Nanami Kento – one shots (18+)

Ты любишь его, ты любишь каждую черточку в нем, ты думаешь, что любишь его так сильно… но нет… он любит тебя еще больше. Он любит твою улыбку, любит твои губы и то, как они всегда изгибаются, когда вы встречаетесь взглядом. Любит твой смех и то, как он может стать таким громким или быть похожим на смешок. Он любит твое тело и каждую его деталь, те родинки, которые разбросаны по твоей коже, сводят его с ума, он любит прикосновение своих пальцев к твоей коже и то, как твои волосы легко встают дыбом благодаря его прикосновению. Он любит те следы, называемые растяжками, о которых ты не раз заявляла, и он действительно не понимает, как тебе могут не нравиться эти красивые следы, которые еще лучше на ощупь. Он любит твою грудь, любит прикасаться к ней и слегка сжимать, любит проводить пальцами по твоим соскам, заставляя тебя тихонько ахать. Любит твой образ жизни и жизнь с тобой, твой скверный характер и те дни, когда ты практически теряешь терпение. Любит видеть, как ты хмуришься, когда тебе что-то не нравится или ты начинаешь злиться. Хотя он никогда в этом не признавался, но он любит, когда ты злишься на него и, споря с ним, преувеличенно жестикулируешь руками. Он любит проводить время с тобой, это лучшее время за весь его день, лучшее за всю его жизнь. Проводить целые дни, когда он читает, а ты находишься рядом, делая все что угодно, пытаясь вести себя тихо, чтобы не отвлекать его, что всегда было трудно. Он любит целовать тебя, как твои мягкие губы ласкают его, это знакомое ощущение его языка, нежно касающегося твоих губ. С первого дня, как он тебя поцеловал, он пристрастился, фактура твоих губ сводила его с ума. Это было так приятно, что, если бы это зависело от него, он бы целыми днями просто целовал тебя. Ему нравится смаковать твои губы, присваивать их и заставлять ваше дыхание сливаться воедино, ведь в простом поцелуе так много ощущений. Но еще больше он любит те ночи, где вы были одним целым, те ночи, когда двое позволяют себе увлечься теплом друг друга, те ночи, которые он будет повторять тысячу раз. Вашими свидетелями всегда были четыре стены, от которых томные звуки эхом разносились по комнате. Ему нравятся те ощущения, которые рождают твои маленькие ручки, касаясь каждой части его тела, и то, как твои красивые губы обсасывают его нежные места, что невозможно не задохнуться от твоего имени. Любит, как твоя обнаженная грудь с затвердевшими сосками трется о его кожу. Как твои груди двигаются в такт, как выглядят, если сжать их руками. Как он может так легко украшать их своими губами, оставляя красные следы, которые иногда становятся фиолетовыми и остаются на твоей коже на несколько дней. Любит, как вначале ты издаешь слабые вздохи, которые спустя минуты переходят в громкие стоны, эти звуки, полные похоти, являющиеся божественной музыкой, особенно если они украшены его именем. Нравится, как в последние минуты у тебя дрожат ноги вокруг него, как он может вызвать у твоего тела сильные спазмы. — Кенто, — простонала ты. — Моя любовь. — Дорогой, мне так хорошо. — Я знаю. Нанами был на тебе сверху, его руки лежали по обе стороны от твоего лица. Осторожно он вошел в тебя во всю длину и начал медленно двигаться. Всплеск твоих флюидов не заставил ждать и зазвучал в комнате, ты действительно была очень мокрой и это вызывало у него чувство гордости, потому что в его женщине было здорово. — Еще, — простонала ты. — Еще, Кенто, еще. Блондин встал на колени на матрасе, одной рукой поддерживая тебя за талию, а другой поддерживая спинку кровати. Не дожидаясь, он значительно увеличил темп, заставляя тебя громко стонать, теперь твоя грудь двигалась с каждым его проникновением, ты искала хватку руками и схватилась за простыни. — Так хорошо, — простонала ты. — Любимая моя, ты такая ч-чудесная, — простонал Нанами, закрывая глаза и вытягивая шею назад. — К-кенто, — ты стонала, не будучи в состоянии хорошо сформулировать имя любимого. Нанами был на грани, как и ты. Он знал, что ты собираешься кончить по тому, как твои стенки сжали его член. Нанами, зачарованный, смотрел на тебя, он любовался, как ты стонала его имя с закрытыми глазами, Нанами любил тебя. Боже, Нанами любил тебя всю свою жизнь. Он замедлился, чтобы приблизиться и поцеловать тебя, из-за того, что его толчки были быстрыми и твердыми, поцелуй длился всего несколько секунд. — Кенто, м-мне т-так хорошо, — выдохнула ты ему в губы, и он улыбнулся тебе. — Я… скоро кончу, — сказал он как мог. Пары толчков было достаточно, чтобы у тебя начался оргазм, и тем самым это спровоцировало Нанами. Ты заснула у него на руках, как всегда, после секса вы привели себя в порядок, поговорили и ты заснула раньше него. Он смотрел на тебя, и эта мысль пришла ему в голову. Не первую ночь он думал о том, каково было бы иметь ребенка с тобой, каково было бы воспитывать его вместе с тобой. Он думал о том, каково было бы видеть тебя беременной его сыном в твоей утробе, каким был бы его сын, был бы он похож на него или на тебя. Что было бы, если бы ребенок был мальчиком или девочкой, или, может, даже можно было усыновить ребенка? Было бы здорово. Но нет, он обещал, что не хочет создавать большую семью, он должен сдержать свое слово, верно? Мысль, которая проносилась каждую ночь, заключалась в том, чтобы попросить тебя выйти за него замуж, носить одну фамилию. Ему никогда не приходило в голову, что он захочет чего-то подобного, всю жизнь он думал, что это просто бумажка, которая явно не увеличивает любовь, которую люди испытывают друг к другу, но теперь ты… его женщина, с бумажкой, подтверждает она это или нет, ты его жена. Много раз он хотел сказать тебе, но нет, его работа была опасна и оставить тебя одну было бы ужасно, но ты уже была здесь с ним, была бы у тебя его фамилия или нет, была бы ты его женой, и что теперь он сделает? Он любит тебя всем своим существом. Жизнь и смерть разделены всего лишь сантиметрами, его работа всегда была рискованной и эгоистичной, потому что он был материалистом, он никогда не менялся, и он не менялся для тебя, и были моменты, когда вы сильно ругались. Ты никогда не говорила ему, но он знал, что каждый раз, когда он уходил из квартиры на работу, ты прощалась с ним с такой любовью и страхом, что он может не вернуться, каждый твой взгляд, каждая улыбка и каждая ласка, как если бы они были последними. Ты любишь его гораздо больше, чем он себе представляет. Ты была единственной, о ком он мог думать… Перед ним было проклятие особого ранга, Нанами едва держался на ногах, он абсолютно ничего не чувствовал в своем теле и не хотел, и у него не хватило смелости взглянуть на свое тело, скорее всего, там не хватало конечности, все кружилось, перед глазами все плыло, но нет… Он не боялся… он ненавидел себя… Единственное, о чем он мог думать, это ты, ты была в его мыслях. Ты, это всегда была ты. Каждое утро первое, на что он смотрел, было твое красивое лицо, и теперь последнее, о чем он думает, — это твое красивое лицо. Он любит тебя… Это было все, о чем он думал… Он очень любит свою женщину… Он никогда не простит себе этого… Он ненавидит себя за то, что не увидит, как он просит твои руку и сердце… Он ненавидит себя за то, что заставит тебя ждать его… Он так тебя любит… что теперь ненавидит себя…