Он не заслуживает жизни

      Чтобы проверить все функции искры, надо сначала открыть к ней путь и сделать это максимально аккуратно, чтобы предатель остался жив. Мало кому удавалось исследовать этот орган, потому что сразу после смерти мироходца, искра исчезает. Учёные уже готовы, чтобы начать операцию. Не то чтобы она была сложной, им всего лишь надо аккуратно вскрыть контра одним из способов и тогда ОМП будет очень хорошо видно. Они уже подготовили тело, наркоз для них был не важен, почувствует он что-то или нет, им нет разницы, даже если и почувствует, так будет только лучше. Хотя целью является пересадка органа, это очень мало вероятно и скорее всего прийдётся просто сделать эктомию, ведь не факт, что после такой операции искра останется и/или Седрик выживет. Шансы ужасно малы и Франческо не хочет рисковать.       Фран долго думал над тем как лучше пробраться к органу, ведь он находиться ближе к позвоночнику, чем к лёгким, но долго осматривая тело Лололошки и проводя руками по накачанному телу, в голову пришла идея. Почему бы не попробовать сделать стернотомию, конечно, это не самый лучший вариант, но если слегка потревожить другие органы – это идеально. Всë же не так важно, останется ли жить после этого контр или нет.       Седрику пришлось соорудить над столом хорошее освещение, что заняло какое-то количество времени, которое могло уйти на операцию. А ведь им придётся развязать Лололошку и если он вскачет во время работы, он явно не станет просто сидеть. Терпеть то как тебя буквально вскрывают – не лучшая затея. Но даже если это и произойдёт, эльф готов к такому происшествию, палочка всегда у него на готове. И если он не сможет выговорить заклинание, эту палочку всегла можно воткнуть в глаз. Или куда-нибудь ещë, главное остаться в живых самому. Наконец-то пришло время работать. Франческо скальпелем разрезает плоть в местах, отмеченных им до этого маркером, и перед ним встаёт картина мышц. Почему то именно сейчас у него заурчал живот, эта картина вызвала интерес не только у эльфа. Седрик тоже навис над телом и рассматривал каждую мышцу, его привлекал вид такого тела: кожа, которая была разрезана и откинута, как край одеяла и мясо. Они оба никогда не пробовали мясо своего вида, но когда хирургический скальпель оказался в крови, захотелось слизать еë или отрезать небольшой кусочек от тела и положить в рот, даже сырым. Через ужасное желание, приходится продолжать. Это не заняло большого количества времени и наконец-то теперь они могли увидеть небольшой орган, прячущийся за сердцем и лёгкими. Никто не спешил начинать опыты, оба слушали как бьётся сердце предателя. Как маленький насос, качает кровь и стучит кажды раз, как делает это. Никто не мог оторвать глаз: ``Выглядит... интересно, – Седрик сглотнул слюну, наблюдая за телом, хотя должен был уже принести всë оборудование. – Нам бы начать``. Ему хотелось узнать больше информации про искру, да и мало ли Лололошка очнётся. Учёный даже мигом сбегал за первым из мучений, пока Сан-Фран собирался с мыслями.       Что же стало первой пыткой. Это были большие кусачки, обычно используемые для сгиба металла, но в этот раз ими будут проводить процедуру по удалению зубов. Франческо приоткрыл рот контра рукой и взял орудие для пыток. Начал он с верхних зубок. Таким инструментом не получалось вырвать один зуб, поэтому зубы отлетали как орешки, а из рта мироходца огромной струёй, ему же в рот текла кровь, хотя большая часть всё же наружу. Такой ценный ресурс никто выкидывать не собирался и Диггори собирал зубки с пола в небольшой мешочек, он не брезгал их трогать, хотя те были не просто в крови, некоторые были с нервами, а какие-то даже с кусочками дёсен. В какой то момент мышцы в ногах мироходца начали сокращаться, а это значило, что он приходит в сознание. Фран в панике начал искать палочку: ``Да где же она?! – он ещë секунду матерился себе под нос, пока не нащупал в кармане острый наконечник палочки. Заклинание само пришло в голову, – Inscius diu``. Теперь Лололошка ещë долго не очнётся, хотя заверять об этом не стоит. – Сплошной стресс, – эльф свободной рукой помассировал переносицу и только опустив глаза на пол, понял, что уронил инструмент себе прямо на ногу. А ведь он даже не заметил. – Мх, теперь будет больно ходить. – Не думай об этом, сейчас более важно то, что его ОМП никак не отреагировал на вырванные зубы! Ему совсем не больно? – Седрик даже показал мешочек с зубами. – Я думал, что искра реагирует на боль и переносит носителя, а что с ним не так?! – Не знаю, может не достаточно сильно? Или потому что он не в сознании, хотя искра способна работать и в таком состоянии... – Сан-Фран ещё раз всмотрелся в организм Лололошки и ОМП даже не собирался работать.       Раз боль не настолько сильная, чтобы искра сработала, надо увеличить еë. Ломать кости пока никто не будет, а вот эти глазки, вечно спрятанные за очками. Фран снял очки контра, его веки были опущены и эльф двуми пальцами поднял оба века. Сейчас он смотрел на два красивых, голубых глаза, а они смотрели в никуда. Вынуть глазные яблоки несложно, но руками делать это достаточно не удобно, а маяться с энуклеацией очень долго и муторно. Поэтому было решено вынуть глазное яблоко обычной ложкой, а нервы отрезать ножницами, никто даже не собирался останавливать последущее кровотечение. Франческо поступил так как было решено, теперь перед ним лишь два пустых отверстия из которых сочилась кровь. Сами глазные яблоки Седрик положил в формалин, дабы те не испортились, они ещё понадобятся. Сейчас было сложно сказать, жив ли уже Лололошка, ведь крови было довольно много и он мог потерять уже достаточно, чтобы умереть, но вот его искра всë не хотела даже шелохнуться. – Я не думаю, что она вообще будет реагировать, – сказал Фран, осматривая свою одежду, которая была полностью в крови. – Тогда ради чего мы это делаем?! – Седрик ударил по столу, где лежал мироходец. Эмоции брали верх. – Не вижу смысла оставаться ему живым.       И Диггори голыми руками хватается за сердце Лололошки, которые было прямо перед ним. Недолго думая, он вырвает орган, который ещë пару секунд бьëтся у него в руках. Сердце ещë тёплое и такое аппетитное, интересно, а какое оно на вкус. Седрик уже был готов попробовать и узнать, какого вкусить мясо себе подобного, но у него из рук вырвали орган, который он так желанно мечтал вкусить. – Даже не смей есть это, – Франческо теперь и сам смотрит на тёплое и свежее мясо у себя в руке. Он тоже желает вкусить плоть. – Если есть его сырым, хуже будет только тебе. – Прости, я не знаю, что на меня нашло... – Седрик только сейчас понял, что убил подопытного и они не смогут продвинуться в исследовании искры. – Чëрт! Его искра, она пропала! – Блять! – Фран сжимает сердце в руке и ударяет другой рукой о стол. Сейчас он невероятно зол на всë. – И ради такой смерти этого ублюдка, я столько старался?! Ну уж нет, я просто так это не оставлю.       Эльф выкинул сердце в сторону и развязал ноги мироходца. Верёвки сейчас будут только мешать, он резким движением притягивает труп за ноги ближе к краю стола и раздвигает их. Как хорошо, что они заранее раздели контра для операции и не нужно возиться с одеждой. Конечно, никто не планировал страдать некрофилией, но если нельзя причинить вред живому, можно хотя бы осквернить мëртвого: ``Я не убил его, не заставил страдать – Сан-Фран смотрит на уже мёртвую тушу. – Хотя бы смогу сделать с ним это``. Седрик не проявлял желания заняться сексом с уже мёртвым человеком, но вот его возлюбленный возбуждал мужчину. Он встал сзади Франа и запустил руки под его одежду, нашептывая на ухо: ``Позволь мне попробовать тебя,`` – он слегка прикусывает край острого уха и несильно грызëт его. По спине эльфа прошли муражки, Седрик знал все его слабости и Сан-Фран издаёт негромкий стон от неожиданности и возбуждения.       