Будь что будет

      Сколько Чуя себя помнил, их семья всегда переезжала. Сначала они жили в Йокогаме, потом переехали в Лондон, затем в Париж, потом в Нью-Йорк, где (о боже как удивительно) задержались на целых четыре года.       По правде говоря, семья у него очень маленькая. Его отец — Мори Огай — довольно известный человек, но Чуя до сих пор не знает, чем тот занимается. Отец всегда говорит: «Если кто-то спросит — я врач». И Накахара именно так всем и отвечает. У Огая есть сводная сестра — Коё Озаки, которая живет в Париже уже почти десять лет. Почему у всех разные фамилии? Просто Накахаре досталась фамилия матери, а у Коё другой отец. Тем не менее, это не мешает им быть в очень тёплых отношениях, которым Чуя даже завидует. У него нет ни брата, ни сестры, да и не хочется этого особо. Его все устраивает, кроме постоянных переездов.       В средней школе он старался не показывать свою «обеспеченность» — настаивал на том, чтобы ездить в школу на автобусе, а не с личным водителем, ходил в обычной одежде, не носил украшений. Но потом в школе узнали, что Чуя — сын богатого человека, и начали его, не побоюсь этого слова, чморить. С тех пор Накахара не закрылся в себе, не начал ходить пешком, а сделал наоборот — стал одеваться согласно статусу своей семьи и наконец-то нашёл себя. Только-только ему удалось завести парочку друзей в Нью-Йорке, как отец пришёл с новостью: «Мы возвращаемся в Йокогаму».       Чуя совсем не помнил этот город — он уехал оттуда, когда ему было всего пять лет. И вот, сейчас он вернулся туда, откуда всё началось. По обещанию отца, уже навсегда.

***

— Чуя, ты опоздаешь в школу! — Я уже иду!       Накахара надевает свой укорочённый пиджак поверх белой рубашки, закатывает рукава. Смотрясь в зеркало, он замечает, что забыл надеть свою любимую сережку в форме сердца, тут же тихо матерится, чтобы отец не услышал и бежит к шкафчику.       Его комната оформлена в довольно спокойном, даже минималистичном стиле — у двери справа стоит большое зеркало во всю стену с подсветкой, у окна письменный стол, ноутбук, далее большая гардеробная, стол с частью косметики, которой он уже сто лет не пользовался, и белая кровать с красным постельным бельем стоит у стены. В его комнате целых два окна в пол, с красивыми шторами в цвет постельного. Накахара сам оформлял спальню почти два месяца. Однако решил не добавлять картины, постеры и так далее. Слишком он устал от пёстрости.       Чуя спускается по лестнице, держа в руке свой небольшой кожаный рюкзак чёрного цвета и надевая перчатки. Вообще, он бы рад поехать на собственном байке, но что-то подсказывает, что отец точно скажет «нет».       В гостиной за журнальным столиком сидит Мори, перелистывая свои документы, с очками на глазах. Увидев Чую краем глаза, он одобрительно улыбается. — Очень хорошо сегодня выглядишь, — говорит Огай, снимая свои очки и вставая потягиваясь. Спина неприятно хрустит, а глаза болят от усталости. Кажется, он спал за последние сутки буквально три часа. — Спасибо, — усмехается Чуя, надевая вторую перчатку. Он закидывает рюкзак на плечо. — Я поеду с Адамом? — Да, он уже ждёт тебя на улице. Удачного дня. — Надеюсь, что он действительно будет удачный.       По пути в свою новую школу, которая, кстати, находится в десяти минутах пути на машине, Чуя думал, что неплохо было бы заехать за кофе, однако Адам его заверил, что если сейчас они заедут в Старбакс, то точно опоздают. Накахара только разочарованно вздохнул и достал свой телефон, заходя в Инстаграм.       Его школа довольно популярна в Йокогаме. Нельзя сказать, что лучшая, но в топ-100 точно входит. Есть много курсов, элективов, команда по футболу и лакроссу, что очень удивило юношу — не каждый день увидишь команду по лакроссу в Японии. В общем, по первому впечатлению из интернета — школа идеальная, поэтому Огай и принял запрос Чуи на поступление туда. Тем более, Накахаре осталось учиться всего год. Ему уже девятнадцать, как никак.       