Ты любишь меня?

      Глубоко-глубоко под землей протянула свои бескрайние воды река Стикс. Через неё каждый день чахлый старик Харон, сгорбившись и накрыв свое лицо черной мантией, перевозил стенающие души в Аид, где их ждал последний суд, после которого каждый согласно пройденному пути получит или наказание, или благо веянье и вечную радость в загробном царстве. Мрачные болота тянулись вдоль реки Стикс. В этих болотах разносился плач и стенания тех душ, что не смогли заплатить Харону за проезд и теперь были вынуждены вести свое оставшееся существование в качестве вечных теней. Никогда они не обретут покой, не увидят своих родственников, что ждут их на той стороне реки. Вечность в небытие, страшное наказание для них, пускай порой и не заслуженное. Но лодка Харуна двигается дальше и вот, впереди виднеются врата, а возле них, скалясь и вздымая свою черную шерсть, сидит Цербер. Но пес был не один. Рядом с ним, мрачно глядя на пустые воды Стикс, стоял Аид бог подземного королевства, чьи веки сейчас были прикрыты, а он сам лишь устало глядел куда-то вдаль, задумчиво сжимая темные полы своей накидки. Он ждал. Сегодня был первый день осени, а значит, согласно договоренности его жена Персефона должна была спуститься в царство мертвых. Другой бы бог радовался возможности побыть с любимой женой, но Аид знал куда больше, чем должен был. Ему все докладывала Фама — богиня сказаний и сплетен. Он знал, что Персефона не верна ему и, к сожалению так и не полюбила его. Но что, в принципе, и неудивительно, ведь как богиня жизни и весны сможет полюбить его - бога смерти, что противен даже сам себе. Аид вздохнул и глянул на Цербера, который высунув язык и поскуливая как щенок, бросился к лодке, в которой в Аид прибыли новые тени. Бедные и богатые, счастливые и разбитые. Все эти люди встречали конец тут, в его мрачном царстве. Бог подземного мира провел души взглядом, заметив среди толпы девушку, возрастом чуть больше двадцати, а то и больше лет. Наклонив голову на бок, Аид проследил за ее маршрутом, а затем, вздохнув, поднял свою голову вверх, мрачно глядя на потолок пещеры, что сейчас был затянут сероватым туманом. Он знал историю этой девушки, как знал судьбы всех прибывших в его царство людей. Несчастный брак, не принятие мужа и смерть. Мрачный и печальный финал жестокой истории под названием жизнь. Аид вздохнул и отошел к стене, невольно заламывая свои руки в тревожном ожидании. Он уже был готов к разговору с Персефоной и к том, что он должен будет ей сказать. А вот и она. Богиня весны медленно спустилась по лестнице, поправляя свои волосы. Она сощурила свои зеленые глаза, стараясь привыкнуть к непроглядной тьме вокруг нее. Заметив Аида, растерянная дева наклонила свою голову на бок и подошла к своему мужу, желая тронуть того за плечо.       — Не надо, — тихо отозвался Аид, и его холодные синие глаза столкнулись с зеленоватыми глазами Персефоны. — Я все знаю. Фама сказала мне все. — Сказав так, бог подземного мира направился дальше по берегу. Персефона позади немного оробела. Что на этот раз разнесла Фама на своем длинном языке?! Богиня весны сверкнула своими зелеными глазами и, сжав руки в кулаки, поспешила за своим мужем.       — Что она сказала?! — Крикнула дева и схватила своего супруга за полы мантии, слегка дернув его назад. Про строптивый характер богини весны знали многие. Да, все же дочь пошла в мать — Деметру. Аид глянул через плечо и тихо вздохнул.       — Я знаю, что я не люб тебе, Персефона, и глупо отрицать, что… то, что я сделал, было неправильным. Ты нужна миру наверху, Диметре и смертным, больше… чем нужна этому миру — мрачному и мертвому. — Аид ладонью очертил реку Стикс, на что Персефона же фыркнула и сложила свои руки на груди.       — И это все? — Спросила она, закатывая свои зеленые глаза, а затем, подойдя ближе к Аиду, пихнула того бедром в бок. — Вот скажи мне: кто из твоих братьев верен своей супруге? — Неожиданно спросила богиня весны, отчего Аид растерянно взглянул на свою жену. — Мой отец Зевс? Да он поменял столько любовниц и зачал стольких героев, что не понятно теперь, какой из них будет готов свергнуть его с трона. Как когда- то твой брат сверг Кроноса. Или Посейдон, что уже и не знает к какой из жен метаться? — Персефона села на берег и залилась громким смехом, перебирая пальцами черный песок на берегу.       — Ну… ты сама все понимаешь. Я просто хотел сказать, что если ты нашла кого-то другого, то….       — Кого? — Со смехом спросила дева и подняла свою голову, глядя на усталое лицо Аида. — О нет, нет Аид. Ты так просто от меня не избавишься. Девушка с улыбкой поднялась и тут же обняла своего мужа за шею, затягивая того в столь желанный Персефоной поцелуй. — Я люблю только тебя, мой бог загробного мира. Даже несмотря на то, что ты ужасно ухаживаешь. — пошутила богиня весны, вгоняя своего возлюбленного в краску. — А теперь, если ты, конечно, не против, то как насчет продолжения нашей беседы во дворце за чашей меда, — сказав так Персефона поцеловала Аида в щеку и направилась прямо ко дворцу. Бог смерти, же, мягко выдохнув, последовал за своей возлюбленной.