Муж мой

Вечером Хуа Чэн снова оставил своего мужа одного в квартире, направляясь в бар, оправдываясь своей усталостью и огромным количеством работы, которая накопилась за последние дни. Это уже стало так обыденно, поэтому мужчина, накинув черное твидовое пальто поверх атласного костюма цвета восточного мака, бесшумно закрыл дверь, кладя небольшую связку ключей в карман. Выйдя из подъезда дорого жилого комплекса прямо к парковке, он сел в свой красный спортивный автомобиль и мчался в кабак, что успел стать столь ненавистным за этот месяц, под размеренные звуки капель дождя, что стекали по тонированному стеклу. И если многие посещали подобные заведения с целью расслабиться, то человек в машине был явно напряжен, постукивая длинными пальцами по темному кожаному рулю, выдавая свое раздражение, будто его силком туда тащили. В действительности так и было.

꧁꧂

Хуа Чэн всем своим видом излучал уверенность и надежность. Он, за все прошедшие десять лет, смог пробиться в мир обеспеченных и успешных людей. От неопрятного и неприметного юнца и следа не осталось. Вырасти пришлось слишком рано, даже не познав радость и беззаботность детства. Родители отказались от сына еще в двенадцать лет, оставив тому немного денег и небольшую квартиру в бедном районе Гонконга. Причиной такого поступка стала внешность мальчика. Волосы цвета воронова крыла сильно контрастировали с мертвенно-бледной кожей. Но больше всего пугала удивительная мутация-гетерохромия. Левый глаз Хунхун-эра был словно мерцающее ночное небо, которое завораживало своей красотой. А вот правая радужка имела кроваво-красный оттенок, вызывая отвращение и сочувствие у сверстников и их родителей. Но жизнь на этом не заканчивается, поэтому он не таил обиду на мать и отца, частично понимая такое решение, ведь каждый взрослый хотел бы красивого и умного дитя, чем Хуа Чэн не имел возможности похвастаться. Несколько лет юноша откликался на всевозможные предложения о работе. Пытаясь обучиться любому мастерству самостоятельно, он пахал, как лошадь, загнанная в мыле, дабы избавиться от нищеты и удручающих воспоминаний из детства. Подобное стремление всегда приносит сладостные плоды. Спустя четыре долгих года у мужчины было достаточно денег, чтобы основать сначала одну компанию, а затем и вторую. Довольно прибыльных на сегодняшний день. Более двухсот подчиненных трудились на «Алое бедствие», а его ныне аристократичный вид и безупречные манеры не оставались незамеченными для представительниц женского пола. Но все это перестало иметь такое большое значение, когда он, среди этого всепоглощающего хауса нового уровня жизни, отыскал прекрасного человека, что в итоге стал его супругом и был для Хуа Чэна намного ценнее всех сокровищ мира.