К тому моменту как они подъехали к школе, Чуя чуть не уснул с телефоном в руках — он тоже спал часа три ночью, пытаясь найти себе хоть какую-то подработку. Вы можете спросить: «А зачем ему работа? У него же богатый папа…»       Чуя не может назвать себя избалованным. Ему приятно, что отец тратит на него деньги, заботится и так далее. Но он также хочет иметь хоть какой-то свой доход, чтобы накопить на машину. У него есть цель — в двадцать лет он просто обязан купить лучшую тачку в мире.       Однако, сейчас ему надо хотя бы зайти в школу и найти кабинет директора. Он прощается с Адамом и, вздохнув полной грудью, шагает в сторону входа.       Внутри школа выглядит довольно современно — спокойные цвета, шкафчики красные, зелёные, синие, с разными наклейками, записками. Кажется, будто это не старшая школа, а средняя, но Чуе даже нравится. Смотрится очень органично. Он видит вдали юношу, который стоит у своего шкафчика и что-то ищет. Чуя решается подойти к нему и спросить, куда же идти. — Привет, я тут новенький. Ты не знаешь, где кабинет директора? — спрашивает Чуя, неловко поправляя рюкзак. — Привет! Конечно, пойдём я тебе покажу.       Этот парень оказался очень дружелюбным. Его зовут Кенджи, он живет в Йокогаме всю свою жизнь, любит деревню и коров. Ах, да, а ещё его любимый цвет — зелёный, и он любит шапки. В этом они схожи, кстати. — А тебя как зовут? — спрашивает Кенджи, когда заканчивает свой монолог, и они уже поднимаются по лестнице на второй этаж. — Чуя Накахара. — Ещё не знаешь, в каком классе будешь учиться? — Пока что нет. — Было бы круто, если в моем! — улыбается Кенджи и останавливается в проходе у светло-серой двери, на которой написано: Фукудзава Юкичи. Директор. — Вот мы и пришли. Если хочешь, я тебя подожду тут? — предлагает блондин. — Не стоит, тебе наверняка уже пора на урок. Увидимся, Кенджи. — Пока! Удачи!       Чуя кивает головой. Он стучится в дверь и аккуратно открывает её со словами: — Можно войти?       В кабинете стоял свежий запах роз и чая. На данный момент это самый приятный запах, который когда-то слышал Чуя. За столом на стуле сидел сам директор школы. Его вид был довольно необычным: зелено-чёрное кимоно, белые волосы, довольно серьезный вид. Он тут же поднял голову на нового ученика: — Вы, должно быть, Накахара Чуя? — Да, это я, — Чуя закрыл за собой дверь и прошёл в кабинет. Директор указал рукой на стул напротив, куда Накахара и приземлился. — Приятно познакомиться. Мое имя — Фукудзава Юкичи, но предпочитаю, когда меня зовут Фукудзава-сан. Итак, Накахара-кун, у Вас есть какие-нибудь предпочтения по плану обучения? — Эм… — Чуя слегка замялся. — Честно говоря, не знаю. Но я неплохо играю в футбол, знаю французский и английский на уровне носителя, люблю читать, — он задумался, вспоминая, ничего ли не упустил, — а ещё хорошо играю на гитаре. — Отлично, — Фукудзава первый раз за весь разговор улыбнулся. Но улыбка была не широкой, как обычно бывает, а довольно сдержанной. Сразу видно — работает в сфере образования. — Тогда давайте пока что составим Вам расписание, молодой человек. А потом я познакомлю Вас со старостой класса, который проведёт экскурсию по школе. — Отлично.       Спустя долгий час разговоров, Чуя наконец-то получил своё расписание в печатном виде и в электронном, которое директор скинул на почту. Вскоре в кабинет вошёл юноша в очках, в бежевом костюме, но без пиджака. Фукудзава-сан представил его как Куникиду — старосту класса. Именно он будет знакомить Чую со школой.       Куникида оказался довольно душным человеком. Особо не разговаривал, только по делу, но уж очень скучно его слушать. Возможно, это только первое впечатление. — Тут у нас столовая, — говорит Куникида, показывая на большую стеклянную дверь. — Обед обычно с двенадцати до часа, потом дневные занятия, — они продолжили идти дальше. — Ты записался на футбол? — спросил староста, когда они завернули за угол. — Да, — кивает Чуя, смотря на Куникиду. — Как ты узнал? — Форма у тебя неплохая. Я, кстати, ещё и капитан команды, — горделиво заявляет Куникида, поднимая высоко нос. — Здорово, — Чуя усмехается. — А очки не мешают играть? — Куникида смотрит на него уничтожающим взглядом, от которого становится немного не по себе. — Шутка, это просто шутка. — Тц, — блондин цокает. — Ладно, пойдём дальше. Тут классный кабинет 3А, тут 3В, а тут 3D, то есть наш класс. — Надо бы запомнить, — Чуя фотографирует дверь и рассматривает, что внутри из-за стёкла. — Постарайся. Мы не часто проводим собрания, но неплохо будет запомнить, — проходя дальше примерно до конца коридора, они натыкаются на высокую стеклянную дверь. — А тут находится библиотека.       