И всë же Франческо не оставлял желания осквернить мёртвого. Он уже хотел сам приспустить штаны, но в этом помог его возлюбленный, который после этого наклонил голову и уткнулся лицом в шею парня, вдыхая запах тела и крови, слившиеся вместе. А его руки переместились на грудь, лаская соски Франа. Сам же эльф никоим образом не растягивая анал мертвого мироходца, вошёл в него не церемонясь. Его движения были прерывистыми и очень сдержанными, но это чувство прошло очень быстро и толчки стали реще. Седрик же спустил одну руку на член Сан-Франа, обхватив его и лёгкими движениями надрачивая, помогая, получить наслаждения. Он сам плотно прижался к телу любовника, параллельно шепча на ухо разные пошлости и второй рукой лаская тело Франа, начиная от груди и заканчивая внутренней частью бëдер. Единственными звуками, наполняющими комнату, были стоны единственного эльфа, который получал сейчас двойное удовольствие и звуки шлепков от быстрого соприкосновения участков кожи. Лишь иногда можно было услышать обрывки слов и еле различимый шёпот, предназначенный только для Франа.       Акт соития не длился долго. Франческо не вынимая член из анала трупа, излил всë семя внутрь и только после вынул. Он был готов упасть без сил прямо на Седрика стоящего сзади, но смог держать себя на ногах. Для него это было прекрасное времяпровождение за последние лет сто и будь на то возможность, он бы повторил это. Только, когда Фран закончил, он почувствовал упирающийся в зад член. Он даже почувствовал стыд, за то, что только он здесь получил удовольствие, но учëный кажется не возражал, хотя его руки до сих пор лапали бëдра и ягодицы эльфа. – Теперь я доволен, – Сан-Фран закрыл глаза и расслабившись, слегка облокотился на Диггори. – Я думаю, это достойное наказание за содеянное им. – Мне так не кажется, – наконец то Седрик отодвинулся и он подойдя ближе к трупу, из которого вытекала сперма вместе с каллом, начал рассматривать остальную плоть. – Такой аппетитный... – говоря это, он облизывается. – Не хочешь сделать сэндвичи? – говорит Фран, смотря на зубы в мешочке. – У нас даже есть мука.

***

      Есть на улице намного приятнее, особенно в компании близких для тебя людей, хотя лучше сказать мироходцев. Трое сидят на пледе, где-то в окрестностях замка и обедают сытными сэндвичами, приготовленными лучшим повором Эрессии – Седриком. В этот раз он даже сам сделал муку и намесил тесто для хлеба, поэтому эти сэндвичи в сто раз лучше. И в этот раз мясо было другим, оно намного вкуснее и менее калорийное, чем другие виды. – Сед, а что это у вас на шпажках? – Ашра интересуется, ранее никогда не виданым украшением для еды. Ведь в еë сэндвиче такого не было. А два других украшало что-то очень похожее на глаза. – О! Это особый вид оливок, они не зелёные как другие, чаще всего они бывают белые и с одной цветной точкой посередине, вкус от этого, конечно не меняется, но выглядит очень интересно. – Седрик врал, это были вовсе не оливки и даже не не что-то похожее. – Фууу, не люблю оливки, – девушка скривилась и откусила кусок от сэндвича. – Ваааау! Ты превзошёл себя, это мясо действительно намного вкуснее! – Не говори с набитым ртом, Ашра, – Фран посмеялся над поведением девушки и сам откусил кусок, ему понравилось не меньше. К тому же он снял со шпажки ту самую "оливку" и съел еë. – Ммм, я бы съел ещë парочку таких, будь возможность!       Седрик перевёл взгляд со своего сэндвича на Сан-Франа, который так же смотрел на учëного. Их мысли явно сошлись и оба с улыбкой посмотрели на Ашру, которая с радостью уплетала бутерброд. – А что вы на меня так пялитесь? – непрожевав, в последний раз спросила Ашра.