Опиум

Он не помнил как они познакомились, да даже место, в котором произошла первая их встреча, всплывало в его голове, как будто в тумане. Единственное что он помнил, это аромат еë духов - шокирующий, сбивающий с ног, подчиняющий - опиум, кровь и секс. Пропасть в нём было легко, слишком легко, он проверил. Её взгляд никогда не был теплым, только сталь и только угроза. Лицо было всегда напряжено, меж бровей залегла морщинка, губы плотно сжаты. Она, как и все люди с подобной работой, несла одну боль и смерть. Сама того не желая, она стала и его смертью. Женщины в наркоторговле - дело не редкое, но исключительно в качестве постельной грелки. Она же была богом. Её ненавидели, обожали и боялись. Умна и хитра, как лисица; сильна и безжалостна, как стая волков. За всю свою, не такую уж и короткую, жизнь он не встречал женщины прекраснее. Странно, но очень правильно было то, что она всегда была одна. Мужчины в её жизни задерживались не дольше чем на ночь. Он стал исключением. Наверное, от того лишь, что работал на неё. Хоть это и вызывало в нём волну негодования, уйти он не мог. Уйти, бросив её одну? Никогда, ни за что, и ни при каких обстоятельствах. Он был уверен в том, что она прекрасно справится со всем и без него, ведь и правда, кто он? Обычный "счетовод", человек знающий всё и обо всём, но не стоящий ни копейки, ведь на его место нашлась бы достойная замена, которая была бы даже лучше чем он сам. Собственно, именно это и спасало его от её недоброжелателей. Ничто его не радовало в этой жизни, кроме любви к ней. Он жил, только ради неё, а она жила своей работой. Каждый раз, когда в порыве страсти он не мог сдержать своей любви, и она слетала с его губ ласковыми, нежными словами, она замирала, наслаждаясь моментом, а после, достав сигарету и докурив её до фильтра, говорила: — Молчи. Держи свою любовь в себе, она не для меня. — и, закурив вторую сигарету, ложилась на кровать, позволяя ему обнять своë тело. Несмотря ни на что, он знал, она любит его. Любит как может и как умеет, ведь ей любить нельзя. На её похороны не пришёл никто, кроме него. Родных у неё не осталось давно, он даже не был уверен, что они у неё были. Детей у неё тоже не было. Был только отчаянный и глупый счетовод, что не мыслил жизни без неё. Лёжа в гробу она была прекрасна, как всегда. Её не испортило ничто, даже смерть ей к лицу. Шёл мерзкий дождик, какой бывает только в середине осени или начале весны. Он не плакал, да и зачем, они прощаются ненадолго, ведь у него, как и у неё не было никого. Некому было остановить его, некому было удержать, да и не смогли бы. Он стоял под дождём, смотря как холодная вода смывает напряжение с её лица и был счастлив. Наконец то они свободны, наконец то она сможет поверить в то, что его любовь принадлежит ей одной. Остался последний шаг, шаг что позволит ему увидеть её улыбку. Наконец то...