Нет ничего благородного в чувстве превосходства над другими, истинное благородство заключено в превосходстве над самим собой.
«Я так долго не была в библиотеке, что читательский билет утерян», — вздохнула Ручи на пороге библиотеки.
Ей сейчас приходилось ждать пока той делают этот билет.
— Находится в этих проулках страшно. Ещё и когда эти ритуальные убийства… — вздрогнула брюнетка.
Она поправила своё сари и вздохнула. День был тёплый, что, несомненно, поднимало настроение. Через несколько минут она уже была на месте в парке. Здесь было тихо, лишь ветер раскачивал ветки деревьев. Найдя укромное место, она спряталась и приняла расслабленную позу. Ей нужно было размышлять…
«Ну, поддамся впечатлению о коллегах… Амала Кхан может быть хорошей, а иногда… Навязчивая. Ну, со мной она нормально общается, если это можно назвать общением. Киллиан? Не интересно. Молчаливый качок. Лима Берг кстати классная. Я бы с ней встретилась погулять. Эммет это вообще красный флаг. Нету комментариев. Рэйтан мутный. А может и нет. Мои гормоны играют со мной плохую шутку», — задумалась под солнышком Айер.
Она подскочила и пошла обратно в библиотеку. В ней царила свойственная ей атмосфера.
В отличие от всех остальных заведений, здесь царило спокойствие. Если и были посетители, то только самые редкие гости. Здесь было тихо и спокойно. На стенах висели картины неизвестных авторов, а на полках стояли книги. Все было так, как должно быть в библиотеке. Как будто бы она была создана для людей, которые ценят уединение. А вот и библиотекарь. Он сидел на своем рабочем месте. Перед ним лежали книги, и он читал одну из них.
— А вот и я, — сказала синеглазая, входя в библиотеку.
— Мисс Айер? Вижу. Меня зовут Ману, я буду вашим проводником в этой большой библиотеке, — улыбнулся библиотекарь.
— Документы то оформили? — уточнила девушка.
Он кивнул и повёл за собой её.
— Ах, Ману. Как насчёт поговорить о религии? К примеру, Шактаизм?
— Шакти — богиня-творческая сила, женское начало, которое может проявиться в любом месте и в любой форме. Она не является олицетворением какой-то конкретной силы, поэтому ее имя не переводится как «сила». Оно означает «власть», «могущество», «энергия», «действительность». Шактизм — это женская религия, которая возникла в Индии в начале XIX века. Основательницей ее является женщина по имени Сати.
— Воу, Вы так понятно объясняете… Расскажете о Шиваизме?
— Шиваизм — это одна из самых древних и распространенных религий на нашей планете. Она зародилась в Индии, и в настоящее время её последователи проживают в более чем 120 странах. По сути шиваизм является буддизмом, но с особенностями. И я мог бы о них рассказать. Итак, что такое шиваизм? Это разновидность индуизма, которая считается одной из самых больших религиозных общин. Шива — это индуистский бог, который обладает способностью уничтожать зло и создавать добро.
— Прелесть…
— Мы почти дошли.
— Тогда последнее! Вишнуизм, прошу Вас!
— Вишнуизм — это одна из самых древних и самых распространенных религий мира. Повсеместно в Индии, Японии, Шри-Ланке, Индонезии, Таиланде, Малайзии, Вьетнаме, на Филиппинах, в Тибете и других странах его последователи поклоняются этому божеству. В основе Вишнуизма лежит вера в верховное божество и его двенадцать воплощений (вариаций), а также в его семью божественных братьев и сестер. Считается, что Вишну, Шива и Брахма были первыми богами, которые родились на Земле.
— Вот, меня интересуют подробно эти три позиции, — подняла палец вверх Ручи.
Ману кивнул и пошла разгребать стопки книг, желая найти нужную информацию.
— Вот эти книги, что именно Вас интересует? — спросил библиотекарь.
— Сама справлюсь, — сказала брюнетка.
— Нет, подождите… — начал он.
Айер же его не слушала и просто листала.
