по улицам Одессы, по дворикам Ростова

— Ты сказал, мы идем на свидание, — Женя покусал губу, сгрудил брови, он обижается не взаправду, да и вообще отчитывать Лешу его любимое дело. — Сказал, — хитро ответил Леша, останавливаясь и смотря за спину на Одессу. Они сейчас идут по самому живописному месту у него в городе, а Женя еще и недоволен. — Тогда почему мы в каком то гребаном поле. — Не просто поле, — сразу парировал Ростов, закидывая руки за спину, крахмальная рубашка натянулась, волосы взлохматились на ветру. — Да еще скажи, что оно лечебное, все болячки вылечит, — Женя радости и спокойствия не разделял, сунул ладонь в карманы, перебирая пальцы и ища что-то похожее на сигарету. Не нашел, да и как-то не правильно закуривать над только-только выросшими полями. Они шли по асфальту, с боку поле ржи, с другого поле рассады, они правда идут по холмику, и чтобы спуститься, еще нужно постараться. — Ну можно и так сказать, — на самом деле, у Леши был грандиозный план, что дух захватывает, а сердце в пятки падает. Очень и очень волнительно. Женя хмыкнул, ответ оценил и продолжил ныть о том как у него все болит, солнце припекает, и вообще «Леш, за нами снайпер следит, пошли домой». Перспектива пойти домой Жене очень нравилась, в домике холодно, ветерок с моря дует, не жизнь, а кайф. Но все его возгласы были не то чтобы проигнорированы, просто на каждое нытье бы нел ответ. И конечно «Женушка, какие блядь снайперы». Но это Леша просто не выдержал уже. — Женя., — едко улыбаясь, протянул Ростов. — Мне не нравится этот тон, — Женя сделал шаг назад на всякий случай, прикусил щеки, чтобы не вырвалось ничего лишнего. Больше молчишь, меньше проблем, Женя это выучил еще давно. Ростов начал отсчет от трех до одного, медленно еще, тихо, специально нагнетая. — Леш, — почему они не могут спокойно погулять, Женя даже уже не рассчитывает на что-то дорогое романтичное. Нет, гулять по природе самое милое и прекрасное, что могло произойти, но не тогда, когда тебя опять ведут в какую-то жопу. — Леша, ебаный, — его схватили за руку, не сильно кажется, но Женя все равно закатил глаза, но через некоторое время жмурился в улыбке, как бы ладно пусть держит, все равно. Но через минуту стало не смешно. Склон, который слишком крутой. — Леша, нет! — прокричал Дунайский, но было слишком поздно, они, конечно, не кубарем, но побежали со склона спотыкаясь. Ростов улыбался, смеясь через зубы, потому что лицо ударяло прям в лицо. Одесса, кричал благим матом, ноги совсем не держали его, об каждую неровность спотыкается. В конце Женя громко дышал, толи показательно, толи и вправду устал. Леша стоял рядом постукивая по спине в поддержку. Отдышавшись, Одесса посмотрел по сторонам, зачем они сюда как резаные спускались. Поле винограда, и не поймешь созрел тот или нет. — Коханий, нахуй мы сюда спустились, — единственный вопрос, который терзал его, прикрыв глаза, солнце нещадно слепило. Леша как ни в чем не бывало, подошел к деревянным балкам, на которые завивались вертушками виноградные лозы. — Нормально, — и Леша сорвал, виноград покрытая багровыми пятнами, еще денечков и дозрела бы до конца, но нет Ростову же так нужен ягоды. Сорвал еще одну, и сунул в руки Жени. Одесса скривился, посмотрел сначала на предложенную еду, потом на лицо Леши, потом еще раз. — Леш, ты нормальны? — Ешь быстрее, — не дожидаясь когда Женя сообразить сунул ягоду в рот, зато меньше вопросов. Сорвал еще одну. Одессе казалось, что это покрайне мере не законно, по-вторичному просто не культурно. Ущипнул Лешу по бок, чтобы тот меньше трогал лозы. Дальше они пошли вдоль рассады, Ростов иногда срывал с кустиков ягоды, Женя стукал его. Наконец они вышли на более ровную поверхность, не асфальтированная дорога, но уже хоть что-то, но и здесь Леша его откровенно говоря достал. То сливу подберет с земли, а она зеленая, кислующая, но с достоинством ест ее, то вон куст можжевельника, ща погоди, и приходит с руками полными ягод. Под конец дня оба перемазанные в ягодном соке, а у Леши еще и руки все чумазые.