꧁꧂

Земная юдоль настигла и невинного парня в белых одеждах. Потеряв обоих родителей в свои тринадцать, Се Ляню пришлось оставить учебу и подрабатывать в неприметных заведениях, где юношу из жалости устраивали уборщиком или официантом без наличия трудовой книжки. Все наследство семьи перешло к его старшему братцу. С самого рождения Се Лянь не пришелся ему по душе, не имея ни единого представления о том, в чем провинился, поэтому тот, узнав о смерти отца и матери, сразу же продал их общий дом и переехал в соседнюю страну, сменив фамилию и не оставив ни юаня несчастному мальчишке. Теперь дни стали монотонны и хмуры. Скитаясь по съемным квартирам, тратя последние деньги на корку хлеба и кусок дешевого ароматного мыла, будничное веселье казалось неуместным, как пятно красного сухого вина на выглаженной белоснежной рубашке. Друзей у него не было от слова совсем. В своем учебном заведении Се Лянь предпочитал оставаться тихим и неприметным занудой, по словам одноклассников, что так и норовили сказать колкость или испортить новый кремовый рюкзак разноцветными маркерами. Спустя пару лет нелегкой жизни, если ее можно было таковой назвать, парня наконец осветил один солнечный лучик, что смог пробиться сквозь массивные грозовые облака его уныния. Сегодня Се Ляню предстоял переезд в новую квартиру, что находилась неподалеку от его нынешней работы и была немного дешевле прошлого жилья. Объявление о сдаче попалось как раз кстати, так как прошлый арендодатель часто грозился выгнать юношу, если тот вовремя не заплатит нужную цену. Поднимаясь на четвертый этаж небольшого здания, Се Лянь глазами нашел нужный номер на двери и слегка постучал по ней, уже слыша торопливые шаги с противоположной стороны. Милая женщина средних лет, которая искала себе соседа, чтобы спастись от скуки, радушно встретила его и накормила вкусным ужином. Они сразу же поладили, поэтому каждый следующий совместный прием пищи теперь не обходился без разговоров на непринужденные темы, начиная от новостей, что крутили по небольшому квадратному телевизору в светлом зале, и заканчивая дождливой погодой на улице. Но постепенно узнавая о том, что пришлось пережить на вид хрупкому и миролюбивому Се Ляню, госпожа Ши лишь сочувственно отводила взгляд, стоило ей посмотреть в эти глаза медового оттенка, которые редко становились такими стеклянными и тусклыми, и всевозможными способами старалась утешить новоиспеченного соседа, хоть он в этом и не особо нуждался, отдавая старые вещи своего сына и иногда снижая стоимость аренды квартиры. Октябрь в этом году был до неприличного холодным. Листья уже успели окраситься в багряный цвет, срываясь с могучих деревьев и падая на высохшую пожелтевшую траву. Осенью воздух становится другим. Он пропитан чарующим запахом дождя и мокрой земли. Холодный пронизывающий ветер заставляет людей одеваться теплее, кутаясь в темные кожанки. Часы показывали восемь вечера, а значит пора отправляться домой после тяжелого рабочего дня. Се Лянь, взяв в руки ведро и тряпку, вытирал каждый столик, запачканный неряшливыми посетителями в небольшой забегаловке, где подрабатывал уборщиком последние пару недель. Зарплата здесь приличная, правда выдавали ее не всегда в срок, но это было не так уж и важно. Закончив прибираться, он снял форму, надевая свой любимый бежевый свитер и теплую белую шапку на голову, подаренную добродушной хозяйкой квартиры. Попрощавшись с другими работниками и обговорив график на следующий месяц, парень вышел на улицу через служебный выход. Войдя в квартиру, ставшей за короткий срок роднее дома, в котором он провел почти все детство, в нос резко ударил запах чего-то сладкого и пряного. —Се Лянь, это ты ? Вешай куртку и проходи, я познакомлю тебя с кое-кем-весело пролепетала светловолосая женщина, выглядывая из-за двери кухни. Аромат яблочного пирога распространился по небольшой, но очень уютной квартире. Обычно, к госпоже Ши никто не заходил, так как все ее знакомые давно уехали из этого городка, поэтому интерес к неожиданно пришедшему гостю сразу промелькнул в глазах Се Ляня. —Здравствуй, меня зовут Ши Цинсюань, но можешь звать меня ветерок! Присаживайся, поешь с нами.