Моя девушка, которая меня не любит

Сынмин остановился у женского общежития, но не стал заходить внутрь. Он не беспокоился о том, что его могут увидеть другие девушки, но Су Ён… Сынмин не мог заставить себя прийти к ней. Он ощущал несвойственное ему переживание, не мог просто сделать вид, что его это не волнует, но и прийти к ней тоже не мог. Не мог просто зайти и спросить, как она себя чувствует, а если понадобится, то сходить в аптеку за лекарствами. Сынмин дёрнулся было вперёд, но вновь остановился, сильно сжимая кулаки. А потом развернулся и ушёл.

***

Хёнджин был с Су Ён, пока она не предупредила, что скоро вернётся её соседка. Хёнджин не горел желанием покидать Су Ён, которой, впрочем, стало куда лучше после его заботы. — Думаю, завтра я буду чувствовать себя гораздо лучше, — ободряюще улыбнулась Су Ён, держа поникшего Хёнджина за руку. Он не смотрел на неё, потому Су Ён склонилась и заглянула ему в глаза — Что не так, Хёнджин? — Как я могу просто оставить тебя? — пробормотал он. — Это просто простуда! Конечно, ты можешь меня оставить, — наивно сказала она. Хёнджин безнадёжно заглянул в глубину её тёмных глаз, но она действительно не понимала его смятения. Или не хотела понимать, но Хёнджину это было уже неведомо. Всё же Хёнджин нехотя ушёл, а Су Ён вновь осталась одна, невольно вернув себя к тревожным мыслям о конкурсе. Вчера она освободила себя от этого, а сегодня заболела. Оставалось совсем мало дней, но Су Ён не была уверена в себе, а потому даже расслабиться у неё не получалось. Вечером Су Ён вспомнила про бал, на который её позвал Хан Джисон. Су Ён вдруг поняла, что не задумывалась об этом, а ведь могла пойти туда с Хёнджином, раз они встречались. Су Ён лежала в постели, действительно чувствуя себя гораздо лучше, и решала, стоит ли говорить об этом Хёнджину. В итоге подумала, что не стоит, ведь это было просто мероприятие, на которое она могла сходить и без него, тем более, что Джисон бы не отдал своё приглашение другому.

***

В то же время у себя дома Хёнджин, до этого пытающийся занять себя рисованием, лениво спустился в кухню, где застал домохозяйку у плиты. — Здравствуйте, госпожа Чхве, — поприветствовал её Хёнджин и склонился в полупоклоне, когда она обернулась. — Добрый вечер, Хёнджин! — весело ответила ему госпожа Чхве. Хёнджин прошаркал к холодильнику, но внутри не оказалось ничего из того, чего бы он хотел. Тогда он жалобно простонал, поджав после пухлые губы: — Я есть хочу!.. И, плюхнувшись на стул, растянулся на длинном белоснежном столе. — Ужин будет готов совсем скоро, — обрадовала госпожа Чхве — Но, разве ты начнёшь ужинать, не дождавшись господина Хван? — Я ведь не должен?.. — с сомнением переспросил Хёнджин, взглянув на госпожу Чхве глазами, полными надежды. Но та лишь кивнула, заставив Хёнджина глубоко вздохнуть. Хёнджину было всё равно на еду. Плевать, поужинает ли он сейчас, позавтракает ли с утра или отобедает в университетской столовке завтра. Всё это становилось размытым и не имело значения, пока Хёнджин думать ни о чём не мог, кроме Пак Су Ён. С тех пор, как покинул её в общаге, Хёнджин написал ей бесчисленное количество раз, чтобы убедиться в её самочувствии. И его больно задевали холодные, почти незаинтересованные ответы Су Ён, по типу: «Я в порядке. Ты можешь не переживать за меня, Хёнджин. Пожалуйста, не пиши мне больше, я сама тебе скажу, если мне станет хуже». А Хёнджин физически ощущал тоску, зародившуюся в нём, мучился от томливого незнания, что там с Су Ён и как она себя чувствует. И пусть говорит, что с ней всё хорошо, но насколько это правда? Хёнджин помнил Су Ён бледной, горячей, с вспотевшими висками. И ему хотелось всё время быть с ней. Хёнджин выудил телефон из кармана домашних штанов, лёг на стол, вытянув руку с телефоном перед собой. Открыл переписку с Су Ён, отмечая, что не вживую они общались очень мало, а текст сообщений зачастую содержал в себе лишь тему проекта. Хёнджин не решился вновь написать Су Ён, потому что она его попросила не беспокоить её. — Интересно, она уже спит?.. — пробубнил Хёнджин, не отрывая глаз от аватарки Су Ён, где она ярко улыбалась, всё со своей красной помадой. — О ком ты говоришь? — полюбопытствовала госпожа Чхве, впрочем, не решившаяся бы спрашивать и дальше, осади её Хёнджин. Хёнджин глупо хлопнул ресницами, а потом быстро выключил телефон и выпрямился. — Нет, ни о ком… Госпожа Чхве лишь покачала головой с такой добродушной ухмылкой, будто ей всё было очевидно и без ответа Хёнджина, а потом поставила перед ним порцию аппетитного ужина. Она собиралась уйти, но Хёнджин выпалил: — Госпожа Чхве! — и скромно продолжил — Папа ещё не скоро вернётся, может, вы поужинаете со мной? — Я не могу, извини меня, — ласково улыбнулась та — Я приготовила только для тебя с господином Хван, тем более, мне лучше будет поесть дома, — и она, развязывая узелки фартука, обратила взор к часам над плитой — Мне уже пора идти. Передай отцу, что его ужин в холодильнике, нужно только разогреть на плите. — Конечно! Спасибо, госпожа Чхве. Вскоре она ушла, оставив Хёнджина в одиночестве. Хёнджин даже тогда не притронулся к остывающему ужину, потому что совсем не ощущал голод. Хёнджин помрачнел, почти как убитый, всё думал… думал… думал… о Су Ён. И хотел забыть о ней хотя бы на время, потому включил мемы на YouTube и хихикал над ними за едой до самого прихода папы.