Они заходят внутрь. Библиотека одна из самых больших в школах — тут несколько сотен тысяч книг разных авторов, два этажа и очень уютные места, где можно читать. — Красиво тут, — присвистывает Чуя и крутится, стараясь разглядеть всё получше. — Тут проходят собрания литературного клуба, — Куникида показывает рукой на небольшую дверь. — Я там тоже, кстати, буду, — говорит к слову Накахара. — Правда? Какое совпадение. Ну, вроде всё я тебе показал, — Куникида вздыхает. Он достаёт тетрадь в зелёном переплете, поправляет очки. — А, ещё же общую комнату забыл. Пойдём.       Они проходят на первый этаж, в самую глубь школы, почти выходя на футбольное поле. — Тут общая комната, — говорит Куникида, поправляя очки и приоткрывая дверь. Он не успевает договорить, — обычно… — Куникида захлопывает дверь и трёт переносицу. — Черт. Постой-ка ты тут.       Чуя не успел даже кивнуть, как Куникида уламывается (по-другому и не назвать) в помещение и громко кричит: — Дазай! Черт тебя за уши дери, ты совсем охамел?! — Ай! Больно же, Куникида! — слышится голос какого-то парня. За ним тут же слышится смех девушки.       Чуя усмехается. Даже в Японии бывает весело. — Вот ублюдок, — Куникида выходит из комнаты, придерживая дверь перед темноволосой девушкой, которая улыбается чуть ли не до ушей, однако щеки у неё красные, а глаза довольно шальные.       «Было у меня такое, когда травкой обкурился. Эх, золотой Нью-Йорк!» — думает Чуя.       Далее выходит парень, который всем своим видом может кричать: «Я не такой как все!» (бинты, которые занимают наверняка большую часть его тела — даже шея обмотана). Его каштановые волосы забавно падают на середину лица, бежевый тренч почти в пол обрамляет довольно тонкую фигуру, с шикарными широкими плечами, а рубашка слегка расстегнута, впрочем и галстук небрежно завязан. На его ногах какие-то коричневые ботинки. Выглядит он, в принципе, очень даже не плохо, по мнению Накахары. — Кто курит травку в школе? — Куникида отвешивает брюнету подзатыльник, на что тот болезненно ойкает. — Не злись на него, очкарик-кун! — хихикает девушка, на что получает недовольный взгляд старосты. — Мы просто отдыхали.       Чуе одно удовольствие за этим наблюдать. Куникида ведёт себя как злой папа, который спалил сына за чем-то непотребным. — Да, Сасаки очень даже понравилось, — Дазай обнимает девушку за талию. — Видел я, как вы там отдыхали. — Обиделся, что не позвали присоединиться? — усмехается Сасаки. — Да что ты…?! — уже почти красный Куникида готов вспыхнуть ещё больше, но его перебивает Дазай: — А это что за подставка под шляпки?       Чуя хмурится, смотря на «умника», который сам особо не понял, что сморозил.       «Подставка под шляпки? Серьезно?» — думает Накахара, злобно скалясь.       Дазай как будто специально не сводит с него взгляд, изучая. Кстати, Осаму намного выше Чуи, его рост примерно сто восемьдесят сантиметров, если не больше. Накахара всего сто шестьдесят, однако это не его комплекс. Нет, неа, точно! — Это… — говорит Куникида после небольшой паузы. — Накахара Чуя. Я сам могу представиться, — фыркает рыжий, складывая руки на груди. — О, какой серьезный малыш, — ещё больше усмехается Дазай.       «Да этот парень вообще не видит границ!» — Чуя в бешенстве. — За малыша могу и зубы выбить, дылда, — шипит он, уже намереваясь снимать перчатки. — Как грубо. Что же, не буду мешать вам осматривать школу и дальше! Пойдём от них, милая, уж слишком они скучные, — он ведёт свою девушку в сторону выхода на площадку, оставляя злого Чую и удивленного Куникиду одних. — Это Осаму Дазай. Сын директора и полный придурок, — вздыхает он, похлопывая одноклассника по плечу. — Да я уже это понял. Если нужна будет помощь прибить его — зови, — Чуя усмехается и щёлкает пальцами, разминая руки. — Кажется, мы подружимся, — улыбается Куникида. — Непременно.       «Первая встреча, а я уже хочу его придушить!» — думает Чуя, надеясь, что больше никогда не увидит этого придурка.       Ах, если бы…