— Вот! Смотрите, Падма, — улыбнулась она. — Вот и символы Луны и солнца…
— Погодите! Вам нужно два символа в одно? — вытаращил глаза Ману.
— Ну…
Он захлопнул книгу и покачал головой.
— Не стоит. Перейдём к другому отделу? — спросил тот.
— Та-ак, там что-то плохое, да? Ох, в любом случае… Держите наш разговор в секрете, — выразительно посмотрела на библиотекаря синеглазая.
— Ох, госпожа Айер… Это же не каноничные символ… Его можно найти только в частных секциях. А их у нас нет! Что бы вы хотели прочитать? Религия? Может, основание мира и о богах? Могу о праздниках, — повествовал он.
— Почему же только в частных секциях?
— Те, кто приобрёл эти книги, а их не много, не спешат ими делаться, понимаете?
— Да и к черту их!
Ману, кажется, выдохнул.
— Найду вам книги! — улыбнулся тот и ушёл.
Девушка поднялась и прошла к стеллажам книг. Шкаф на колёсиках выглядел очень странно. Она хмыкнула и уперлась рукой о него. Шкаф будто бы покатился влево.
— Твою дивизию… — пролепетала индианка и увидела проход куда-то. — А нет. Всё хорошо.
Она оглянулась, в поисках библиотекаря.
— Ману-у! Что это у вас? — громко произнесла индолог.
Библиотекарь посмотрел сквозь стеллажи.
— Госпожа Айер! Отойдите, брысь! — подскочил он.
Она ухмыльнулась и протиснулась в маленькое помещение. Там горел блеклый свет, а вместо стен были полки с книгами.
На стенах висели картины с изображением цветов, птиц и животных. Ру поняла, что это ещё одна библиотека. Здесь было очень уютно: мягкие диваны, кресла, столы и даже камин. Вся мебель была дорогой, а книги только оригинальными.
В одном шкафу хранились старые издания, в другом — современные. У стены стоял большой письменный стол, за которым работают. На нем лежали разные бумаги, лежала ручка, стояла чернильница и стояли две чашки. По углам стола были расставлены три старинных светильника. Стены комнаты были украшены картинами, написанными маслом. Их было очень много, и они были очень красивыми. Еще на стенах висели два гобелена, два ковра, несколько картин на холсте и несколько портретов. Чутьем Ручи чувствовала, что кто-то приближался сзади. Она аккуратно обернулась и увидела перед собой Ману.
— Что Вы тут делаете?! Ну-ка, уходите, скорее, — нахмурился он и бесцеремонно схватил за руку брюнетку, пытаясь тащить с собой к выходу.
— Ману! Подождите! — распахнула глаза шире она. — Ну, помогите мне! Прошу…
Мужчина вздохнул.
— Но вы ничего не должны трогать! — пригрозил он пальцем и пошёл рассматривать книги.
Он быстро нашёл нужную.
— Вот, тантра о бытие мира, — с предыханием произнес библиотекарь.
— Не слышала о таком…
— Думаете, хозяева стали бы распространять такую информацию?! — бросил раздраженно Ману.
— Нет… Она старая, важная, дорогая.
Библиотекарь посмотрел на читательницу с уважением и благодарностью.
— И вы мне даёте её изучить! — тут же заблестели глаза синеглазой.
— Вы ни при чем. Я… Признаться, сам хотел посмотреть на неё ближе, — почесал затылок мужчина.
И правда, можно было часами наблюдать за горящими глазами Ману, при виде такого артефакта.
« «Вамчара-Бхава»… Интересно», — прочитала название девушка.
— Эта книга чёрный тантризм левой руки! С ним связана… — начал библиотекарь.
— Тёмная мать Кали, — закончила она.
— А вы откуда знаете?..
— Индолог, — отмахнулась индианка.
— Рассказать легенду? — обрадовался собеседнице Ману.
— Конечно!
— Ну, Чтож… легенда о празднике Махашиваратри… О союзе Шивы и Шакти, появление богини Парвати.
Первую жену Шивы звали Сати, она была Дэви — женской формой Бога в индуизме.
