, которых в их жизни стало очень мало. Но посмотрев в горящие гневом глаза Снейпа, блондин быстро откинул эту идею.       — Я т-так понимаю, анализы пришли не оч-чень хорошие, д-да? — не на шутку испугался блондин, застыв в дверях. — Б-бить меня б-будешь? — о том, что Снейп только что пришёл домой и просто переодевался, министр не подумал.       — Да нет, с анализами всё более менее, — наконец подал голос Северус, роясь в телефоне. — Вот это мне объясни, Малфой…       Снейп развернул телефон экраном к любимому. Люциус сразу распознал приложение — инстаграм. История Яксли, помеченная зелёной звёздочкой, гласила: «приятный вечер в хорошей компании», а на фотографии тот самый коньяк и Люциус на фоне.       — Я даже не знаю, какие цензурные слова подобрать, — выдохнул Снейп, дёрнувшись в сторону министра.       Люциус быстро среагировал, сбежав из коридора и влетев в ванную комнату, закрывшись на замок.       — Севи, послушай, — начал Люциус, отходя подальше от двери. — Я не пил!       При огромном желании Северус бы спокойно выбил бы дверь, но почему то маячил рядом с ней, дёргая за ручку.       — Люциус, выходи, — спокойный тон врача не внушал Малфою доверия.       — Северус, клянусь, я не пил! — Люциус осел на пол, схватившись за голову. — П-пожалуйста, поверь мне!       — Выйди, и мы с тобой поговорим, — чуть повысил голос Снейп, сразу же пожалев об этом.       Малфой не выдержал — забился в истерике. Он прекрасно знал, что как только начнёт сильнее рыдать, у него поднимется давление, и станет совсем плохо, даже дверь открыть не сможет, чтобы любящий (он очень хотел надеяться на это) его человек смог помочь.       — Господи! Но почему всё так? Я… я ведь знал, что этим всё к-кончится. Надо бы р-раньше тебя отпустить. И тогда бы никто не мучился!       — Ты вообще о чём? — во время истерической тирады Северус не поленился сходить за ножом на кухню, чтобы открыть дверь в ванную.       — Я х-хочу, чтобы ты ушёл и больше не мучал себя! — щёлкнул замок, и Люциус застыл в ожидании чего-то плохого.       — Совсем что ли головой поехал? — спросил Северус, присев на пол.       — Уходи…       — Я уйду, если ты этого так рьяно хочешь…       — Нет! — противоречил сам себе Малфой, схватив мужчину за предплечье. — М-мы можем поговорить? Мне это нужно…       Северус согласно кивнув. Он давно привык к таким переменам настроения Люциуса, но сейчас истерика перешла любые рамки.       Когда пара перешла в спальню, Люциус начал выговариваться, частенько запинаясь и наблюдая за реакцией собеседника. Северус спокойно слушал обвинения в свой адрес, иногда хмурясь.       — Во-первых, это не я начал задерживаться на работе, а ты приходить раньше, — после всего словесного потока начал врач. — Во-вторых, гнев — моя защитная реакция на стресс, и за столько лет ты не мог этого не заметить. В-третьих, ты сам отвергаешь любую мою ласку. И теперь я понимаю почему — ты записал себя в ряд чумных, которые недостойны чужого внимания.       — Т-то есть Яксли прав? Я сам себя накрутил? — всхлипнул Люциус, пододвигаясь ближе к Снейпу.       — Получается, что так оно и есть, — пожал плечами Северус. — Накручивать себя — это уже твоя защитная реакция. Ты даже не замечаешь, как твои загоны тебя же и губят…       — А ты с этим ничего не делаешь, — фыркнул Люциус, повалив Снейпа на спину и усевшись ему на бёдра — любимое место Малфоя, что уж тут поделаешь.       — Ну зашибись, я ещё и виноват, — рассмеялся Северус. — Я надеюсь, мы закрыли эту тему и больше к ней не вернёмся…       — Вернёмся, но позже, — улыбнулся Люциус, разрывая рубашку Снейпа.