-также задорно сказал юноша с длинными темно-русыми волосами, приглашая пройти к столу-Я тааак рад тебя видеть, это моя великолепная и неповторимая матушка-без остановки щебетал он, взяв женщину за руку и притягивая ближе к себе, восхищенно смотря той в очи, нахваливая приготовленную сегодня стряпню. Ши Цинсюань был его сверстником. Красивый, с ярко выраженными чертами лица, лазурными большими глазами и доброжелательной улыбкой. Он напоминал Се Ляню божество, спустившееся с небес, что дарует легкость и счастье. Внешний вид его был довольно опрятным. Бирюзовые джинсы сидели идеально на среднего размера бедрах, а белая футболка была украшена замысловатыми веерами, что сочетались с цветом глаз. —Приятно познакомиться, а меня зовут Се Лянь..-немного застенчиво проговорил парень, опустив голову вниз и присаживаясь рядом на маленький табурет, стараясь не смотреть на это сияющее лицо. И почему его так смущали новые знакомства? После уютной трапезы, сопровождающейся шумными ненавязчивыми разговорами, двое молодых людей направились в нынешнюю комнату Се Ляня, оставив радостную женщину на кухне, перед этим убрав посуду со стола в раковину. —Мама много рассказывала о тебе, мне очень жаль..-страдальчески начал диалог Ши Цинсюань, попутно закрывая дверь в спальню. Все его хорошее настроение резко улетучилось, словно его оставили на кухонном гарнитуре. —Госпожа Ши прекрасный человек, я рад, что она практически приютила меня.-сказал обладатель янтарно-медовых глаз. Он действительно был счастлив. Впервые за столько месяцев ему так повезло. —Се Лянь, я хочу помочь-продолжил юноша—Ты кажешься мне хорошим и интересным человеком, переезжай ко мне, я уверен, что мама не будет против и найдет себе нового жильца. Моя квартира находится недалеко, а места всем хватит, поэтому.. —Подожди, Ши Цин.. эм… Ветерок, я не смогу принять твою помощь-перебил его парень. —Но почему? Я уверен, что мы вдвоем уживемся!-Щи Цинсюань взаправду не видел причины для отказа, они ведь хорошо поладили за такой короткий промежуток времени. Да и жить одному как-то серо и скучновато. Он уже пытался найти себе соседа, вот только все они оказывались не очень нравственными людьми. А тут такой застенчивый да и к тому же очаровательный юноша. Мама ведь не сильно расстроится, если он его у нее украдет? —У меня здесь работа, хоть и не особо хорошая. А я вряд ли потяну коммунальные счета в твоем доме ну и..-отнекивался Се Лянь. Ему было неудобно обременять нового приятеля, а воспитание уж тем более не позволяло согласиться на это предложение. Он понимал, сколько для него пыталась сделать эта семья и злоупотреблять их добротой было бы крайне неприлично. —Если причина только в этом, то у меня есть знакомый, который сможет неофициально устроить тебя на должность бариста в кофейню. Я подрабатывал там раньше. Место неприметное, но зарплату выдают всегда в срок. Соглашайся, мой друг, вместе будет весело. Друг? Разве кто-то стал бы дружить с таким, как он? Лишившись родителей и денег многие отказались от общения с ним, а о помощи и речи не заходило. Се Лянь, естественно поколебавшись, все-таки согласился и через пару дней перевез все свои вещи, которых было довольно немного, к Ши Цинсюаню, при условии, что будет сам оплачивать половину аренды и жалеть его нет необходимости. События развивались слишком быстро. За прошедшую неделю он уже имел не только хорошее жилье, но и работу бариста, а самое удивительное, человека, который не остался к нему равнодушен и даже назвал своим другом. Счастью не было конца, о большем Се Лянь и мечтать не мог.

