Мысли о смерти
Так бывает порой,
лежу,
представляю и думаю,
что будет, если я…
умру?
Как отреагируют люди, очно или заочно со мной знакомые?
Вызовет ли сообщение о моей смерти удивление,
а может быть шок
или слезы?
Или радость, вперемешку с удовлетворением?
А что, если и вовсе… ничего?
Если подумать, то я ни для кого ведь добра не делала.
Избегала людей.
Я боялась их и отталкивала…
И теперь совершенно нет тех, кто бы мог мне помочь или выслушать,
улыбнуться, когда на душе темно.
Нет никого.
Ничего.
И в душе моей почти ничего нет...
хорошего…
Что я сделала в своей жизни хорошего?
«Что внутри, то и снаружи».
А внутри лишь один только яд, отравляющий мои клетки медленно.
Смертоносный особый яд, что по венам сейчас вместо крови...
Кто вообще я?
Что я такое?
А достойна ли я внимания?
Иль заботы? И счастья?
Чужих честных слез?
Приподнимаюсь на дрожащих локтях и смотрю
на закатное солнце,
опускающееся все ниже и ниже этой многоэтажки.
Такое же красное и надрывное,
раскаленное,
как мое сердце,
что захлебывается отчаянием.
Ничего…
а если, и правда, ничего не будет?
Вдруг всем этим людям,
что так часто меня словами ранят,
совершенно на меня плевать?
Ну не станет еще одной недописаки, и что с того?
Не случится же конец света, в конце концов?..
А моя
условно любящая семья?
Как же долго они будут горевать?
И будут ли?
Может, я им не совсем нужна.
Может, ждут с нетерпением сами
что я попросту не смогу,
не выдержу?
Ждут с улыбками, лицемерием спрятанными, когда на радость им завтра спрыгну?
И закончу все,
наконец.
Сама.
Странно… Даже ветер вдруг поменялся, словно хочет подать мне руку...
Если встану сейчас на край, он услужливо подтолкнет в спину.
И поможет мне.
Пока другие так равнодушно глядят с асфальта.
Если, конечно, смотрят…
Наплевать.
Мне хотелось бы резво подняться в небо
и коснуться там круглой возникающей среди звезд луны,
и обнять там...
солнце.
Чтоб дыхание перехватило
от самого первого и
последнего
полета.
От единения со всей этой неземной красотой,
Планетой…
Той самой, которой на меня,
как и всем,
плевать.
Вот уж ей-то действительно все равно.
Хоть одним тараканом меньше.
Потому и летать умение
подарила одним лишь птицам…
Жаль, что я
родилась
человеком.
Только глупо мечтать об этом.
Крыльев нет.
Не могу летать.
Если ступишь сейчас вперед, то получишь — падение,
показавшееся полетом
на краткий миг.
Просто дымка, очередной мираж…
Ну и пусть. Хоть одно мгновение!
Ветер станет мне лучшим другом!
И заменит собою… жизнь!
Я встаю,
становлюсь на край,
ветер тихо толкает в спину, призывая так сразу прыгнуть.
Он готов меня подхватить
на миг,
а затем равнодушно
разбить
об землю.
Высота, свежий воздух… Страшно.
Будет больно?
Насколько?
Сильно?
Хочется, чтобы раз
и все.
Что же будет тогда с другими, если я это все же сделаю?
Что случится?
Хотя…
мне какое до этого дело?
Даже если и будет что-то, я умру ведь намного раньше,
ничего уже не узнаю.
А расспрашивать о таком заранее не имеет никакого смысла:
лицемерие процветает,
они все мне наобещают
с три ведра слезы,
да горе,
приходить на могилу,
нести цветы…
но не будет.
Ничего не будет.
Для меня. Для того, кто сгинет.
Ничего уже не случится…
Это жутко,
если
совсем…
ничего.
Делаю осторожный шажок назад, вновь противясь ветру.
Сегодня уже не стану.
Пока совсем не сгорю дотла,
пока в рваной душе моей ничего уже не останется,
пока в жизни удушливой есть хоть чуточку,
капельку
успокаивающего тепла…
я не стану.
Ухожу…
Но когда-нибудь я рискну
взлететь.
Обещаю.
Когда-нибудь я шагну в эту сладостную невесомость
и для всех вас узнаю,
есть ли что-то
на том безупречном дне
кроме этой зовущей меня пустоты.
Когда-нибудь…
Обязательно.
Задыхаясь от жара солнца…
поднимаясь все выше
над этой крышей,
чтобы там облизнуть асфальт.
Когда-нибудь.
Я узнаю.
Но…
не сегодня.