***

Первым делом после пробуждения Су Ён почувствовала, что ей стало гораздо легче, чем было вчера. В горле ещё немного болело, но это было несравнимо со вчерашним. Температура явно отступила, а потому Су Ён с радостью умылась, отметив, что цвет её лица вновь насытился. А потом Су Ён услышала, что ей пришло уведомление. Су Ён так обрадовалась, отчего-то сразу решив, что написал ей Хёнджин, но перестала улыбаться, увидев имя «Хан Джисон». Су Ён открыла переписку.

«Доброе утро, спящая красавица! Надеюсь, ты не забыла, что завтра бал? Буду ждать тебя у общаги в 8 p.m, до встречи!»

Су Ён просто ответила, что помнит, а потом, поразмышляв пару мгновений, открыла переписку с Хёнджином. Но от него не было ни слова. Брови Су Ён опустились. Она металась между желанием самой ему написать или позвонить, но в итоге, посчитав себя обиженной, отбросила телефон, и поплелась собираться на пары. Су Ён успела лишь зайти в аудиторию, как к ней уже подлетели Ким Сольхён с Хан Джисоном. — Привет, — мило улыбнулась им Су Ён. — Привет, Су Ён, — поприветствовала в ответ Сольхён, а после, почти с материнской настоятельностью предложила — Поговори с Джисоном, — и вышла в коридор, увлечённая чем-то в телефоне. Джисон глядел на Су Ён с деланной обидой и молчал. Су Ён не выдержала его пристального взгляда: — Что? Ты хотел о чём-то поговорить? — Ён-а, — буркнул тогда Хан, скорчив страдальческое выражение — Почему я узнаю о таком последним? — О чём? — О том, что ты заболела, — и он, совсем как Су Ён с Хёнджином, положил ладонь ей на лоб — Температуры уже нет… Су Ён тогда осведомилась: — А почему тебя на парах вчера не было? Тогда ты бы обязательно узнал об этом первым. — А мне не могло быть лень? — вздохнул Хан, при этом на мгновение отвёл потускневший взгляд, который, впрочем, моментально вернул живость — Сольхён мне сказала, что ты вчера даже встать не могла. Почему сама мне не позвонила? Люди же волнуются, глупая ты! — беззлобно упрекнул её Хан и небольно ткнул пальцем в лоб. Су Ён грубовато оттолкнула его руку: — Тебе не о чем беспокоиться. Хёнджин позаботился обо мне. Джисон растерянно моргнул, потом уточнил: — Типа… ты не болела на самом деле? Су Ён терпеливо осадила: — Хёнджин пришёл ко мне, как только узнал, что я заболела. И Су Ён опустила взгляд, нежно улыбнулась, вспоминая, как украдкой глядела вчера на сосредоточенного Хёнджина, пока он читал состав лекарства, написанный мелким шрифтом. Он сказал, что беспокоится о какой-нибудь аллергии, а потому обязан изучить состав досконально. И Хёнджин был красивым, почти, как ангел. Настолько, что Су Ён не могла и не хотела отворачиваться, теряя его мягкие черты лица и эту его драгоценную родинку под глазом. Су Ён вдруг подумала, что, если родинки — это места, в которые нас целовали более всего в прошлой жизни, то, должно быть, Су Ён в прошлой жизни так же сильно полюбила именно это место на теле Хёнджина. Су Ён одёрнула себя под хитрый прищур Джисона. Он протянул, заметив, что зардевшаяся подруга «очнулась»: — Та-а-к… Кажется, у тебя снова температура поднимается… Стоит ли отвести тебя в общагу? — Нет, я в полном порядке, — пробормотала Су Ён, пытаясь ладошками остудить горящие щёки, и поплелась к свободному месту, а довольный Хан за ней.