Ее имя означает «благоухание», «красота», «приятный аромат». Когда Шива-Шакти соединяется с божественным мужским началом, они приобретают еще более прекрасный вид. «Дэви» означает «божественная». Шакти (Шакта) — это «матерь», «супруга», которая отвечает за рождение и рост. Она также называется «женщина» или «мать». Дэви и Шакти — это одна и та же женщина, но на разных уровнях. В индуизме Дэви является женским аспектом Шивы, а Шакти и Шива — мужскими. Так, однажды отец Сати, Дакша, организовал яджну. Но… не пригласил на неё Сати и Шиву! Все же у Дакши и Шивы были не лучшие отношения… Сати пришла на яджну одна, только отец проигнорировал свою родную дочь. Дакши не отдал должного почтения божеству Шиве, возлюбленному своей дочери. Сати была унижена и оскорблена горем. Она не смогла жить и кинулась в огонь яджны нарочно. Шива, познав о поступке жены, был рассержен, сердце его было разбито вдребезги. И не мог быть он без любимой жены, начался танец разрушения — танец Рудра Тандаву. Все были напуганы! Шива мог уничтожить вселенную своим танцем. И пришёл на помощь Вишну. Он разъединил тело Сати на 12 частей и раскидал их по миру. Куда упала каждая часть — стало святым местом. Шива же, опечаленный одиночеством, ушёл в Гималаи и принял строгую дисциплину, медитацию. Сати же возродилась в новом теле, как Парвати. Ей хотелось вернуться к возлюбленному, но было сложно прервать дисциплину Шивы — аскезу. И сказали Парвати танцевать перед Шивой, дабы заполучить его внимание. Да стала танцевать она, пока Камадева пустил стрелу любви и страсти в Бога Шиву. Приковала она внимание верховного Бога, с помощью ещё более строгой аскезы. Вступили они в брак, благодаря преданности и любви Парвати.
Только сейчас индолог поняла как слушает внимательно она Ману.
— И чтобы понять Кали, необходимо узнать о Парвати, её мирном облике, — произнес Ману.
Где то послышался скрип.
— Посетители! Ручи, быстрее выходите, я сейчас! — произнес библиотекарь и выбежал.
«Хм… Мне нужно углубиться в чтение книг, может быть… Не будут против, если я возьму одну?» — улыбнулась хитро Ру. — «Решить бы, оригинал или трактование.»
Время было на исходе и она, не думав много, сунула себе под сари маленькую книжку оригинал, понимая, что её ждут большие проблемы. Юркнув из тайника, Ручи закрыла дверь [то есть шкаф] и осталась ужасно довольна собой. Она вышла на улицу, вызвала машину и скоро оказалась дома. Вечером она услышала звон в дверь.
«Кого ветерком надуло?» — выгнула бровь брюнетка и поднялась.
— Мама! — воскликнула она. — Как я рада тебя видеть…
Айер кинулась в объятия родителя.
— Приглашала же меня, — усмехнулась миссис Айер.
Проводить вечер в компании самого дорогого тебе человека — великолепно и очень уютно. А когда этот человек — твоя мама, которая всегда готова выслушать и поддержать, это еще лучше! Просидев до позднего времени, они все же решили лечь спать. Завтра ведь снова вставать на работу. Утро выдалось жарким и хорошим. Солнце уже встало и освещало все вокруг. На небе ни облачка, оно было чистым и голубым. Птицы пели свои песни, а в траве стрекотали насекомые. Всё вокруг дышало жизнью, даже деревья были в цвету. Казалось, что природа радуется, но это было не так. Она просто жила, как и все люди. Но всё же, в ней что-то не так, что-то изменилось, хотя она этого и не замечает. По утрам люди просыпаются, умываются, завтракают и идут на работу. Они думают, что жизнь прекрасна. Так думает и синеглазая. Она потянулась и вскоре уже распахнула шкаф. Девушка надела на себя сари цвета охры, накидка была расшита красивыми узорами и прозрачной тканью. Она сделала высокий хвост и украсила причёску кварцевым украшением. Затем, впервые за год, надела красивое колечко [имеется в виду как пирсинг].