꧁꧂

Яркая вывеска популярного элитного клуба освещала своим светом всю улицу и расстилающиеся по тротуарам лужи. Дорогая машина подъезжала к большому зданию с провокационными надписями на стенах, где собирались известные люди, чтобы компанией отдохнуть и расслабиться. Как только ботинки из красной замши с серебристыми вставками переступили порог заведения, зал сразу оживился, приветствуя важную персону, что теперь частенько тут появлялась. Хуа Чэн перевел взгляд на самый последний стол, который, по его мнению, никогда не пустовал. Сделав еще пару-тройку шагов вперед, несколько человек, сидящих на черном кожаном диване, жестом пригласили мужчину подойти ближе, освободив место для пришедшего гостя. Его давно ждали и глаз Хуа Чэна предательски задергался, увидев, кто еще к ним задорно направляется, махая тонкой рукой.

꧁꧂

Се Лянь не понимал такие перемены в образе жизни своего мужа. Хуа Чэн всегда был против алкоголя, называя его гадким ядом, затуманившим разум до боли в висках. Но что тогда послужило причиной изменения этого мнения? Се Ляня совсем не радовало, что его любимый частенько пропадал до утра, проводя время в баре, а потом появлялся в светлой просторной комнате с неестественным блеском в глазах. Но самым болезненным было в очередной раз ощущать запах приторно-сладких женских духов на бордовой рубашке. Конечно, он ничего ему не говорил, не учинял сцен ревности, не устраивал допрос с порога, а всего лишь мило улыбался, одаривая заботой и любовью, ничем не намекая на свою душевную горечь и обиду. Он готов за все простить своего Саньлана. Разум подсказывал, что это наверняка недоразумение и нужно просто спросить об этом, дабы не накручивать себя угнетающими мыслями. Но, признаться честно, Се Лянь скучает по вечерам, которые возлюбленный ранее предпочитал проводить в его компании, нежели алкоголя и пьяниц. В голове мелькало осознание, что их отношения уже не такие теплые и трепетные. И сейчас, стоя на широком балконе в их обширной и минималистично обустроенной квартире, купленной Хуа Чэном в прошлом году, воспоминания о былом целиком захватили голову миловидного длинноволосого мужчины в белых одеждах. *** 3 декабря 4717 год по китайскому календарю Это был первый рабочий день Се Ляня в кофейне, куда его устроил новоиспеченный друг и сосед. На удивление, вся посуда еще оставалась целой, а посетители не жаловались на отвратительный вкус напитков. Людей туда заходило немного, что позволяло наслаждаться умиротворенной тишиной, до конца дня пребывая в привычном размеренном состоянии. Но волнение все же присутствовало, отдаваясь в теле юноши легкой дрожью. И лишь сумбурность и невнимательность выдавали его волнение. Смена Се Ляня закончится через пол часа, а в зале еще сидели только пара человек, значит можно потихоньку собираться и наводить порядок за стойкой. Вдруг колокольчик у входной двери издал мелодичный звук и в помещение вошел мужчина. Ступая остроносыми красными туфлями по светлому паркету, он остановился в центре зала, намереваясь сделать заказ. —Здравствуйте, мне двойной американо.-вежливо сказал Хуа Чэн. Его слова были проигнорированы. Пришлось наклониться, снова обращаясь к парню, что усердно наводил порядок под столом, не обращая внимание на появление нового посетителя. —Молодой человек, я к вам обращаюсь.-голос звучал немного раздраженно. Хуа Чэн редко посещал такие места, но сейчас ему была просто необходима доза кофеина, а это кафе как нельзя кстати находилось неподалеку от его нового офиса, где рабочие еще не удосужились поставить кофейный автомат. —Ой!-коричневая макушка показалась из-за стойки, слегка задевая стол.—Приношу т-тысячу извинений, я просто не ожидал еще гостей сегодня, чего желаете?-лучезарно улыбаясь, виновато произнес юноша. —Двойной американо и чем скорее, тем лучше, я очень спешу-повторил низким голосом мужчина в красных одеждах. Его строгий и аристократичный вид явно контрастировал с обстановкой заведения. —Сию минуту! Еще раз простите мне мою невнимательность, я первый день на работе-оправдывался Се Лянь, попутно заправляя кофемашину. —Все в порядке, я вас понимаю, когда-то и мне приходилось работать в подобных местах.-сказал Хуа Чэн, пытаясь заставить бариста меньше нервничать. —О, правда? Вы не похожи на человека, который мог бы заниматься подобным-честно признался Се Лянь, наливая кофе в бумажный стакан. —А чем я по-вашему могу заниматься?-поинтересовался мужчина, лукаво улыбаясь. Этот юноша его явно заинтересовал. —Мне кажется, вы могли бы руководить крупными компаниями, а вот какими..я думаю, вам все по силам, вы выглядите бесподобно.-Се Лянь, даже не зная причины, смутился от своих собственных слов. Человек перед ним действительно был очень красив и излучал уверенность. —Что ж, все верно. Давай на ты. Не желаешь ли прогуляться со мной? Рабочий день скоро подойдет к концу, а я тебя подожду за столиком. —Но.. разве у вас… у тебя не было важных дел?-явно не ожидая подобного предложения, сказал Се Лянь. Почему-то было так неловко говорить с ним. —Улажу их позже, ну так что? Мое имя Хуа Чэн. —Точно, я же не представился. Меня зовут Се Лянь, конечно, давай сходим куда-нибудь!-краснея пуще прежнего, смог выдавить из себя юноша. К нему редко теперь подходили с предложениями познакомиться и эта ситуация уже заставила уголки губ понемногу ползти вверх. —Се..Лянь-как бы смакуя это имя во рту произнес мужчина, передавая деньги за кофе-Тогда я жду тебя вон за тем столиком-указывая на дальний угол зала, добавил Хуа Чэн. *** Засыпать одному теперь было вполне привычно, а слезы мог увидеть лишь красный полупрозрачный балдахин, закрепленный на потолке.