***

Чонха поджидала Хёнджина у столовки, а, как только он вышел оттуда, подскочила к нему и обняла за руку. Хёнджин дёрнулся от неожиданности, а потом быстро оглянулся по сторонам в беспокойстве, что Су Ён могла оказаться где-то рядом. — Приветик, оппа, — промурлыкала Чонха. — А… Привет, — неловко ответил он в тщетных попытках отцепить её от себя. Заметив его нервозность, Чонха сама его отпустила, а потом строго, почти укоризненно, как кошка, посмотрела, заставив Хёнджина смутиться, и спросила: — Почему ты делаешь это? Хёнджин растерянно мотнул головой: — Ч… что делаю? — Отталкиваешь меня, — вскинула тонкие брови Чонха — Завтра мы вместе идём на бал, а ты даже ни разу не нашёл меня, чтобы поговорить об этом. Мне одной кажется это неправильным? — Чонха, я… — начал Хёнджин, но осёкся. Когда она звала его с собой, он ещё своих чувств к Су Ён не осознал, а потому сейчас ему следовало отказать ей. Собравшись с мыслями, он продолжил — Прости, Чонха, но я не могу пойти с тобой. Ты не нравишься мне, как девушка, но я дорожу нашей дружбой. Мне правда жаль. Чонха поджала губы, внутренние уголки её бровей приподнялись. Глядя в пол, она размышляла о чём-то несколько долгих секунд, а потом, вернув на Хёнджина серьёзный взгляд, сказала: — Ты думаешь, я этого не вижу? Я прекрасно знаю об этом, но прошу пойти со мной не из-за этого. Я уже обещала родителям, что сын господина Хван будет меня сопровождать, — быстро она окончила — Знаю, что должна была предупредить тебя, но разве ты не можешь сделать мне одолжение? Не подводи меня, пожалуйста. — Как ты могла такое пообещать? — ошеломился Хёнджин. — Обстоятельства, — уклончива пояснила Чонха, добавила несмело — Ты мне тоже не нравишься. Всё из-за родителей, которые обожают тебя. Чам… чувствую себя идиоткой… — Ладно, ты не идиотка, Чонха, — ободрительно заверил Хёнджин, не сразу, но всё же притронувшись в дружеском жесте к её плечу — Я сделаю это. Пойду с тобой. Но ты должна будешь объяснить господину Ли и госпоже Чон, что мы не вместе. — Я понимаю это, оппа, но ты же знаешь их… Они всегда желали мне лучшего будущего, а ты устраиваешь их в роли моего… парня, — Чонха глубоко вздохнула, неловко дёрнув манжет рукава рубашки — Прости, что отняла время. Я пойду. Когда она ушла, Хёнджин позвонил Су Ён, но она не ответила. Хёнджин собирался тут же набрать её вновь, но его отвлёк знакомый голос, позвавший его по имени. Хёнджин лишь успел пробормотать: «Что ему опять нужно?», а Джисон уже оказался рядом. Без любезностей процедил: — Я сказал тебе уволить моего отца. Так почему он всё ещё работает на твоего отца?! — Господин Хан сам этого хочет, — спокойно ответил Хёнджин — Я не могу заставить его. — Он действительно отказался? — усмехнулся Джисон, не поверив — Ты хотя бы спрашивал у него? — Именно так я и поступил, если ты сомневаешься. — Хван Хёнджин, — сквозь зубы произнёс Хан, в его глазах блеснули слёзы — Ты понятия не имеешь, где я вчера был, пока ты был с моей Су Ён! Врачи сказали, что папа хронически болен, но он продолжает работать на тебя! Почему я должен умолять тебя? Просто оставь его в покое! — Ты… — только и смог выдавить Хёнджин, до этого думающий лишь о том, что Джисон просто так его недолюбливает — Прости, я понятия не имел. Я поговорю с господином Хан. — Прошу тебя, — шепнул дрожащим голосом Хан и моргнул: его ресницы намокли. Он больше не взглянул на Хёнджина и просто убежал. Хёнджин ещё простоял на одном месте с минуту, раздумывая, стоит ли ему пойти и утешить Джисона, который впервые показался ему таким печальным. Ведь до этого Хёнджин не думал о нём хорошего, как, впрочем, и плохого. Хан Джисон просто был — тот, к которому Хёнджин так глупо ревновал свою возлюбленную. А теперь даже его «моя Су Ён» не играло роли, потому что он был глубоко опечален судьбой отца. Хёнджин отыскал Джисона в мужском туалете. Тот заперся в кабинке, как маленький, и сидел там, подобрав под себя ноги. Когда Хёнджин предложил поговорить, Джисон попросил его уйти. Он сказал, что кто угодно, но только не Хёнджин, способен был ему сейчас помочь. А помощь сердобольного Хёнджина заключаться могла лишь в увольнении господина Хан. После этого Хёнджин отыскал Су Ён, которая до его появления болтала с Сольхён. На несколько мгновений Хёнджин замер, как очарованный, ведь Су Ён так искренне рядом с Сольхён улыбалась, подобная безмятежной птице. Хёнджин засмотрелся, потому что она ему нравилась. И он так мечтал о такой же её улыбке, когда она будет рядом с ним. Будет знать, что он никогда её не предаст, потому что ценит больше всего. Хёнджин убедился, что с Су Ён всё хорошо, и им пришлось расстаться на весь следующий день.