— Чай заварю сейчас, — улыбнулась мать и ушла на кухню.
— Хорошо! — улыбнулась девушка и услышала стук в дверь. — Открою!
Она подошла и открыла дверь.
— Здра-а… Опять галюны, — хотелось закрыть дверь индианке.
— Прошу, не торопитесь, госпожа Айер, — проговорил мужчина, стоявший на пороге.
— Что вам надо, господин Вайш? — ядовито произнесла она.
— Мне бы хотелось извиниться…
«Извиниться?» — изумилась в мыслях индолог и раскрыла дверь.
— Внимательно слушаю, — мягко улыбнулась она.
— Я Вас напугал, Вы не можете разобраться в чувствах. Прошу Вас, я не тот человек, который может бросить. Но если… Вы дадите хоть шанс. Шанс показать и доказать, что я не хуже других.
— Господин Вайш, вы меня смущаете… — отвела взгляд в сторону Ру. — Я сбита с толку.
— Решайте сердцем…
— Я бы желала ощутить Вашу поддержу. Но боюсь.
Рэйтан понимающе улыбнулся. Он аккуратно поймал кисть Ручи и поднёс к своим губам. Он смотрел хитро, самоуверенно, но в то же время мягко и как-то влюблённо. Его глаза излучали тепло и нежность, а губы были так близко, что она чувствовала их дыхание буквально всем телом. Рэйтан аккуратно приблизился к тыльной стороне ладони и оставил на ней поцелуй. Когда он отстранился, заметил, что она смотрела на него с каким-то интересом. Их взгляды встретились, и Ручи готова была утонуть в них. Она знала, что он не понимает её, он не знает о том, что она чувствует, что творится у неё в душе. Но она знала, что ей это нужно, что это очень важно для неё. Слёзы появились на глазах, и брюнет почувствовал, как та напряглась.
— Стесняетесь, боитесь, даже не замечая того, на что способен любой человек из-за Вас!
— Я не боюсь…
— Да, я знаю, Вы не боитесь! Но меня Вы боитесь! И это не потому, что я сильнее. Нет! Это из-за того, что Вы знаете свою слабость, — усмехнулся Вайш. — Вы выглядите великолепно. В любом наряде, в любом сари, Вы великолепны. Позвольте мне сказать вам… — он протянул к ней вторую руку, убрав за ухо сбившуюся прядь.
И вдруг ей захотелось вновь окунуться в сладостное мученье огня жестокой любви, которая не может изгладиться из памяти, как ни хочется того. Она не могла бы ни на миг забыть то, что испытала, и поэтому, если бы даже хотела, не сумела бы больше быть счастливой.
— Вы слишком притягательны по отношению ко мне, господин Вайш, — прошептала синеглазая.
— Рэйтан. Называйте меня Рэйтан, — проговорил мужчина. — Только Вы.
— Ладно, Рэйтан, — рассмеялась она.
— Ручи, ты где там? Что-то произошло? Сейчас подойду, — крикнул далекий голос матери.
«Фака Мазафака, я забыла про неё!» — вытаращила глаза индианка.
Торопливые шаги раздались где-то в коридоре. Рэйтан уже стоял за порогом и с интересом прислушивался к шагам кого-то.
— Бегом, — взяла под локоть его индолог и прижала к стене, ближе к гардеробному шкафу.
Шаги приближались стремительно и, казалось, что отчетливо было слышно каждый шаг… Или это был стук пульсирующего сердца Вайша, к чьей груди прижималась Ру. Она тут же отпрянула и выразительно посмотрела на него.
— Доставщик еды, — выросла прямо под носом своей матери Ручи. — Печенье предлагает, всякую ерунду.
Она обезоруживающе улыбнулась и похлопала глазами.
— Завязался разговор просто, — махнула рукой она. — Заваривай чай, сладости на верхней полке. Я руки помою и прийду.
Родительница кивнула и ушла. Брюнетка выдохнула и расслабилась.
«Слава богу», — единственная мысль, промелькнувшая в её голове.
