Воскреснуть чтобы умереть

      Опять кровь, опять тела и снова слёзы,но какие-то блеклые, без эмоциональные, Танджиро просто знал, что он должен плакать, когда видит сией шедевр какого-то извращенного художника. Наверное так приходит смирение?       — Смерть — это быт жизни, но разве от неё не должно быть больно? — эта мысль пронзила и так воспаленное сознание Камадо тысячами острых осколков. — А чувствую ли я что-то? Разве мне не должно быть больно? Почему? Почему нет той, сквозящей пустоты, что я чувствовал каждые разы? Неужеле мне на них плевать? Нет! Нет, определённо нет! Мне до сих пор страшно видеть моих братьев и сестёр с матушкой в таком состоянии! Да, в конце концов, я не намерен позволять Гию убивать Незуко!!! Но чувствую ли я боль? Я.. я не понимаю! — слёзы хлынули с новой силой, мальчик не понимал, что не так с его чувствами. Почему он перестал ощущать их к своей собственной семье.        — Нет, нет, нет! Так не должно быть! Я.. я должен быть разбит! Я должен впасть в апатию, я должен чувствовать хоть что-то! — под трупами нечто зашевелилось, два ярко-розовых огонька вспыхнули в полумраке дома, из далека можно было подумать, что это пламя, которое вот-вот спалит ветхую хижину до тла. Со стороны огней послышалось утробное рычание, не подходящее ни одному живому существу. На секунду всё затихло, после послышался слабый свист, кто-то втянул воздух, после чего огни аккуратно начали подбираться к мальчику, что так приятно пах, ммм..       Самые заядлые наркоманы никогда не чувствовали такой тяги к веществу, как огни к человеку, что сидел перед ними и похоже никуда не собирался убегать. Слюна капала со рта зверя, издавая хлюпающий звук, уж настолько ему не терпелось начать свою трапезу. Танджиро ушедший в свои думы, даже не замечал, что происходило в паре метров от него. — Незуко?! — только и успел выкрикнуть Комадо перед тем, как ему выдрала гортань, оголодавшая сестра.

____

      — Танджиро, Танджиро! Сынок, молю скажи хоть что-нибудь! Ну ответь же!Пожалуйста!       — Матушка, а что со старшим братиком? — безутешное рыдание, прервал робкий сонный детский голос.       — А он.. — женщина судорожно вздохнула. — Милый, Танджиро он — на имени сына её голос дрогнул. — Он, прихворал немножко, постарайтесь его не тревожить, — женщина лгала нагло и подло, глядя в глаза собственному сыну.       Но так было лучше, лучше для них. Взрослые много и часто лгут, больше всего они обманывают собственных детей, но не из злых побуждений, нет, а чтобы, как можно дольше скрывать от них жестокую реаль. Так и Киэ старалась, как могла скрыть то, что навредило бы её детям, пусть это даже был их родной брат.       — А он скоро поправиться? — добродушно спросил мальчик.       — Я не знаю милый, я не знаю. — покачала головой женщина — Еще рано, так что иди спать дорогой.       — Хорошо — Шигеру ушёл так же бесшумно, как и пришёл.       Мать опять перевела взгляд на сына, который все время разговора, даже не сменил своего положения, его взгляд был направлен в никуда, он больше походил на скульптуру очень умелого изощрённо-коварного демона и только редкое моргание говорило о том, что он жив.       Прошло несколько дней. Танджиро всё так же оставался безмолвной неподвижной куклой...Киэ перепробовала все известные ей способы, чтобы её дитя опять смогло радовать их своей улыбкой, но всё было четно, старший Комадо всё также не реагировал на происходящее вокруг.       — Танджиро, посмотри на меня — изнемождённым голосом, молила женщина. Но на её мольбы парень лишь моргнул. — Знаешь, я позвала лекаря. Он согласился помочь, за одну услугу. Он не сказал, что она из себя представляет, я просто надеюсь, что это то, что я в силах выполнить. Мы тебя обязательно вылечим. — со стороны парня не последовало ни какой реакции. — Я пойду. Надо встретить гостя. — Киэ поднялась с колен и вышла из комнаты, попутно утопая в собственных мыслях как в вязком болоте.       — Доброго времени суток Мадам. Вы позволите войти? — грубый мужской голос вырывает Комадо из раздумий.       — Вы лекарь? — изнемождённо спрашивает Киэ.       — Да. — Слегка раздраженно даёт ответ мужчина.       Одет он был крайне богато, что не смогло скрыться от взгляда женщины. В их захолустье мало кто мог позволить себе что-то, кроме дешевого хлопчатого изделия. А на мужчине явно был шелк, или более дешёвый его аналог. Волосы были на удивление чистыми и слегка вьющимися на концах, Киэ много слышала, что у лекарей волосы больше похожи на верёвки или бумагу, и бывают крайне редкими по причине постоянного нахождения в близи мазей и лекарств, пары которых так изменяют структуру волос. Глаза были красными, что впрочем не сильно её удивило в отличие от формы зрачка. Вытянутая как у змеи форма не подавалась логике Киэ, но это не так важно как здоровье Танджиро.       — Матушка у нас гости? — выходя из-за угла, спрашивал маленький мальчик.       — Рокуто, ты почему не с Незуко и братьями?       — А я не пошёл с ними, я хотел спать. Ты злишься? — с обеспокоенностью спросил самый младший из детей.       — Конечно нет дорогой, но посиди пока здесь ладно.       — Хорошо — Весело закивал малыш.       — Кхм.. — попытался привлечь к себе внимание лекарь. — Если вам не нужны мои услуги, то позвольте мне откланиться, — ему явно не нравилось, что про него так просто все забыли.       — О нет-нет, не уходите. Прошу прощение за невежество... — женщина замялась, пытаясь вспомнить имя.       — Кимате — услужливо подсказывает Лекарь.       — Прошу прошение, господин Кимате, пройдёмте к больному, — смущенно тараторит Киэ, видно что ей крайне неловко, что она так бестактно забыла о своём госте. Но и отшельническое проживание, не идёт в плюс к коммуникации.       Дом был маленьким так, что дорога не была долгой. — Прошу вас, пусть он начнет хотя бы реагировать. — убедившись, что их не подслушивают взмолилась женщина.       — Я сделаю всё, что в моих силах, - заверил Кимате — но сообщу вам, что предпочитаю работать без сторонних наблюдателей.       — О, да конечно, если что-то понадобиться я чуть дальше по коридору, — Киэ удалилась из комнаты.       Добродушная улыбка мигом сошла с лица Кимате. — Как тебя зовут? — спустя достаточно времени, лекарь окончательно вышел из себя — Не смей меня игнорировать! — оказавшись около футона он резко развернул голову мальчика на себя и... — Не может быть! — глаза доктора наполнились, страхом и ненавистью к мальчику, рука инстинктивно жалась сильнее — Эта тварь не прожила бы столько. Но кто он тогда? Потомок или ... Впрочем об его родословной можно задуматься и позже. — опять взяв под контроль чувства пробормотал Кимате, не замечая что от резкой боли глаза "пациента" наполнились капелькой осознанности, мальчик поднял голову на лекаря.        Танджиро переполнял животный страх и маниакальное желание выдрать этому монстру кадык, выставить на солнце, чтобы тот подыхал медленно и мучительно испытывая неимоверную боль, провалился в сам ад! Где уже ему покажут, что такое настоящие демоны!